Потеря поля

Глайнс Эбби

Я ничего не приукрашивала. Мама знала правду. Она разговаривала с консультантом.

— Им нравился мистер Дейс. Они не хотят думать, что он сделал что-то не так. По их мнению, это моя вина. Я не могу переубедить их. И не могу ходить с ними в школу. Они не хотят, чтобы я была там, и я тоже.

Ее глаза наполнились слезами.

— Я думала, что этот год будет для тебя лучшим. Ты бы ходила на танцы и на свидания. У тебя бы появились друзья, и ты бы ходила на футбольные матчи. С удовольствием ходила бы в школу каждое утро. Все

то, что ты пропустила раньше. А этот... этот... ублюдок забрал это у тебя.

Мама выглядела такой расстроенной, что мне захотелось успокоить ее, но что я могла сказать? Пообещать, что буду делать все это? Это был мой выпускной год. Ничего из этого не будет. Я даже больше не буду ходить в школу.

— Давай зайдем внутрь и съедим торт и мороженое, которые, как я знаю, там есть, — предложила я.

Мама кивнула и шмыгнула носом.

— Ладно. Я ещё приготовила топпинг из помадки. Для мороженого, — сказала она мне.

Завтра мне придется пройти лишние мили, но ведь теперь у меня будет больше времени. Обучение на дому ускорит процесс. У меня будет больше времени для прогулок. И для чтения. Сегодня я буду наслаждаться сахаром и жалеть себя. Завтра я переживу это. Буду двигаться дальше. Выясню свое новое расписание.

Мы уже входили в дом, когда на подъездную дорожку въехал серебристый «БМВ» старой модели, который нуждался в мытье. Мы обе повернулись, чтобы посмотреть, кто это был. К нам не часто приходили гости. Первое, что я заметила, были светлые волосы. У нее их было много. Женщина была высокой. Даже очень. Я никогда в жизни ее не видела.

— Я могу вам помочь? — спросила мама, дружелюбно улыбаясь.

— Да. — Незнакомка перевела взгляд с мамы на меня. — Я здесь, чтобы поговорить с вами и вашей дочерью. — Она подошла к нам и протянула руку. — Я Шарлотта Дейс.

И милая улыбка мамы исчезла, и на ее лице появилось свирепое выражение. Как у волчицы, готовой защищать своих детенышей. Я почти ожидала, что она сейчас зарычит и покажет зубы.

— Тогда вам следовало бы попросить вашего адвоката связаться с нашим, — сказала ей мама твердым голосом. И воспользовалась этим моментом, чтобы встать передо мной, как будто ей нужно было защитить меня от Шарлотты Дейс.

Шарлотта, казалось, не расстроилась и не готовилась напасть на нее. Женщина оставалась спокойной.

— Я могу понять вашу реакцию. Если бы она была моей дочерью, я бы чувствовала то же самое. Однако нам не нужен адвокат. В этом нет никакого смысла. Я была готова встать рядом с мужем и защищать его. Позвонила адвокату и договорилась о встрече. Я была уверена, что это она его соблазнила. Но он не позволил мне пойти дальше и признался во всем. Сказал, что оба раза она отбивалась от его ухаживаний. Она наивна и молода. Невинна. И понятия не имела, как справиться с вниманием взрослого мужчины. Это привлекло его еще больше. Потом, когда мне захотелось поверить, что это был единственный случай, он признался в романе с двумя

другими несовершеннолетним девушкам, которые были не против. И каждый раз он говорил, что любит их.

Женщина замолчала.

Я уже знала это — ну, знала еще об одной девушке. Той, о которой упоминал офицер Майк.

— Не хотите зайти внутрь? — спросила мама, ее свирепое поведение теперь исчезло.

Шарлотта кивнула.

— Да, пожалуйста. Я бы хотела кое о чем спросить Таллулу, если ты не против, конечно. Мне нужно покончить с этим. Я подаю на развод, но у меня впереди долгий путь. Я намерена бороться за полную опеку над нашей дочерью.

— Я вас не виню, — ответила мама, потом посмотрела на меня. — Ты не против поговорить с ней?

Я не возражала.

— Не против, — ответила я ей.

— Спасибо, — сказала Шарлотта. — Я знаю, что это было нелегко для тебя. Не хочу расстраивать тебя еще больше, чем уже есть. Я просто хотела бы задать тебе несколько вопросов, чтобы понять, как много правды он мне сказал.

Я могу это понять.

— Ладно.

Мы вошли внутрь, и воздух наполнился запахом маминого пирога. Это было первое утешение, которое я почувствовала за весь день. Это означало, что я дома. Неуверенность, охватившая меня, когда Шарлотта Дейс представилась, исчезла.

— Пожалуйста, присаживайтесь, — сказала мама, указывая на диван. — Могу я предложить вам кофе? Кекс?

Шарлотта покачала головой.

— Нет, спасибо. Я не отниму у вас много времени. Я ценю это.

Мама села рядом со мной на диванчик. Ее рука лежала на моем колене. Это была ее демонстрация поддержки.

Шарлотта поерзала на стуле и скрестила ноги.

— Когда он сказал, что любит тебя?

— Чуть больше недели назад. Он поцеловал меня, и я выбежала из кабинета в ближайший туалет. Он последовал за мной внутрь и сказал мне там.

Она кивнула.

— Он говорил тебе, что женат?

Я отрицательно покачала головой.

— Нет. Я понятия не имела. Но это не имело значения, потому что я не хотела его внимания.

— Как думаешь, он делал это с другими девочками в школе?

Я задумалась на мгновение, потом покачала головой.

— Не знаю... Я не обращала на него внимания, если только не была в его классе. Я никогда не думала о нем больше, чем как об учителе.

Женщина посмотрела на мою фотографию двухлетней давности, которая стояла на каминной полке.

— Ты похудела, — сказала она.

— Да.

Она снова перевела взгляд на меня.

— Когда? Я имею в виду, если ты не возражаешь, что я спрашиваю.

— Этим летом, — сказала я ей.

Шарлотта вздохнула.

— Он сказал, что ты отличаешься от остальных. Ты не флиртовала и понятия не имела, насколько красива. Сказал, что ты умная и зрелая для своего возраста. Теперь я понимаю, почему ты так отличаешься.

Она не имела в виду ничего плохого, просто высказала свои мысли.