Потерянная любовь
Шрифт:
– Покидать свою комнату после девяти вечера запрещается, - перечислял Мастуф правила, загибая пальцы. – Просить добавки в столовой, кстати, тоже. Но еда так себе, брат, - он шутливо подмигнул Алексу. – Не думаю, что ты захочешь добавки. Душ принимать разрешается раз в три дня в целях экономии воды.
Раз в три дня, ого. Раньше я и таким похвастаться не могла. Иногда приходилось до месяца ходить, лишь обтираясь влажной тряпкой. Поэтому раз в три дня – это действительно роскошь.
Может, тут не так уж и плохо?
–
– Тайлер главный у вас? – спросил Алекс.
Я старалась не отставать от них, но силы были на исходе, очень хотелось вернуться в квартиру и лечь на кровать.
– Да, я не знаю, сколько он тут, но лишь благодаря ему, мы все еще живы. Тут даже есть детская комната на девятом этаже.
– Дети?
– Конечно, брат, люди-то продолжают плодиться и размножаться, несмотря ни на что, - он рассмеялся. –Представляешь, снаружи А-2, эпидемия, хаос, у нас на девятом этаже около семи карапузов возрастом до 10 лет. Говорят, даже у Уолтера есть сын, но он потерял его. Оставил и обещал вернуться, но не смог.
Сколько еще таких «потерянных детей» по всему миру? За которыми обещали вернуться, но не вернулись?
– Столовая на восьмом, там же склад оружия, но это на крайний случай, ты же понимаешь, брат. Но там охрана, провизию тоже охраняют, поэтому даже не думайте ничего украсть.
– Да, никто просто так мне пушку не выдаст, это понятно, - Алекс запоминал каждую мелочь, я уверенна.
– Сообразительный, хвалю. Моя комната, брат, рядом с оружейной. Шестьдесят третья, приходи, если что надо будет.
Алекс развернулся и пожал Мастуфу руку.
– Спасибо.
– Да не за что, мы же вроде как должны все помогать друг другу, верно? Верно, брат, верно. Идите в столовую, время обеда уже прошло, но думаю у Стефи найдется для вас что-нибудь.
– Стефи – это повар? – говорить мне было тяжело, но дышать еще тяжелее. Спускаться по лестнице намного проще, чем подниматься, а я уже чувствую себя как отбивная, словно все соки выжали. Зачем я только пошла?
– Да, верно говоришь. Ладно, идите, до встречи.
Мы вошли в светлую просторную квартиру, переделанную под прием пищи: в большом холле рядами стояли столы и стулья, на стенах – перекошенные старые картины. И даже подобие скатерти постелено. В целом, неплохо.
Мы подошли к окошку, выдолбленному в стене, которое вело на кухню, где хозяйничала Стефи. Пожилая седовласая женщина уверенно натирала грязные тарелки в огромной раковине. Ее руки раскраснелись, а непослушные волосы выбились из резинки.
– Стефи? Здравствуйте, Мастуф сказал обратиться к вам. Мы новенькие, не успели на обед, - мягко проговорил Алекс.
Я прошла и уселась на крайний стул, благодаря Бога за возможность дать ногам отдохнуть. Мучала страшная
Женщина развернулась, все еще держа тарелку в руках.
– Конечно, мне сказали, что вы придете. Проходите, сейчас что-нибудь сообразим. Не ресторан конечно, но хоть что-то. Извините, запасов крайне мало, выкручиваемся как можем. Даже хлеб редко бывает.
Тут у всех манера говорить как можно больше? Не люблю болтливых людей, я устаю от них. Тем более сейчас, когда мое физическое состояние далеко от идеала. Уже за одну минуту она меня утомила.
– Ничего страшного, мы всему рады.
Если тебя кормят бесплатно, то почему мы должны отказываться от этого? Наши запасы, что мирно лежат в рюкзаках в квартире, нам самим еще пригодятся.
Вскоре Стефи принесла нам немного отварного картофеля и похлебку, цветом напоминающую шпатлевку для стен. Запах был ровным счетом такой же – никакой. Зато на вкус больше напоминала перловку. Даже один стакан разбавленного компота достался. Неплохой обед. Лучше, чем коренья или похлебка из крыс.
После обеда мы вернулись в квартиру. Этот подъем на десять этажей к ряду дался мне крайне тяжело. Не успев толком зайти в квартиру, я повалилась на кровать, мечтая закрыть глаза и прикинуться ветошью.
Проклятая отдышка. Проклятое воспаление легких. Проклятая жидкость в легких.
Я поудобнее устроилась, умоляя легкие дышать нормально.
– Если хочешь, можешь поспать.
Я подняла на Алекса взгляд, выглядел он шикарно. Интересно, если бы на А-2, мы когда-нибудь встретились бы?
– Алекс, если бы не эпидемия, ты бы обратил на меня внимание?
Он удивленно вскинул брови и присел рядом на краешек кровати.
– Ты хочешь сказать, заинтересовала бы меня молодая брюнетка с упрямым характером и топором в руках? – он улыбался, и за эту улыбку с готова продать душу Дьяволу.
– Вроде того.
– Все возможно, - он запустил руку мне в волосы, нежно поглаживая их.
– Не подумай ничего такого, но Алекс. Я ведь ничего не знаю о тебе. Где ты жил? Кто твои родители? Как ты оказался на заправке? Что случилось до того, как я освободила тебя? Ты обо мне практически все знаешь.
Разве что деталь про изнасилования родного брата я опустила.
– А ты сам для меня полная загадка.
– Разве это не придает мне определенного шарма?
– Я просто хочу все знать о тебе. О человеке, с которым делю свою жизнь, свое еду и воду. За кого я готова отдать жизнь.
Алекс заметно напрягся и шумно выдохнул. Я задела не самое приятное воспоминание. Но мне необходимо знать. Ведь, по большом счету, я ничего не знаю о нем, кроме имени и возраста. Отправной точкой была заправка, но что с ним было до, я до сих пор не имела понятия.