Потерянная

Эл Саландер

– Валерия Волкова!

– Здравствуйте, Галина Алексеевна. – Я делаю ангельскую улыбку.

– Ты почему вчера на занятиях не была?

– Я…, – не успеваю я продолжить, как Бубнова внаглую меня перебивает.

– Если ты, проучившись до третьего курса, все еще не знаешь: у нас принято писать заявление или звонить, или приносить справку от врача. Она у тебя есть?

– Галина Алексеевна, у меня вчера адски болел живот. Месячные, ну вы меня понимаете. Справки, конечно же, нет, а про звонок я совсем забыла, думать ни о чем не могла. Ну, вы меня понимаете… – я выпаливаю это быстро, без запинки, одновременно

жестикулируя и притворяясь невинной овечкой. Сама поражаюсь, куда делась моя скромность?!

– …хорошо, но в следующий раз обязательно звони. – растерянная Бубнова смотрит на меня с пониманием.

– Да, хорошо. Я побегу тогда, а то уже пара идет?

– Иди, иди, разумеется.

Фух, вот это пронесло! Видно вчера Бубнова приходила с проверкой, но это она еще другие мои пропуски не видела. В конце месяца, чувствую, ждет меня огромная задница. На бегу в аудиторию, с мыслями о том, какая зав.отделением коза, что меня задержала, я не замечаю и пробегаю мимо Громова, который шагает со своим портфелем.

– Валерия – оборачивается он.

Господи, да что же сегодня всем от меня надо?

– А? Илья Валерьевич, здрасти. – Я подхожу ближе и стараюсь не смотреть на него. Не понимаю, чего он вообще от меня хочет, неужели ему нравится заставлять меня вспоминать ту ночь, когда я была пьяная в стельку?

– Валерия, Вас вчера не было на моей лекции, Вы теперь избегаете меня? То, что случилось, никак не повлияло на колледж, если из-за этого Вы пропускаете менеджмент…

– Нет, все нормально, просто я себя плохо чувствовала, правда, – я обрываю его на полуслове. А ведь я даже не знала, что вчера был менеджмент. Я просто прогуляла, не поинтересовавшись, какие были пары.

– Хорошо, если это так. На Ваших оценках это не отразится. – И когда это он снова начал со мной на «вы»? Держится официального тона на людях? Хм…

– Да, спасибо. Ну, я пойду? У меня пара и я уже опаздываю. – Черт, небольшое опоздание Суетова простит, но я опаздываю уже минут на пятнадцать-двадцать.

– Идите. Всего доброго. – Он разворачивается и своей прямой сдержанной походкой уходит в другую сторону.

К моему счастью, Ольга Ивановна меня легко впустила на лекцию и сейчас я подпираю голову рукой уже двадцать минут. Пожилая женщина, называемая себя преподавателем, сидит и чего-то вякает с места на парней. Она ведет себя так, будто только она всегда права и не может ошибаться. Возомнила себя пупом Земли! Чтобы как-то отвлечься, я захожу «В контакт» с телефона и просматриваю старые сообщения от Александра Николаевича. Бо-оже, а вот сообщение второго сентября, когда он позвал меня гулять. Это был самый незабываемый вечер за всю мою жизнь! Один единственный…Как же я была глупа, когда думала, что после этого мы будем вместе…

Перед философией большая перемена, поэтому я иду в магазин за какой-нибудь едой. В местной столовой кормят просто отвратительно, хотя пирожки довольно-таки сносные, но если учесть мою невезучесть, каждый второй пирог мне попадается с начинкой в виде волос поварихи. Так что я привыкла питаться запакованными продуктами. Выбор небольшой, супермаркета рядом с нашим колледжом нет, я покупаю творожный сырок, яблочный сок и упаковку круассанов. Уже собираюсь расплатиться, как моему взгляду бросаются сигареты. Да, странный у меня взгляд,

если учесть, что я не курю.

– И сигареты вот эти еще, дайте пожалуйста.

– Паспорт есть? – косится на меня недоверчивая продавщица. Мне, наверное, никто не даст больше пятнадцати.

– Да, сейчас, – надо найти в моей бездонной сумке паспорт, это будет нелегко.

– Не надо, – отвечает продавщица, протягивая мне пачку сигарет, когда я наконец-таки его нашла! Она издевается? Я понимаю, что она поверила, что документ у меня есть, но на какой черт я его тогда искала? С огромной злостью, я расплачиваюсь и выхожу на улицу.

На улице мелкий дождь, темно и сыро, но я нахожу одинокую лавочку и поглощаю пару круассанов, запивая их соком. Есть больше не хочется, и я вспоминаю про сигареты. «Начну курить, может, избавит от стресса» – говорит мое сознание. Оно так убедительно. После выкуренной сигары я не чувствую, чтобы мне стало легче, но, решив, что с одной ничего не будет, я намереваюсь продолжить это занятие.

Философия проходит вполне спокойно. Пожалуй, это самый нормальный предмет из этого семестра. Остальные все связаны с точными науками, а я полный гуманитарий. Нда, что тогда я делаю в экономическом колледже? Хрен знает! Просто хотела свалить из нашего маленького города, вот и уехала после девятого класса. Талантов у меня никаких нет, поэтому поступила сюда. Была у меня страсть стать врачом, но в химии я полный ноль, да и денег нужно на учебу много, а наша семья не отличается большим достатком. Вот так и учусь я на специальности, которую не понимаю и не люблю.

После учебы я залипаю над следующими частями «Гарри Поттера», девчонки под вечер ко мне присоединяются, и я снова не чувствую себя жалкой и одинокой. В этом семестре мы больше времени проводим вместе, вот так весело общаемся, и меня это радует.

***

«Снова» – раздается в моей голове, как только я просыпаюсь. Только что мы с Александром Николаевичем целовались посередине коридора, и снова этот чертов реальный мир. Хотя, не знаю, реальный ли он. Иногда мне кажется, будто тот мир снов, он реальный, а здесь… Это кошмар, проснуться от которого можно лишь если умрешь.

Я встаю с постели, как бревно. Все делаю с каменным выражением лица (так, думаю, это выглядит со стороны) и без завтрака отправляюсь на учебу. На улице туман, осень в этом году дождливая. Я устала. Устала от неопределенности, я хочу быть с Ним, хочу, чтобы каждый день он держал меня за руку, хочу, чтобы улыбался, при нашей встрече. Я люблю Его. Наверное, это эгоистично, но я не могу так жить.

– Эй, это бритва? Ты носишь на шее бритву? А ты опасная, – шутит Данил Кривошеев, когда я захожу в аудиторию.

– Это лезвие, а не бритва, – с равнодушием отвечаю я.

– Доброе утро. Оу, оно настоящее? – проходит Саша Семихвостов и тоже замечает мой амулет.

– Нет, не настоящее. – На секунду я запинаюсь, потому что настоящее есть в моей сумке.

– Я боюсь тебя, – шутит Саша и окидывает меня своим странным взглядом. И почему я могу понравиться только такому прыщавому, несимпатичному парню? Он давно делает мне намеки, говорил, что хочет меня, и это были не просто шутки. Он озабоченный, который постоянно мне надоедает. Лучше уж ни с кем, чем с ним.