Потерянная
Шрифт:
– Что ж, теперь вы понимаете, к чему может привести беспечность, – подвёл итог Грезгор. – Разница в том, что здесь ловушки фантомные, есть возможность начать заново. А в реальности подобная неосторожность могла стоить вам жизни. Нельзя расслабляться, находясь в необычной ситуации. Надеюсь, уяснили. То, что сегодня далось вам легко, а именно бой с нежитью, может оказаться самым сложным. Так как даже мы не знаем всех способностей новой нежити. Понятно?
Слаженный кивок послужил ответом. И в следующий час нас разделили на пары: старшекурсник – первокурсник.
Больше я на ребят не смотрела, уделив все внимание партнеру. Взмах. Разворот, перекат. Выпад. Мы танцевали с парнем, и он явно получал удовольствие. Ему легко удавалось достать меня, но при этом Санир сразу обозначал мои промахи и ошибки.
– В любом бою важна хитрость и изворотливость. Каким бы искусным ни был враг, необходимо его перехитрить, заставить поверить в твою неопытность, а потом серией ложных выпадов полностью обезвредить. Поняла?
– Да. Но одного понимания мало. Осталось применить советы на практике, – отозвалась, снова вступая в бой.
Только к концу занятия удалось выработать тактику и даже один раз достать парня. Это стало маленькой победой, и я смогла отвлечься на друзей. Оборотень рядом с Ричем неимоверно злился, совершая ошибку за ошибкой. Кажется, ему так и не удалось достать темного, зато сам уже весь покрылся царапинами от клинка Рича.
Альёна с драконицей красиво танцевали, с переменным успехом. Иномирянка выигрывала за счёт ловкости и смекалки, а драконице оставалось применять силу, выносливость и ускорение.
Грезгор пристально наблюдал, делая пометки в блокноте. Где-то кивал с довольной ухмылкой, местами хмурился, если не нравилось происходящее. Но в спарринги не вмешивался. Только в самом конце устроил разбор полетов, обозначив, какими неповоротливыми ослами, прущими напролом и не желающими включать мозги, считал некоторых.
Разбредались, едва волоча ноги от усталости. Альёна повисла на Риче, меня поддерживал Санир. А ведь отдохнуть не получится, именно с сегодняшнего дня мы решили помогать иномирянке с артефактами. Я надеялась, что после обеда силы хоть немного восстановятся.
– А вы куда собрались? – догнал голос Грезгора.
А ведь я о нем совсем забыла. Пришлось останавливаться. Нам вручили по пузырьку восстанавливающего зелья. Пришлось выпить, стало значительно легче.
– Что хотел? – Рич явно потерял настроение в спарринге с оборотнем.
– Обсудить произошедшее, – не поддался на агрессию племянника мужчина. – Какие соображения?
– Декан Грезгор, почему тела погибших магов не похоронили с почестями, а отдали Академии для экспериментов? Это ведь неправильно, так не должно быть, – озвучил общий вопрос Санир. Магистр довольно кивнул.
– Молодец! Зришь в корень. На заставу уже отправлен запрос, как такое могло случиться. Ответ ожидаем. Чувствую,
– Что разошедшийся менталист пытается добиться цели, правда пока непонятно, какой именно, – бросила Альёна, вспомнив о нашем недавнем разговоре и предположениях.
– Ментальная магия – опасная вещь, которая сводит с ума, вызывает привыкание, агрессию. Если наш менталист, ощутив вседозволенность, пытается привлечь внимание, чтобы его остановили, значит, сам он давно перешёл черту, утратив собственную суть и отдавшись во власть магии. Это тот самый случай, когда не маг управляет силой, а она им, – поведал Грезгор.
– А как вычислить такого безумца? – вырвалось у меня.
– Очень сложно. Если сила берет верх, то идёт на любые хитрости, чтобы как можно дольше творить деяния, не попадаясь под подозрение. Если человеческий фактор ещё может выдать личность безумца, то магический засечь практически невозможно. И тут вся надежда только на таких же менталистов. Еллина, тебе больше всех придется постараться, при этом как можно тщательнее скрывая свой дар. Вернее, его настоящую мощь. Понятно?
– Да, вполне, мне уже не в первый раз советуют скрывать настоящую силу, – отозвалась, пытаясь понять, чем она отличалась от других. Об этом на занятиях ничего не говорили.
– А теперь я хочу услышать, что ещё вы придумали, – уточнил декан.
– Хотим создать артефакты, раздать студентам, чтобы не попали под влияние и не погибли, как до этого маги. А если получится, то и воинам в гарнизоне оставить, им нужнее, – поделилась задумкой иномирянка.
– Хорошая идея. А справитесь? Месяц остался, – в голосе мелькнуло сомнение.
– Очень постараемся, подключим и других артефакторов, они не откажутся помочь, – уверенно заявила подруга.
– Ладно, а мы все же попытаемся узнать о специфике неопознанной нежити, – буркнул себе под нос Грезгор, судя по виду, уже находящийся не с нами.
– Я одного не понимаю, если вы раздадите артефакты всем, то, значит, и самому менталисту достанется? – задал вопрос Рич.
Судя по всему, эта мысль пришла ему в голову прямо сейчас. Об этом, кажется, никто и не подумал. Поэтому теперь все недоуменно переглядывались друг с другом.
– Какой хороший вопрос, – кивнул Грезгор. – Его надо хорошенько обдумать. Ограничимся защитой одних студентов. Магам, естественно, артефакты сделаем, но пока отдавать не станем. Только тем, кому безоговорочно можно доверять.
– А как мы будем знать, кому безоговорочно доверять? – проявила подруга любопытство. – Как известно, настоящий злодей умеет очаровывать и втираться в доверие. Такого весьма сложно вычислить.
– Мы постараемся, – пообещал декан, в тоне которого отчетливо сквозила угроза. Что ж, больше нам здесь делать было нечего.
Оставив мужчину наедине с мыслями, отправились на обед, а потом Альёна предложила вместе идти в лабораторию, где сейчас наверняка можно было отыскать артефакторов со всех курсов. Спорить не стали.