Потерянная
Шрифт:
Скорость моего недо-полета начала снижаться и сработала сила притяжения, отправляя меня обратно на грешную землю. Глупо взмахнула руками, словно это были крылья и я могла летать. Не помогло. Наконец-то вспомнила, что я девченка, и завизжала во все горло от страха. Помогло. Я немного стукнулась задницей об взлетевшего грифона, который поймал меня на спину, раскрыв крылья и взмыв вверх.
Мама! Мамочки! Деваться не куда, схватилась за перепонки на крыльях и перекинула через него ногу, удобно устроившись на нем как на лошади. Ну или как на Тузике. И чего я боялась? Высота то не больше третьего этажа…
Ашими клокотал что-то мелодичное
— Цезар! Меня сейчас стошнит…
— Спускайтесь.
— Как? — он ничего не ответил. Вот же ж… — Ашими, ты кушать не хочешь? Давай вниз, а? — обхватив его широкую шею, прошептала я, сдерживая головокружение. Перья, хоть и крупные защекотали нос. От них исходил запах травы и солнца. Я зажмурилась, тошнота отступила.
Когда я открыла глаза он уже стоял на земле, согнув переднюю лапу. Так вот что ты хотел?! Удобно, в самом деле. Я соскользнула на нее, а Ашими сам опустил ее к земле. Сошла с нее, как со ступеньки, и выпрямилась. Вот это да…
Сердце стучало как сумасшедшее, адреналин бурлил в крови, руки все еще подрагивали от крепких объятий. Но я чувствовала себя великолепно…
— Живая? — не дождавшись моего ответа, Цезар усмехнулся. — Вижу, что живая. Пойдешь со мной, я дам тебе мазь.
— Мазь?
— О, кто-то все еще под впечатлением. — хохотнул он — Да, мазь от синяков. — непонимание оглядела себя, поскольку ощущения молчали и боли я не чувствовала. А-аа. Колени. На икроножных мышцах проступали небольшие синяки. Вот это, да. Как же это он меня так вверх подкинул? Прям как гимнастку, чтобы через мгновение поймать на спину. Впечатляет…
— Спасибо. Это не обязательно, ты же не виноват.
— Мне так хочется. Пойдем. На сегодня ты закончила, я свяжусь со Стражами, чтобы тебя приняли раньше времени, пока ты обработаешь ноги. — я послушно пошла следом за Цезаром, лишь быстро, в порыве благодарности сжав в объятиях шею Ашими, который, казалось, забыл уже о моем существовании, поглощая зерно.
Война войной, а обед по расписанию.
Я уже успела искупаться и дождаться возвращения Айовы с отработки. К моей радости она не пошла в дом удовольствий. Она вообще удивила меня, когда сама вызвалась к Лету Новаку, командира легиона, который сейчас был у Врат Тьмы, сдерживая прорыв. Так что, мы частенько пересекались с ней и на отработке. Новак вообще странный и хитрый мужик. Нанимал как полевых кухарок, а на деле это обхаживание солдат и Легионеров: там принеси-унеси, там постирай, там зашей, там помоги лекарю, всех накорми, за обеспечение и расход продуктов отчитайся… До жути жадный и хитрожопый старикашка. Если бы не приличная ставка и перепадающие от его подопечных монеты, давно бы его послала куда подальше. Но… Мы имеем, то что имеем…
— Санкц о тебе сегодня вновь спрашивал. Ох, и пошлые у него мыслишки, хотя и романтичные. — хохотнула моя соседка, жуя копченый окорок. — Покорила ты парня.
Мы расположились у меня в камере и устроили пир горой. Я купила у кухарки Цезара копченую курочку, Айова принесла из полевого лагеря запеченный картофель и овощ напоминающий огурец, но значительно превосходящий его размерами, Киран принес нам маленький бочонок яблочного нектара. Мы объедались. Праздник
Подумываю разучить с ней "Батарейку". При такой акустике звучать должно круто.
— Не интересует! — прожевав отозвалась я.
— Ну если бы за мной такой Страж ухаживал, меня бы тоже рядовой вояка не интересовал.
— Да ну…
— Ага. Рассказывай кому-то другому. Он у тебя на коротком поводке, ты из него веревки вить можешь.
— Угусь… На поводке… Только ошейник почему-то на мне.
Мы рассмеялись, хоть и грустным смехом, но обе стукнули друга кулачками по плечу. Вечер перетекал в ночь.
— Как там демон? Поверить не могу, что он так просто отказался от твоей души.
— Нормально. А какой у него был выбор? Я же не дура. — не рассказывать же Айове, что я дура, которая уже фактически продала собственную душу, но другому демону. — Через неделю Игры Стихий. Цезар планирует договориться с командованием Стражей, чтобы я помогала ему в участии. Принеси-подай. Так, что возможно, я воочию посмотрю из-за чего вокруг столько шума. Да и ставку обещал увеличить.
— Так это же классно. Мало кто может похвастаться тем, что видели Игры Стихий, а ты можно сказать учавствовать в них будешь. И с кем? С прошлым победителем Игр. — восторженный блеск в глазах не оставлял сомнений в правдивости ее слов. — Туда простым существам путь заказан. Правящие и приближенные к ним, знать… Ты счастливица, раз тебе повезет там побывать.
— Меня интересует только золото. — рассказывать Айове о грифоне не хотелось. Непринужденная бы атмосфера вмиг улетучилась. Но она испортила ее раньше:
— Поверить не могу до сих пор, что Фисса так с тобой поступила. Миллион! Это же огромные деньги…
Я замкнулась и махнула рукой. Спешно попрощавшись отправилась в свою камеру. Наши решетки были подняты, не препятствуя передвижению, и поэтому я довольно быстро плюхнулась в свою койку.
Сон сморил моментально.
Пушистые белые облака мелькали перед моими глазами. Я осмотрелась. Я парила в небе на сумасшедшей высоте, внизу едва виднелось темное очертание земли. И что я тут делаю? Более бесполезного и странного сна я не видела.
Пошевелила руками и ногами, не сдвинулась и на сантиметр. Скукота.
Прямо перед моим носом что-то сверкнуло. Подавшись вперед всмотрелась пристальнее. Что это? Стоило только удивиться как из ниоткуда, из этой сверкнувшей точки, показалась птичья голова и что-то огромное взмыло вверх. Чудесным образом меня потянуло следом. Теперь я отчетливо видела мощный размах крыльев, сильное туловище и задницу грифона.
Эээ… Ашими?
Верхом на грифоне сидела хрупкая девушка, облаченная в белые доспехи, с золотой каймой. Огненные волосы развивал ветер. Прямая спина, гордо поднятая голова… Так это же так незнакомка в белом из моего сна. И снова она явилась мне во сне. Зачем? И почему опять со спины? Присмотрелась внимательнее. Она восседала верхом, словно была продолжением грифона. Ноги свободно свисали, одна рука покоилась на эфесе меча в белоснежных ножнах, вторая рука перебирала перышки… Ни грамма страха, ни грамма мер безопасности, ни грамма страховки…