Потанцуй со мной
Шрифт:
Воцарилось молчание, Сильви не могла заставить себя взглянуть на Джейн. Она боялась, что сестра посмотрит ей в глаза и прочтет все ее мысли. Сильви всегда была хранительницей очага. Когда Джейн сбежала от прошлого в Нью-Йорк, Сильви осталась в Род-Айленде с их матерью. Но сейчас все, о чем могла думать Сильви, это холодные звездные ночи, костер в лесу и Джон.
— Это нелегкое решение, — продолжила Эбби, — я знаю. Я видела много семей, пытающихся найти наилучший выход… Вы должны рассматривать возможность отправления вашей матери в дом престарелых, хотя бы
— Не думаю, что она согласится на это, даже временно, — сказала Сильви. — Она будет бояться остаться там навсегда.
— Вы увидите, эти места не так уж и плохи, — настаивала Эбби. — Я связана с некоторыми домами престарелых и могу порекомендовать любой. Там чисто, светло, современная аппаратура; служебный персонал молодой и приветливый, много различных мероприятий.
— Прямо как в школе, — задумчиво заметила Джейн.
— Да, в чем-то они похожи на школы. Я сильно удивлюсь, если вашей маме там не понравится. Она такая общительная, всегда готова помочь другим — я уверена, вы заметили, что все медсестры заходят к ней поздороваться и спросить, как дела. Она отличный слушатель и помогает им разобраться с их проблемами.
— Да, это она умеет, — с легкой иронией отметила Джейн. Но когда Сильви посмотрела на нее, она увидела, что Джейн улыбается, будто забыв про все свои несчастья или простив их, хотя бы на время кризиса.
— Я рекомендую вам обратиться в санаторий «Тенистая лощина» или «Вишневая долина».
— Наша бабушка лежала в «Тенистой лощине», — вспомнила Джейн.
— Ну, и что вы думаете?
— Там все было таким… формальным. И бабушка была гораздо старше, чем мама сейчас.
— Там многое изменилось, — сказала Эбби. — Наше поколение старается как можно лучше заботиться о своих родителях.
— «Тенистая лощина» так далеко. — Сильви заметно волновалась. — Туда долго добираться.
Эбби кивнула:
— Вам не обязательно решать все сегодня, но, думаю, к понедельнику мы уже должны разработать план. — Она пожала руки обеим сестрам и быстро ушла.
— «Тенистая лощина» и «Вишневая долина», — сказала Джейн. — Почему все эти места называются так похоже? Безмятежно и живописно.
— Знаю. Старая добрая Англия. — Сильви засмеялась, радуясь, что Джейн шутит.
Глаза Джейн вдруг заблестели, и она показалась Сильви удивительно хрупкой.
— Нам надо решить, что мы будем делать с мамой. — В ее голосе зазвенела сталь. — И это нелегко. Я ненавижу саму мысль о том, что она окажется там же, где была бабушка.
— Я думала, что ты обеими руками за отсылку ее в дом престарелых, — удивилась Сильви.
Джейн покачала головой:
— В «Вишневую лощину» или «Тенистую долину»? Как я могу быть «обеими руками за»? Да, я думаю, это имеет смысл, думаю, возможно, это наилучшее решение, но это так тяжело. Мы можем купить домой больничную кровать и поставить в ее комнате.
— И кресло-каталку, и маленький переносной туалет, — подхватила Сильви. —
— Мы сможем, — сказала Джейн, — мы сильные.
Может, они поменялись ролями? Сильви подумала о Джоне, о том, каково это — поехать с ним на пикник под звездами. Они бы жили в одной палатке и целовались всю ночь напролет. Это эгоистично — желать этого?
— Как насчет твоей работы? — спросила Сильви. — Ты не собираешься возвращаться?
— Не знаю, Сил, — ответила Джейн. — Я много размышляла над этим. Мне здесь нравится. Я скучала по Род-Айленду. Может, мне открыть пекарню где-нибудь в Провиденсе?
— Ты действительно так поступишь?
Джейн взяла ее за руки. Когда Сильви смотрела в глаза сестры, она могла видеть: что-то изменилось, Джейн что-то решила. Она остается. Сильви научилась распознавать признаки приближающегося отъезда сестры: между ними часто возникало некое расстояние, полоса отчуждения, холодность. Но сейчас казалось, что Джейн неразрывно связана с руками Сильви, с самой Сильви, с домом, с семьей.
— Я постараюсь, — сказала Джейн. — Я так много убегала раньше, но теперь я больше не хочу этого делать.
— Так ты правда имела это в виду? Что мы вдвоем останемся дома и позаботимся о маме?
Джейн покачала головой. Она обняла Сильви и поцеловала ее в щеку.
— Нет, не думаю, что мы должны это делать, — прошептала она. — Но я думаю, мы должны жить невдалеке от нее. Навещать ее так часто, как только можем, по очереди возить ее в библиотеку и на ужины для преподавателей, покупать мамины любимые лакомства, рассказывать новости.
Сильви крепко обняла сестру в ответ. Она была так рада слышать, что Джейн остается в Род-Айленде, что остальное ее больше не волновало. Ее глаза наполнились горячими слезами, слезами грусти, слезами радости.
— Она возненавидит это, — сказала Сильви.
— Мы точно не знаем, — возразила Джейн. — Для начала надо самим все разузнать.
Сильви кивнула. Она вытерла глаза и улыбнулась. В конце концов, ей было чему радоваться. Ее матери поставили благоприятный диагноз, ее сестра вернулась домой, и она поедет на пикник с Джоном Дюфором.
Если бы только некоторые вещи менялись, а все остальное стояло на месте, подумала Сильви. Если бы только их мать могла позаботиться о себе сама и остаться жить в своем доме, все было бы просто идеально…
«Тенистая лощина» и «Вишневая долина» принадлежали одной и той же компании и казались очень похожими, если вообще не одинаковыми. Их построил один архитектор, оба здания окружали живописные пейзажи с фруктовыми деревьями и цветочными клумбами. Окна в комнатах были достаточно большими, чтобы пропускать свежий воздух, но недостаточно большими, чтобы кто-нибудь мог из них выпасть. Декор интерьеров стал намного ярче и приятнее для глаз. Улучшения и правда были заметны. В доме престарелых постоянно проводились увеселительные мероприятия для пациентов.