Потаповы&Potapoffs
Шрифт:
– Аминь! Боб, ты помирился с Петрушкой?
– А то. Твоя фотка произвела впечатление. Спасибо, брат, разрулил ситуацию. У отца уже собирается коллекция из наших с тобой фоток с Кларой. Врага одолеем и тогда все вместе, как следует, выпьем и посмеемся.
37. Павел и Алекс
Не успел Павел попрощаться с отцом и братом, как раздался стук в дверь, и в комнату заглянул Алекс.
– Папа, что случилось? Ты с кем-то разговаривал? Я проснулся от того, что ты кричишь.
– Извини. Сдали нервы. Я разговаривал с Бобом и дедом. Ты уже спал, когда мне позвонила мама. Почему-то через нее
– Значит, тот мужчина, который просил у тебя миллион, все же связан с Кларой?
– Не факт. Это могут быть два, если не совсем независимых события, то, во всяком случае, слабо связанных. О посетителе – убогом – Клара не знала, это точно. Я задавал ей наводящие вопросы. Время покажет, что с чем связано. Боб прислал мне запись, как он выразился, эпохальной беседы Джонни с матерью. Давай послушаем.
Отец с сыном придвинулись поближе к экрану компьютера.
– Пап, посмотри какой на Джонни костюмчик, – восхитился Алекс, – Джонни можно в Голливуде снимать без грима.
– Если ты такой же костюмчик наденешь вместо джинсов и футболки, будешь не хуже Джонни.
– Пап, – открыл рот Алекс, прослушав кусок записи, – это что же получается? Клара подбивала Джонни украсть документы из твоей конторы? Она что, совсем рехнулась?
Павел молча кивнул. Ему стало не до разговоров с сыном, он следил за диалогом. Джонни был великолепен, а Клара? Павел не любил Клару, но все же считал ее близким человеком. А она… Чтобы заграбастать деньги, она была готова его отравить. Наверняка такие мысли появились у нее не вчера. Что из этого следует? По телу Павла побежали мурашки. Клара вполне могла запугать Бетти угрозой, что отравит Павла, если Бетти его не оставит. Неужели? Неужели разгадка в этом? Павел встал, начал ходить по комнате, потом подошел к подоконнику и начал лупить по нему кулаком.
– Папа, папа, остановись, – Алекс испугался. – Еще не все пропало, еще не вечер. Боб и дед разберутся с Кларой, мало ей не покажется. Скоро приедет мама, и все будет хорошо. Поверь мне. Заплати Кларе и забудь ее. Плевать на деньги, ты всегда сумеешь заработать столько, сколько захочешь.
– Алекс, ты не понимаешь, если что-то из дела Гринвиллзов просочится в прессу, мне конец как профессионалу. Боюсь, что всей конторе, детищу деда, тоже конец.
– Пап, ну что ты такое говоришь. Чтобы дед что-нибудь этакое не придумал и не разрулил ситуацию? Никогда не поверю. Успокойся и немного отвлекись. Я хочу тебе кое-что рассказать из другой оперы. Во-первых, Денису звонили с работы. Готова роботизированная поточная линия, которую мы с ребятами проектировали. Мы с Денисом должны ее запустить, так что я завтра прямо с утра уеду на завод. Во-вторых, из больницы выписывают Надю. Я очень прошу тебя не уезжать от нас, когда Надя вернется. Поживи с нами, хотя бы пока не приедет мама.
Павел кивнул, он уже привык жить с сыном в комнате, где все напоминало ему о Бетти.
– Третье и последнее. Я кое-что вспомнил. Некоторое время назад Семен Лукич просил меня проверить английский текст – автоматический перевод с русского. Это была просьба выслать коммерческое предложение на покупку партии чипов. Я тогда про себя удивился, зачем ему это, вроде бы это совсем не его профиль.
– В какую фирму он обращался, помнишь?
– Помню весьма приблизительно, сегодня погуглю, вечером скажу точно, если тебе это важно.
– Это очень важно.
38. Павел
Павел проснулся
– Что же получается, Лукич сволочам на хвост наступил? Чтобы такое дело провернуть, наши сволочи должны были снюхаться с вашими, американскими. Я так понимаю. Теперь дело за малым: понять кто, когда и где. Ты иди, Пал Макарыч, изучай документы, а я полежу, покумекаю, что к чему. Может, что и надумаю.
Павел ушел, но работать не начал. Ему нужен был небольшой релакс. Вчера на совещании с десятиюродными было решено передать флешку следователю. Общий сбор был назначен на четыре часа. У Павла была уйма времени. Вот он и решил посетить местный музей – посмотреть на портрет Бетти. Проблема была в том, что он понятия не имел, где искать этот чертов музей. Павел направился к Веронике, она вроде когда-то работала там экскурсоводом.
– Дядя Паша, дядя Паша, – к нему бросилась кроха. Павел посмотрел на нее сверху вниз и обомлел: девочка была маленькой копией Петрушки. Те же рыжие волосы и веснушки. Павел усмехнулся, интересно, в кого Боб влюблен больше: в саму Петрушку или в ее дочку.
– Дядя Паша, а дядя Боря скоро приедет? Он обещал.
– Знаешь, Танюша, сейчас дядя Боря очень занят, он, конечно, приедет, но не очень скоро.
– Мама тоже мне говорит, что дядя Боря занят, только он мне обещал, что приедет. Он же знает, что мне без него очень страшно.
– А кого ты боишься?
– Как кого? Папу. Он, как напивался, маму кулаком бил. Последний раз, когда мама ему денег на водку не дала, вообще обещал меня на помойку выбросить или продать на органы. Петька мне объяснил, что если меня продадут на органы, то у меня сердце могут отрезать, а другой девочке пришить. Железный Дровосек думал, что у него нет сердца, а на самом деле оно у него было. А как я буду жить без сердца? Стану злой? Мама тогда очень испугалась, вещи собрала, и мы убежали далеко-далеко, сюда – в Потаповск. Папа нас здесь не найдет, но я все равно боюсь. Не боюсь только, когда дядя Боря приезжает.
– Знаешь, Танюша, дядя Боря попросил меня тебя защищать пока его нет. Так что ты не бойся.
– Ладно, не буду бояться. Ты почти такой же сильный, как дядя Боря. Я слышала, как мама дяде Боре по телефону рассказывала, что ты дядю Лешу спас.
К Павлу подошла Вероника, узнала о его желании посетить музей и предложила подвезти его туда. Дети давно хотят поесть бубликов в кафе при музее. Танюша обрадовалась и побежала переодеваться в платьице. Мама считает, что в шортиках ходить в музей неприлично.