Потерянная душа

Осколкова Елена

— А ты снова включил режим спасателя, — засмеялась Алиска, но немного нервно. — Боишься, что меня накроет, а тебя не будет рядом?

— И это тоже. А еще меня просто пугает твое спокойствие.

— Когда умерли родители, мы с Димой были убиты горем. Но быстро пришли соцработники и забрали меня в детский дом. Там было, мягко говоря, не сладко, — она о чем-то задумалась, после чего продолжила говорить. — В общем, история долгая, но Дима тогда мне сказал, что иногда близкие люди умирают. И этого никак

нельзя изменить. Но можно прожить достойную и счастливую жизнь. Ради них. Он говорил, что близкие всегда остаются рядом с нами, и им тяжело видеть нас убитыми горем.

— Ты в это веришь?

— Не знаю почему, но эти слова так въелись в мою память, что я не могу себе позволить расклеиться. Мне кажется, что Дима рядом и будет мной разочарован, если я буду страдать. И я успела порыдать и поорать в первый вечер, до твоего приезда.

Алиска очень сильный человек. Это для меня приятная неожиданность. Со всеми ее рассуждениями о жизни мне казалось, что она живет в розовых очках. Но нет. Девушка на самом деле просто не усложняет себе жизнь. Она разумнее многих. Ну меня так точно.

— Он был отличным братом. Ты раньше казалась мне избалованной девчонкой, но сейчас я вижу взрослую девушку.

— Просто раньше мне не было необходимости быть взрослой, да и брат не позволял. Ему нравилось меня опекать, уж не знаю почему. А сейчас пришло время брать на себя ответственность за свою жизнь.

— Если Димон сейчас и правда рядом, он точно гордится тобой.

Позже я впервые за последние несколько недель поехал к себе домой. Алисе не нужна нянька. Она со всем справится сама.

Я вздохнул полной грудью, понимая, что переживания за сестру друга были напрасными. Но на выдохе осознал, что друга на самом деле больше нет. Ведь он летел именно тем рейсом SU-25 на Boeing 737–800 Москва-Санкт-Петербург.

Димка. Почему судьба отмерила тебе такую короткую жизнь? Я не был готов к такому. Никогда даже не предполагал, что ты оставишь меня. Мы были лучшими друзьями всю сознательную жизнь.

Я начал злиться на собственное бессилие. Кидал в стену все, что попадалось под руку.

— Ты даже не пожил для себя! Какой черт тебя дернул в этот Питер?!

— Чего тебе в Москве не сиделось?!

— С кем мне теперь смотреть футбол?! Обсуждать девушек?! Напиваться с горя?!

— Да ты знал меня лучше, чем я себя сам! Ты был голосом моего разума! Моим лучшим другом!

Разбив все вокруг, покричав в потолок, мне захотелось выпить.

Мы с Димоном любили вечерком сесть за стол и потягивать виски. Вот и сейчас я почувствовал острую необходимость в этом напитке.

Налил в бокал, сел за стол и начал крутить этот бокал в руке. Слезы потекли сами. Сначала я пытался их сдержать, но потом начал рыдать в голос. Плевать, что я мужчина. Я все равно человек, которому

бывает больно.

Раньше думал, что мне было больно, когда Кэт помирилась с Егором. Но нет. Все познается в сравнении. Больно мне сейчас. Все эти любовные драмы ничто, по сравнению с потерей близких.

5

Все согласились познакомиться с Алисой. Кэт вообще была счастлива. Видимо, ей не хватает общения с девушками. Только сейчас понял, что у нее нет подруг.

Посидеть решили в баре. Ребята оставили Настену с няней и впервые за долгое время куда-то выбрались. Вокруг царила теплая и дружеская атмосфера. А я понял, что мое сердце уже не выпрыгивает из груди при виде рыжеволосой подруги.

— Я не знаю, как они тогда вообще добрались до дома, — вспоминает Лиска очередную историю про меня и брата. Я рад, что эти воспоминания заставляют ее смеяться, а не грустить. — А потом Димка полночи уговаривал Андрея жениться на мне, чтобы у него было меньше головной боли.

— И чем все закончилось? — Влад вытер глаза от слез из-за смеха.

— Андрей обещал жениться на мне, если я не выйду замуж за кого-нибудь получше до тридцати лет. Только после этого у меня наконец получилось уложить их спать.

— Сколько вам тогда было?

— Мне пятнадцать, а им, значит, двадцать.

— В наше оправдание скажу, что тогда было много текилы, очень много, — мы тогда праздновали мое поступление в институт. Кажется, будто это было в прошлой жизни. — И ты тогда доставляла Димону много хлопот. Вот он и не знал, что с тобой делать.

— Да ладно. Кто в пятнадцать не срывал уроки в школе и не прогуливал?

— Ну, с окна второго этажа мало кто прыгал, чтобы сбежать с алгебры, — решил я напомнить одну из ее выходок.

— Там было не высоко.

— И в школьном туалете никто язык не прокалывает, — до сих пор помню, как Димон кричал на нее. Это было последней каплей терпения ее классного руководителя и директора школы. Его тогда не просто попросили прийти в школу, а потребовали приехать как можно скорее. Вроде даже поднимали вопрос отчисления. — По крайней мере, из присутствующих.

— Кхм. Кхм, — засмеялся в кулак Леха.

— Молчи, — пихнула его в бок Кэт.

А вот это уже интересно. Я мало знаю о жизни Кэт до гибели ее семьи.

— Нет, рассказывай, — оживилась Алиска.

— Кэт было тогда четырнадцать. И ей брат проколол нос в школьной столовой.

Я же говорил, что Лиска и Кэт подружатся. Они из одного теста сделаны. Просто у одной уже есть печальный жизненный опыт, а у другой еще нет. Надеюсь, и не будет.

— Как ты его уговорила?

— Этого не требовалось, — ответил Леха за Кэт. — Они всегда поддерживали все безумные идеи друг друга.