Потерянные души
Шрифт:
Еще не открыв стеклянную дверь, Джин-Энн увидела чифа Хармильо и его четырех полицейских и повернулась к Джулиану: «Дорогой, наверное, какого-то беднягу застрелили».
– Появление полиции не всегда означает стрельбу, – ответил Джулиан, когда створки автоматической двери разошлись, пропуская их.
Тремя годами раньше, когда Джин-Энн уходила из больницы, где навещала подругу, которая попала в автомобильную аварию (в ее автомобиль врезался пикап, управляемый пьяным водителем), ко входу в приемное отделение подлетела «Скорая», сопровождаемая тремя патрульными автомобилями: Дона Скоуби (владельца
Едва они вошли в вестибюль, к ним, улыбаясь, направился патрульный Джон Марц, муж красношляпницы Аниты, который ежегодно проводил благотворительный аукцион на нужды больницы.
– Кого застрелили? – спросила Джин-Энн, невзирая на улыбку Джона.
– Застрелили? Ну что вы, Джин-Энн. Никаких выстрелов. Проблема с заражением. Ничего серьезного, но…
– Каким заражением? – спросил Джулиан.
– Ничего серьезного, – повторил он, – но все, кто побывал в больнице в последние несколько дней, и все, у кого здесь находится друг или родственник… нам нужно, чтобы вы сдали анализ крови.
– С Мэри-Джейн все в порядке? – спросила Джин-Энн.
– Да, да, у нее все хорошо.
– Она чем-то заразилась, после того что ей пришлось пережить?
– Нет, Джин-Энн, – ответил Джон Марц. – Ей уже сделали анализ крови, никакого заражения. Много крови нам не надо. Всего капельку. Из пальца. Если вы пройдете со мной…
Следом за патрульным они пересекли вестибюль, направляясь к лифтам.
– Ее желчный пузырь не просто воспалился, – сообщила Джин-Энн Марцу. – По телефону она мне сказала, что на нем образовался абсцесс.
– Я надеюсь, это заразное заболевание ей не повредит, – вставил Джулиан.
– Нет, нет, – заверил их Марц. – Как я и сказал, анализ крови показал, что она здорова.
– А какое отношение к заражению имеет полиция? – спросила Джин-Энн. – Где врачи и медсестры?
– У них полно работы. Они попросили о помощи. По закону мы обязаны помогать, если возникает чрезвычайная ситуация.
– Чрезвычайная? – нахмурилась Джин-Энн. – Но вы говорите, что ничего серьезного.
– Действительно, ничего серьезного, – они уже вошли в кабину. – Очень многие сотрудники больницы заболели гриппом, и они обратились к нам за помощью, потому что рук катастрофически не хватает.
– И что это за заражение? – спросил Джулиан, когда двери кабины захлопнулись. – Вы так и не сказали.
– Я же не специалист, Джулиан. Если попытаюсь объяснить, покажусь вам полным идиотом. Доктор Лайтнер все вам расскажет.
Кабина уже спускалась, когда Джин-Энн спросила:
– Джон, я думала, что лаборатория по забору крови на первом этаже.
– Да, на первом. Но доктор Лайтнер распорядился развернуть вторую лабораторию в подвале, чтобы ускорить процесс.
Двери кабины разошлись, они вышли в коридор. Джон Марц повернул направо. Джин-Энн шла рядом с ним, Джулиан – на шаг позади.
Потрясающе красивый молодой мужчина вышел из комнаты по левую руку. Увидев такого красавца, Джин-Энн подумала, что это какая-нибудь знаменитость, возможно, из тех, кого она видела по телевизору.
А
Потом молодой мужчина закрыл за собой дверь, а Джон Марц повел их дальше, говоря: «На получение результатов уйдет лишь несколько минут. И колют они очень осторожно, – он поднял большой палец. – Даже не видно, где они меня укололи».
Джин-Энн подумала, что видела этого молодого человека в программе «Американский кумир» [34] . Она оглянулась, но молодой человек уже исчез.
Джон Марц привел их в комнату, где в инвалидных креслах сидели пять пациентов. Закрыл дверь, оставшись рядом с ними.
– Это займет не больше минуты, – пообещал он.
Из пяти пациентов троих Джин-Энн не знала. Компанию им составляли Лорейн Полсон и Сюзан Карпентер.
Лорейн работала официанткой в «Кафе Энди Эндрюса». В больницу ее привезли в понедельник с выпадением матки. Этим утром ей собирались удалить матку. Джин-Энн навещала ее прошлым вечером, принесла ей сборник кроссвордов, которые Лорейн обожала, и маленькую корзинку с фруктами.
34
«Американский кумир» – популярная музыкальная передача, конкурс начинающих исполнителей.
– Дорогая, тебе не сделали операцию?
Лорейн скорчила гримаску.
– Нет, но винить тут некого. Из-за гриппа не хватает операционных медсестер. Операцию перенесли на завтра.
– До этого вечера я ничего о гриппе не слышал, – заметил Джулиан.
– У нас тоже заболели несколько парней, – подал голос Джон Марц.
Сюзан Карпентер, парикмахерша из салона «Волосы и ногти», указала на полупрозрачный пластиковый контейнер в руках Джин-Энн.
– Это ваши знаменитые булочки, Джин-Энн, вроде тех, что вы приносили в наш салон на прошлое Рождество? Обычно я булочки не ем, но ваши были фантастическими.
– Они для моей сестры, дорогая. Она выздоравливает после удаления желчного пузыря. Ей вводят в кровь антибиотики, потому что на желчном пузыре обнаружили абсцесс. Я не знала, что ты здесь, иначе принесла бы булочки и тебе.
– Меня привезли только сегодня после полудня, – Сюзан указала на книжку, завернутую в подарочную бумагу, которую держал в руке Джулиан. – Какие очаровательные кошечки.
– Мэри-Джейн обожает кошек, – ответил Джулиан.
– Я знаю, – кивнула Сюзан. – Не думала, что она переживет потерю Мейбел.
– По-моему, она и не пережила, – Джулиан вздохнул.
Дверь открылась, в комнату вошел другой молодой мужчина, не тот, которого Джин-Энн видела в коридоре минутой раньше. Что удивительно, еще более красивый, и вновь у Джин-Энн сложилось ощущение, что он – какая-то знаменитость.
В комнатушке на крыше больницы, куда привела лестница из чулана, Тревис посмотрел на часы.
– Я думаю, уже стемнело.
Брюс Уокер еще не продрог до костей, но подмерз основательно, и ему не хотелось задерживаться в больнице.