Потерянное освобождение

Торп Гэв

— А я их ни в чем и не обвиняю, — ответил примарх. — Я не могу — и не буду— убивать их. Их приняли в воинское братство легионеров-Астартес, и они разделят ту же судьбу, что и остальные, — с честью погибнут в бою против врагов Императора.

— Вы все еще намереваетесь напасть на предателей? — спросил Аркат. — Ваш легион практически уничтожен, примарх.

— Атака Нарсиса начнется, как и было запланировано, — ответил Коракс. — Эти события только доказывают то, что Гвардии Ворона нельзя расслабляться. Мы живем боем, а не раздумьями. Сейчас, больше чем когда-либо, мы нуждаемся в победе, чтобы укрепить дух и выковать

новое братство в легионе. Слишком долго мы были разделены на тех, кто родился на Терре, и тех, кто создал Освобождение, на тех, кто выжил на Исстваане, и тех, кто нас спас, на ветеранов и Рапторов. Такого больше не будет. Мы — Гвардия Ворона, и мы покажем Империуму, что мы едины.

Они нашли магоса Орландриаза в лазарете. На койках лежали раненые, в основном Рапторы, которые сражались с диверсантами без доспехов. Несколько десятков кроватей занимали неподвижные тела, их лица были скрыты под окровавленными простынями. Коракс остановился рядом с одним из Рапторов с перебинтованной грудью.

— Легион в неоплатном долгу перед тобой, легионер, — произнес примарх. Он знал в лицо и по имени каждого своего воина, Рапторы также не были исключением. — Ты ведь Хеф, верно? Навар Хеф?

— Так точно, лорд Коракс, — сказал Навар и скривился, попытавшись сесть.

Коракс жестом приказал ему лежать.

— Я просто рад, что смог пригодиться вам.

— И все еще можешь, — ответил Коракс. Он повысил голос, обращаясь ко всем раненым: — Кто из вас полагает, что способен сражаться?

Раздался хор криков и радостных возгласов.

— За Императора и Гвардию Ворона! — прокричал Агапито, воздев кулак.

— За Императора и Гвардию Ворона! — в один голос ответили Рапторы.

Коракс кивнул и прошел во внутренний санктум, где встретил Орландриаза, который как раз говорил о чем-то с Аркатом.

— Кустодий сказал, что вы хотите провести генетическое тестирование всех легионеров, лорд, — произнес магос. — Я смогу начать его через пару часов.

— И оно выявит всех подставных Гвардейцев Ворона? — спросил Агапито.

— Уверен, ни один легионер не сможет скрыть свою истинную природу, командор.

Отладив терморегулятор, Катон Юлиаксис присел, прислонившись спиной к стене. Опустив металлические створки, служившие ему вместо век, он задался вопросом, когда же его освободят от утомительной обязанности управлять геракли. Немые чудовища едва ли были достойной компанией для ученого.

Вдруг звуковой детектор уловил движение одного из подчиненных. Открыв глаза, Юлиаксис увидел прямо перед собой геракли. Ученый взглянул в тень под капюшоном и с удивлением заметил, что в ответ на него смотрят наполненные разумом глаза.

— Какого…

Гигантский геракли врезал оружием под подбородок Юлиаксису, одним ударом перебив тому гортань и сломав шею. Другой геракли просто смотрел, удивленный поведением собрата.

Закрыв дверцу шкафчика, внутри которого лежало тело аколита, Омегон спрятал в полы одежды коробку с генетической информацией. Вновь примерив неуклюжую походку геракли, он спокойно миновал северный коридор и направился к воротам.

Как же сильно его одолевал соблазн пристрелить проходившего мимо него Коракса, но подобный триумф был бы скоротечным. Альфа-Легион лучше других понимал, что зачастую величайшие победы остаются невоспетыми. Лучше незаметно ускользнуть, выполнив задание, чем привлечь к себе внимание, поддавшись жажде острых ощущений.

Впадина Воронов кишела войсками Механикум, поэтому у Омегона ушла

всего пара минут на то, чтобы смешаться с другими геракли. Вскоре он оказался за внутренним двором, направляясь на охоту за выжившими гильдейцами. Едва вокруг сопровождавшей их группы скитариев сгустился туман, у основания его черепа началось равномерное тиканье, указывавшее, что в пятистах метрах от него находится боевой корабль с «Беты». Пришло время оставить Киавар. Он получил то, за чем пришел.

Раздались панические крики, когда Омегон открыл огонь, несколькими длинными очередями сразив двух геракли и их поводырей-скитариев. Оставив их тела в тумане, примарх растворился во мгле, направившись к ожидающему его транспорту.

Глава восемнадцатая

КРЫЛЬЯ ВОРОНА

ХОРУС ПОЛУЧАЕТ ТРОФЕЙ

НАРСИС

В Карнивалисе царила мрачная атмосфера, ряды легионеров безмолвно провожали взглядами шагающего к помосту Коракса. Агапито, Бранн, Алони и Нуран Теск, новый командор Ястребов, стояли по обе стороны кафедры, покрытой гравированными воронами. Присутствовали все Гвардейцы Ворона, включая изуродованных Рапторов, которые еще могли сражаться. Армориум модифицировал подаренные доспехи модели «Корвус», усилив их в необходимых местах, прорезав отверстия для рогов и спинных наростов, а также приспособив сочленения и застежки для искривленных конечностей.

В рядах Гвардейцев Ворона провели чистку — когда Орландриаз начал генетическое тестирование, воины, которые притворялись Гвардейцами Ворона, попытались сбежать или покончить с собой. Опираясь на знания о геносемени примархов, Коракс смог подтвердить, что диверсанты были из Альфа-Легиона. В их крови, костях и плоти была метка Альфария, и они были обречены независимо от своих действий.

Под почтительные кивки командоров примарх взошел на помост. Коракс был облачен в полный комплект доспехов, одна рука заключена в перчатку с молниевыми когтями, пережившую схватку с Лоргаром и Курцем, в другой же он сжимал силовую плеть, которой пользовался с сокрушительным эффектом во время отступления на Исстваане. Он поднял обе руки, показав оружие собравшимся Гвардейцам Ворона.

— Астартес покорили Галактику для Императора… — начал было он, но запнулся, стоило ему взглянуть на ряды своих воинов.

Неужели это последние дни Гвардии Ворона? Ведет ли он их в последний бой? Примарх тяжело сглотнул, вспомнив о лишениях, с которыми ему пришлось столкнуться еще в бытность лидером ликейских повстанцев. Тогда задача казалась невыполнимой, но все же он победил. Он не поддастся страху — ни перед своими врагами, ни перед тем, кем может стать. Коракс начал снова:

— Астартес покорили Галактику для Императора. Мы были сотворены его руками, изваяны во плоти его волей, нам вручили лучшее оружие и доспехи, которые изобрело человечество. Но Великий крестовый поход стал возможен не благодаря нашему оружию и нам. Это вера. Вера в нашу цель, в распространяющуюся Имперскую Истину придавала нам уверенность превыше всяких убеждений и отчаянной храбрости врагов. Вера в командиров и в самих себя дарила нам силы преодолевать все преграды. Вера и доверие стали такими же жертвами войны, как павшие на Исстваане и во Впадине Воронов. Тяжело смириться с тем, что Воитель Хорус, магистр войны, избранный самим Императором, стал отступником. Сложно принять то, что наши братья по оружию, легионеры Астартес, осквернили Имперскую Истину и предали свои обеты. Но все же вера и доверие останутся нашим величайшим оружием.