Потерянные души
Шрифт:
Я увидел, где Эрл сваривал цепь для своей молотилки. Никакого отношения к пикапу это иметь не могло. Я потратил минут пять, осматривая пикап. Гайки на колесах были чистыми. Их снимали и снова навинтили. Шины успели заменить. Я осмотрел бамперы и шасси, нет ли каких-нибудь следов, каких-нибудь пятен крови или обрывков одежды. Однако, хотя снизу машина была чисто вымыта и все следы уничтожены, я сердцем знал, что под этим пикапом погиб ребенок. Я вздрогнул, закрыл глаза, голова у меня закружилась.
Когда я выпрямился, Эрл наклонялся ко мне, держа ацетиленовую горелку. В его глазах отражалось
— Так все?
— Мне нужно взять показания у Кайла.
Дождь падал длинными иглами, посеребренными светом из сарая. Эрл пошел через двор. Одна из собак выскочила из-за какой-то сельскохозяйственной машины и зарычала. Эрл пнул собаку в живот, и она с визгом убежала.
Внутри дом был темной лачугой из нескольких смежных комнат.
— Снимите-ка сапоги.
На крыльце пахло сеном, кисловатым запахом брожения. Я услышал какое-то царапанье и увидел ряды клеток с кроликами.
— Хотите одного? Вкуснятина!
Я промолчал и пошел за ним по коридору в кухню, обширное помещение с пылающими в печи дровами. Просто декорации для «Хижины в прерии».
Кайл сидел за столом перед открытым учебником математики и листом миллиметровки. Рядом с ним девочка лет четырнадцати и мальчик лет семи тоже водили ручками по бумаге. Двое младших уставились на меня. Кайл постукивал карандашом по зубам, притворяясь, будто не знает, что происходит. Голова его была опущена.
Хелен, жена Эрла, сказала:
— Чему мы обязаны этим удовольствием?
В здешних местах люди так не выражаются. Я сразу же вспомнил, что она работала уборщицей в мотеле номер шесть, где Джанин жила первые дни, когда ушла от меня. Еще одно неприятное совпадение.
— Я хотел бы поговорить с Кайлом, только и всего, мэм.
— У Кайла какие-то неприятности?
— Нет… нет, мэм, никаких.
Кайл переставил ноги. Он был крупным, как его отец, но более худощавым. Он поднял голову от домашнего задания. И вот тут я увидел, что правая сторона его лица опухла, а глаз весь в сеточках красных прожилок.
Эрл перехватил мой взгляд:
— Ему здорово вдарили сегодня на тренировке.
Кайл ответил в тон:
— Вы бы посмотрели на того парня.
Когда он попытался улыбнуться, глаз заслезился. Мне было ясно, что ударил его Эрл. Эрл дрался с собственными демонами. Успехи сына только высвечивали его неудачи. Об их схватках по округе ходили легенды.
Меня охватила жалость к Кайлу, едва я увидел, как он сидит за столом, сосредоточившись на домашнем задании. Он выглядел туповатым, словно умственные занятия не были его сильной стороной. Я следил за ним последние два года и восхищался, наблюдая, как он превращается в ведущего игрока. На некоторые матчи брал Эдди. Я выкрикивал имя Кайла Джонсона, пока у меня не садился голос, но в этом доме, на этой кухне ничто не указывало на талант этого парня, на то, что в один прекрасный день он подпишет контракт с какой-нибудь командой НФЛ и сможет зарабатывать по миллиону в год. Сидя здесь, он был просто одним из тех неправдоподобно красивых ребят, которые появляются из навозных куч городков вроде нашего, одним из парней, обреченных на поспешный брак, кучу детишек и стремительное падение в возрасте тридцати с небольшим.
Хелен
— Может, выпьете чашечку кофе? Я как раз кофейник поставила.
— Отлично.
Она была относительно молода, чтобы иметь почти восемнадцатилетнего сына. И все еще сохраняла свою школьную фигуру, разве стала пошире в бедрах, да еще у глаз Хелен залегли морщины. Но духом она посуровела. Она обрела религию, вот как определили бы некоторые, нашла Иисуса Христа. Я увидел над плитой вышитую молитву благодарения. Но нигде не было видно ни цветов школьной команды, ни трофеев. Думается, Хелен видела, как Эрл промахивался во всем, и оттого удачи Кайла выглядели еще более ненадежными. Стоило просто взглянуть на Эрла, чтобы понять, куда можно скатиться по склону успеха. Думается, даже младшие дети это понимали. Это висело в воздухе. Хелен предложила:
— Почему бы вам не пойти в гостиную, Кайл, а я принесу туда кофе.
Она говорила так, будто еще был девятнадцатый век.
Эрл воззрился на Кайла, видимо намереваясь пойти за нами, но я сказал:
— Мне хотелось бы поговорить с Кайлом наедине.
Я услышал, как Хелен резко выговаривала младшим:
— Занимайтесь своим делом, слышите? — Я услышал звук шлепка, и девочка вскрикнула.
Через несколько секунд я удостоверился: Кайл Джонсон знал, что сбил ребенка. Он сразу же сам сказал мне это. Я его даже не спрашивал. Он утер нос тыльной стороной ладони и прокашлялся.
При всей своей популярности он был вежлив и почтителен. Нет, он не выглядел обычным зарвавшимся юнцом. Слава сама пришла к нему, и он не позволил, чтобы она ударила ему в голову. Может быть, Кайла тоже переполняла устрашающая религиозность его матери. Я догадывался, что до моего прихода произошла страшная стычка, но, как всегда, Эрл настоял на своем.
Я сказал:
— Все это не для протокола. Я уважаю тебя за то, что ты не уклонился от правды, за твою честность. — Слова находились не без труда. — Послушай, я заехал, просто чтобы проверить, в порядке ли ты, понимаешь? — Я попытался принять дешевый религиозный тон. — Это между тобой и Богом, Кайл.
Он стоял у окна. Рама постукивала под ветром. Снаружи — черный мрак. Мне не было видно его лица.
Кайл не обернулся ко мне, но он сказал тихо:
— В пикапе были и другие.
Я почувствовал дрожь. И не сразу взял себя в руки. Я сказал без всякого выражения:
— Кто?
— Моя подружка… И Бобби Холлард с подружкой. — Он в первый раз обернулся ко мне. — Мы ничего такого не делали, просто хорошо проводили время, совсем не пьяные и ничего такого… — Он покосился на дверь, и его голос понизился до шепота: — Она не знает, что я пью.
Он замолчал.
Я подошел вплотную к нему:
— Что произошло, Кайл?
— Нам было весело, и только… Сворачивали туда-сюда, сшибали мешки с листьями. Бобби все время подначивал меня дать газу, и я давал… А тут вдруг что-то застучало. Я подумал, может, там грабли лежали или еще что.
— Ты остановился?
Кайл помотал головой.
— Так откуда ты знаешь, что сбил девочку?
Он понизил голос:
— После того как я подвез Бобби и его подружку, я вернулся.