Потерянные души

Мистеру Майарана

Внизу громыхала странная музыка, вместо той романтичной, что я просила включить Рэна на магическом музофоне. Гул голосов достиг ушей уже в комнате, похоже кто-то изменил стиль вечеринки. Мы поторопились спуститься и нашему взору предстало... Э-э-э. Как это назвать помягче? Распутство... Так мягче.

Девушки танцевали на столах развратные танцы, подбадриваемые парнями. Вся еда и напитки уже были непригодны к употреблению, так как валялось все это добро на полу. Видимо мешало дамам танцевать. Мужская половина, свистя и хлопая в ладоши стояла вокруг стола, наблюдая за рыжеволосой

девой, что плавными движениями стягивала с себя блузку. Рэйслан довольно улыбался, глядя на сие безобразие.

Бешенство. Неумолимое, безобразное, всепоглощающее бешенство. Оно запускало свои острые когти глубоко в душу, не позволяя подчинить себе. Окутывало глаза багряной пеленой, заставляя ногти выпускать из ладоней кровь. Что именно послужило причиной его возникновения я не понимала, да и не хотелось мне разбираться в темных чертогах собственной души. Перед глазами стояла лишь цель с рыжей гривой, которая уже стянула с себя блузку и демонстрировала окружающим свои округлые прелести. Есть я, есть цель. Что ещё нужно?

Разум ещё не успев осознать причины столь стремительно мечущихся мыслей, вытянул из себя первое попавшееся заклинание, которое и сорвалось с искрящихся зеленой пальцев. Всю веселую компанию окутало заклинанием "сладкий сон". Все присутствующие, за исключением меня, Киары и отреченцев, навзничь грохнулись, кто на стол, кто на пол. Стремительные взгляды отреченцев не оставили меня без изумленного внимания. А моё беснующееся существо требовало, как минимум поджечь всю спящую компанию. Бороться с этим было ух, как тяжело.

Киара дернув меня за плечо, развернула к себе и с ужасом в глазах начала меня отчитывать.

– Ты с ума сошла?! Ты что творишь? Ну развлекались они...
– девушка оборвала себя, заметив мою вновь вспыхнувшую злобу.
– Лиа... Т-ты как?

Как? Я чувствовала себя всесильной. На столько всесильной, что могла бы, наверное, всю страну в узел завязать, поджарить всю эту чертову компанию и распотрошить идиотов отреченцев, коим и уделила сью же секунду свое распалившееся ненавистью внимание. По всему телу искрилась сила, но даже она, бесновавшаяся во мне и требующая немедленного высвобождения, была лишь толикой того, на что я была способна. Осознание того, что после инициации ведьмовским обрядом эта сила многократно увеличиться и отрезвила меня, словно окатив ледяной водой.

Стоявшие все это время в немом изумлении отреченцы, наконец пришли в себя и между ними начали метаться беззвучные всполохи, которые я, в силу своих беснующихся способностей, могла без усилия слышать.

"Парни, мне кажется или мы тут самая неподходящая сейчас компания?" - спросил Хагевей, делая несколько аккуратных шагов к выходу.

"А я б на твоем месте не шевелился...
– отозвался Дан, на что получил мой вопросительный взгляд.
– О... Она слышит... У кого-то остались сомнения в принадлежности этой с...
– снова посмотрел на меня и изменился в лице, когда я непроизвольно прищурилась.
– с-самой очаровательной на свете девушки?"

"У всех ментальные блоки стоят?" - спросил Рэйс.

Секундное молчание и хоровое "да" были ему ответом.

– Какие нахрен

блоки?
– поморщилась я от звуков своего ядовитого голоса. От этого ещё можно блоки ставить? А почему ни одна с-скотина меня не предупредила, что я могу нечто подобное создать, чтобы не делиться с гадами потоками своих мыслей?

– Лиа... Ты бы взяла себя в руки, что ли.
– усмехнулся этот черноволосый гад со спокойным взглядом. Рэйс, вообще сильно отличался от остальных. Не только внешностью, конечно, но и взглядом. Он был спокойным, непроницаемым, а порой таким ледяным, что я смогла бы его отличить от остальных даже если бы они были полностью идентичны друг другу.

Однако его предложение всколыхнуло в памяти предовольную улыбку и чуть шальной взор на рыжую девицу, которая сладко посапывала на столе в окружении таких же безнравственных танцовщиц. Это воспоминание зародило неведомое мне чувство, которое я определила, как злость.

– Я щас-с-с кого-то в зубы возьму.
– прошипела я и медленно двинулась по ступеням вниз оттесняя остолбеневшую Киару.
– За ф-филейную час-с-сть. А затем роз-з-згами по ней ж-же пр-р-ройдусь.

Никто не шевельнулся, а на губах одного противного отреченца, мой взор к которому был прикован, заиграла какая-то странная улыбка.

– Люблю ролевые игры - пропел хам.

– Люблю поющие трупы - ехидно ответила я.

А за входной дверью начал петь хор загробных голосов:

День. Ночь.

Все звуки прочь.

Мы идем.

Смерть ведем.

Ночь. День.

Черная тень.

За тобой

Явились мы-ы-ы-ы...

Растеряв всю свою агрессивность, я отшатнулась назад и споткнувшись села прямо на ступени лестницы. Кроме меня никто не шелохнулся, все уставились на дверь.

День. Ночь.

Смертных всех прочь.

Страшной байкой,

Идем мы к хозяйке.

Ночь, день,

Белая тень.

За тобой,

Явились мы-ы-ы-ы...

Что это? Хор дохлых котов? Скрипучие утробные голоса чем-то смахивали на хвостато-усатых животных. И это действительно пугало. Мертвых поющих кошек мне ещё не доводилось видеть. И кто та хозяйка, за которой явились эти существа?

Мы найдем,

Днем с огнем.

Ночью в тени,

С собой нас возьми.

Милая айка*

Наша хозяйка.

За тобой

ПРИШЛИ МЫ!!! –  последняя фраза прозвучала как гром, который сопровождался грохотом срываемой с петель двери.

– А-а-а-а!!!
– Заверещала я, завидев в дверном проеме знакомые трупы.