Потасовка

Ануй Жан

Д'Анувилль. Надеюсь, герцог, избавить вас от хлопот. Европа навалится на нас — десять против одного. Месяца через два, два с половиной я, скорее всего, буду мертв. И незапятнан.

Фуше. Какие громкие слова для такой омерзительной вещи! Не стремитесь умирать, юноша. Надо жить. Это куда забавнее. Особенно в такой стране, как наша. Одно удовольствие наблюдать за французами после очередной политической катастрофы.

Входят во дворец. Часовой вытягивается в струнку, берет

на караул. Появляется Наполеон в сопровождении Рустана и сияющего маршала.

Часовой(после секундного колебания, кричит). Да здравствует… император!

Наполеон. Отлично, молодец. Вот крик души… Это я люблю. Ты мой первый парижский часовой. Кто тебя здесь поставил?

Часовой. Начальник личной стражи вашего величества, ваше величество. Герцог Дюрас.

Наполеон. Первый раз слышу. Во всяком случае, реакция у тебя хорошая. Как тебя зовут?

Часовой. Дюпон.

Наполеон. Я знал одного Дюпона под Эйлау. Славный был малый. Я ущипнул его за ухо на поле битвы. Видишь, какая у меня память. Старых друзей я не забываю.

Часовой. Наверное, это было ухо моего отца, ваше величество. Или дяди. Я призыва тринадцатого года.

Наполеон(задет). Какая разница? Я сделаю тебя капралом. Маршал, запишите фамилию этого человека. Ты свободен.

Часовой. Кто меня сменит?

Наполеон. Никто. Я возвращаюсь как отец семейства к своим чадам. Мне охрана не нужна.

Часовой отдает честь и выходит. Маршал задумчиво просматривает записи.

Маршал. Мы забыли спросить его имя. После Гренобля у меня уже сто тринадцать Дюпонов. Не считая Дюранов. Это осложнит производство в чин и наверняка его затянет… или у нас останутся одни капралы.

Наполеон делает знак Рустану, тот раскладывает походный кожаный стульчик.

Наполеон. Франция терпелива, маршал.

Маршал. Вы не войдете, сир?

Наполеон. Не сразу. Устрою тут привал. И подожду, пока уберут. Кажется, Людовик занимал мою спальню… А поскольку он, должно быть, уезжал в спешке, я рискую уткнуться носом в его шлепанцы с лилиями… Воспитанный вроде человек, а так бестактен! В первую же ночь улегся в мою кровать.

Маршал. Эта кровать принадлежала раньше его брату, ваше величество.

Наполеон. Ошибаетесь. Ненавижу стиль Людовика XVI. Я заменил ее. На моей кровати подпись — Фонтен и Персье. Стиль ампир. И сфинксы. То-то они рты разинули, когда на мое место вскарабкался этот толстяк!

Маршал. Ну, сфинксов, положим, трудно удивить, ваше величество. Они всякое повидали.

Наполеон(окидывает

его взглядом). Не нравится мне ваше настроение. Вы жалеете, что не арестовали меня, как поклялись Людовику?

Маршал. Я никогда ни о чем не жалею, сир. Я иду вперед. Впрочем, наугад.

Наполеон. Я вышел к вашим солдатам. Я крикнул им: «Стреляйте в своего Императора!» и распахнул сюртук. Возможно, это был лишний жест, признаю. Вам оставалось только скомандовать: «Огонь!»

Маршал. Мои солдаты не стали бы стрелять. Они уже знали, как это было в Лионе, и не захотели бы отстать от товарищей. И вообще было поздно. Я снова встретился с вами.

Наполеон(стремительно поднимается и внезапно кричит). Не смейте говорить обо мне, как о девке! Я не желаю строить Франции глазки. Я не могу щипать всех за ухо и ублажать, словно шлюха! (Распаляется.) А императрица? А мой сын, римский король? А сенат? Никто и не подумал о них в мое отсутствие! Между тем все было предусмотрено!

Маршал. Но вы были уже не вы…

Наполеон(с ненавистью смотрит на Тюильри, шепчет). Ему достаточно было показаться здесь десять месяцев назад, ему, всеми забытому толстяку, не одержавшему ни одной победы… только показаться… И он даже не дал себе труда позаботиться о всплеске народного энтузиазма! Старинный род… Вы правы, маршал. Это его дворец. Я снова врываюсь сюда, как взломщик. Пошли. (Быстро входит в Тюильри, за ним следуют маршал и Рустан.)

Занавес поднимается. Спальня Людовика XVIII, где Наполеона уже ждет Фуше. Слуга сметает груды мусора. Наполеон нетерпеливо ходит из угла в угол, Фуше молчит.

Что он подметает, этот человек?

Фуше(небрежно). Секретные бумаги короля — старье, сир. В предотъездной спешке он, видно, не успел их сжечь.

Наполеон. Вы их прочли?

Фуше. Разумеется.

Наполеон(улыбаясь). Глупый вопрос! В былые времена, внезапно входя в свою комнату, я всегда заставал вас на четвереньках перед корзинкой.

Фуше(тоже улыбается). Один-единственный раз, сир, и это послужило мне уроком. Вы вышвырнули меня вон. Под зад коленкой.

Наполеон. Думаете, я поверю, будто вы на этом остановились?

Фуше. Нет, сир. Я не намерен вас убеждать, не то вы окончательно потеряете ко мне доверие. Рыться в корзинах для бумаг — моя обязанность, обязанность министра полиции. После того случая я стал осторожнее, только и всего.

Наполеон(смотрит на слугу, который выметает мусор). Вы уверены, что там не осталось ничего интересного?