Потанцуем вместе с листьями?

Уилкинсон Ли

– Если хочешь, я уйду и оставлю тебя в покое…

– Я вовсе не желаю оставаться здесь одна, пока ты…

Тут он наклонился и поцеловал ее, чтобы остановить гневный поток слов. Она ожидала чего-то обидного. Однако, против ее ожидания, его поцелуй был легким, без намерения оскорбить или унизить. Неожиданно все напряжение ушло из ее груди.

– Ну как, признаешься, что ты до сих пор хочешь меня? – прошептал он ей на ухо.

Она молчала.

– Отвечай. Но только правду. Потому что завтра я точно должен быть

уверен, что не будет никаких сожалений или обвинений. Если ты действительно хочешь, чтобы я ушел, я так и сделаю.

– Но ты же не хочешь уходить?…

– А ты? Чего хочешь ты? Ответь!

Хриплым от волнения и как будто чужим голосом она ответила:

– Я хочу… хочу быть с тобой. – Это признание далось ей нелегко, видит Бог!

И тогда он начал действовать. Это был прекрасный секс, но все же не любовь, с горечью отметила Шарлотта. Еще не отдышавшийся Саймон увидел растерянное выражение ее лица и спросил с показным равнодушием:

– Что случилось? Я чем-то обидел тебя?

– Нет! – Не выдержав, она разразилась рыданиями.

Ему пришлось зажечь свечу.

– Предлагаю по-хорошему: скажи, что было не так.

– Да что может быть не так? – расстроенно проговорила она.

Он явно разозлился.

– Ты – моя жена! И ты сказала, что хочешь заняться любовью.

– Да. Но… Это была не любовь. Это… Ты не относишься ко мне так, как к своей жене…

– Любопытное заявление, – пробормотал сбитый с толку Саймон. – Ну и как же я к тебе отношусь, по-твоему?

– Как к неодушевленному предмету, – ответила она гневно. – Будто я не стою твоих чувств, а только денег.

Одним резким движением он вскочил на ноги, собрал свою одежду и выскочил из спальни. Минуту спустя она услышала шум воды в душе.

Сердце девушки было разбито. Что же ей теперь делать?

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Огромным усилием воли Шарлотта перестала плакать и вытерла слезы. Она едва успела накинуть на себя одежду, как вошел Саймон. На нем была только голубая просторная рубашка. Влажные волосы торчали в разные стороны. Подойдя к ней, он поднял рукой ее подбородок и посмотрел в ее заплаканное лицо. Выражение его лица смягчилось.

– Прости, – сказал он внезапно. – Если бы ты не сказала про твоего бывшего кавалера…

Он не закончил фразы.

– Да, прости, – повторил он еще раз. – Я не имел права так с тобой обращаться.

И снова нежданные слезы хлынули у нее из глаз.

– Ну, не плачь… пожалуйста, не плачь. – Он крепко обнял ее. – Я никогда не думал, что наша первая ночь пройдет именно так.

Слабое утешение! Она подняла голову и вопросительно на него посмотрела.

– Пожалуйста, скажи мне кое-что. Почему ты предложил мне выйти за тебя замуж?

– А ты как думаешь? – спросил он.

– В этом все дело, – хлюпнула она носом. – Я

не знаю ответа на этот вопрос. И не понимаю, почему ты захотел на мне жениться. И самое ужасное – я даже не знаю, как ты ко мне относишься.

– Разве мы уже не выяснили, что любим друг друга?

– Но последние несколько дней ты относишься ко мне со странной холодностью. Я даже подумала, что ты разлюбил меня, – проворчала она.

Саймон рассмеялся.

– Если бы ты только знала, какая в этот момент происходила во мне борьба! Ни минуты покоя! Я хотел быть с тобой каждый раз, как видел тебя. Чего мне стоило себя сдерживать!

– Но если это так, то почему было нельзя…

– Подойти к тебе? Дело в том, что у меня есть некие твердые принципы, из-за которых я никак не мог этого сделать.

Вот в чем дело! Слезы высохли моментально, и она услышала трепет собственного сердца.

– До сих пор я никогда не думал, что смогу привести в Фаррингтон-Холл женщину, – начал Саймон. – И ни одна женщина не имела надо мной такой власти. Мне казалось, что, если я не окажусь с тобой наедине, сердце мое остановится…

Неожиданно она словно прозрела.

– Так вот почему ты был так зол!

– Да. Мне не понравилось, что я потерял ощущение свободы. Я ненавижу быть зависимым от чего или кого бы то ни было. Дело в том, что один мой близкий друг однажды влип подобным образом и на всю жизнь оказался под каблучком у жены. Я поклялся, что со мной такого не случится.

Удивленная, она выдохнула:

– Надо же…

– Ну что, мир?

Она кивнула.

– Да.

– Отлично. В таком случае, как ты насчет того, чтобы немного перекусить? Да и погода больно хороша! Мы могли бы немного пройтись перед сном и начать наш медовый месяц заново.

– Это было бы замечательно, – согласилась она с неожиданным энтузиазмом. – Надеюсь, со второй попытки у нас получится лучше. Однако, если ты не возражаешь, я бы сначала приняла душ.

– Конечно, я не возражаю, – добавил он с улыбкой. – Не в пример Наполеону, я люблю чистых женщин. – И потом добавил, блеснув глазами: – И как истый джентльмен, буду рад тебе помочь помыться.

В результате принятие душа заняло у Шарлотты гораздо больше времени, чем она предполагала.

– Ну как? – спросил он, вытираясь. – Теперь, надеюсь, ты готова к прогулке?

Вот если бы он пригласил ее в спальню, она бы с удовольствием препроводила его туда. Но вслух она этого не сказала, только кивнула.

Взяв Шарлотту за руку, он повел ее на крыльцо. Небо цвета индиго было расшито звездами. Переливаясь жемчужными тонами, поверх деревьев луна плыла, серебряной вуалью поблескивали на черном фоне бледные облака. Они шли рядом, и Саймон обнял ее за талию. И когда они остановились у развалин старого замка, Саймон поцеловал ее, как и полагается счастливому мужу.