Потерянные люди
Шрифт:
– Вы берёте заказ? – не выдержав собственного любопытства, спросил Тетсуо.
– Я не могу отказаться.
– Это из-за ситуации на Сектет?
– Да. Я думаю, она падает.
– Мне стоит начинать собирать команду?
– Да.
– Вы уже решили, кого возьмёте с собой? Я могу рекомендовать…
– Мы берём всех…
– Но… Я понимаю.
Казалось, общая мрачная атмосфера распространилась и на робота.
– Могу ли я предположить, что данный заказ крайне опасен? И если да, то могу ли я предположить, что некоторые единицы, включая меня, могут не вернуться?
– Да. Да, можешь.
– В таком случае
– В этом нет необходимости, – минуту назад весёлая, Кин опять стала такой же мрачной, как и до прихода посыльного.
– При всём моём уважении я знаю вас всю жизнь. Если мы не закажем для вас сбалансированный обед, вы либо спалите кухню, либо умрёте с голоду! – негодовал робот.
– В этом нет необходимости.
– Могу я поинтересоваться почему?
– Я тоже иду.
– Но… Но мы только вернулись. Вы человек. Вам нужен отдых… И это крайне опасно…
Код скакал внутри Тетсуо, пытаясь найти разумные доводы. Вероятность того, что такой довод существовал, равнялась нулю, но почему-то он не оставлял попыток и продолжал выпаливать всё приходящее на ум.
– Я в любом случае отправляюсь! Вы не допили свой кофе! Мы не ударим в грязь лицом! Вам же ещё рожать…
Кин весело рассмеялась, запрокинув голову. Она всё решила. Он это знал. В конечном счёте сейчас от неё ничего не зависит. Она поспит в дороге. Если Сектет упадёт… Когда Сектет упадёт, она должна быть в лучшей форме. По распоряжению мэра все компании, имеющие в своём распоряжении ресурсы, в частности крупную и мелкую роботизированную технику, должны явиться «для устранения возможных последствий». Нет никаких возможных последствий. Грёбаная орбитальная станция падает на город. Тонны металла рухнут с неба либо огромным куском, и граждане колонии будут уничтожены как динозавры, либо она разлетится на части, это будет похоже на библейский огненный дождь. В любом случае это невероятная угроза, от которой колонию спасёт только чудо.
Тетсуо отлично запрограммирован, он сможет заменить её в руководстве отрядом. Если они собирают роботов, это значит, что откорректировать её курс уже либо невозможно, либо ещё опаснее. А значит, роботы – наш последний оплот. Все роботы подотчётны. Они знают, сколько их в городе. Если они собирают столько рук, они предполагают масштабы ущерба. Ущерба, которого не избежать.
Кому-то придётся латать этих роботов. Кин могла бы отлично с этим справиться. Она хорошо понимала, как устроены роботы. С самого детства они были для неё частью семьи. До того, как закончила школу, она, кажется, уже целиком перебрала всего Тетсуо и ориентировалась в программировании не хуже своего деда. Её мама была биологом, а отец инженером. Она могла не только собрать робота с нуля, но и знала, как его запрограммировать, какие связи соединить, какие следует ослабить. Потом она осталась одна. Она и Тетсуо.
Они брались практически за любую работу. Если ваш синтетик лагает или нужно что-то перепрошить, если вы заполучили контракт на добычу ресурсов или если просто нужно выкопать шахту для новой домашней АЭС – с такими задачами обращались к таким, как Кин. Её предки были одними из первых, открывших данный рынок услуг, но стать одними из последних, по всей видимости, им не
Общество, привыкшее к эксплуатации роботов, не разделяло её взглядов на этическую сторону проблемы. Иногда ей казалось, будто роботы по-своему живые и ничем не отличаются от нас, людей. Современные синтетики были практически идентичны человеку, а искусственный разум уже уверенно занёс ногу, готовясь переступить через порог восприятия синтетиков как синтетиков, а не как человека.
Кин не любила новых синтетиков. Особенно из «Ньютех». Говорят, многие из их новшеств были основаны на идеях её дедушки. Они действительно были похожи на людей. Но ведь человек не совершенен. Он допускает ошибки, чувствует боль, не в состоянии контролировать даже своё тело. Иногда она задумывалась, хотела бы она себе бессмертное тело машины. Тогда бы род Фукуи не прервался. И она была бы вольна путешествовать между планетами. Побывать там, куда не может ступить нога человека. Открывать новые миры.
Но это были просто мечты. Она понимала, в чём суть таких, как Тетсуо. Синтетик думает как синтетик. Воспринимает информацию как синтетик. Чувствует как синтетик. Это другое. Невозможно перенести сознание человека в тело машины.
– Прошу вас! Я вас умоляю, опомнитесь! Я больше никогда не буду трогать ваш стол! – казалось, Тетсуо готов заплакать.
– Ты знаешь, что я всё решила. Собирай всех.
– Хорошо, я всё сделаю. Но прошу, задумайтесь! Зачем вы рискуете?
Она не любила разъяснять Тетсуо свою точку зрения, особенно когда сама не до конца понимала причины своих действий, но так его программа развивалась и совершенствовалась. Поэтому она всегда отвечала как могла.
– Тетсуо, человек идёт на риск с тех самых пор, когда взял в руки огонь. Только животные прячутся по норам, а человек всегда рискует своей жизнью ради большего блага! Человек не согласен на меньшее!
01.02 – Мне нельзя здесь находиться
– Бюро Фукуи. Мы прибыли на устранение последствий.
Старенький терминал, немного поразмыслив, выдал информацию весёлым голосом:
– Бюро Фукуи есть в списках. Вас насчитывается тридцать один дрон, девять роботов и один тяжёлых единиц. Все прибыли?
– Нет. Восемь роботов. Мы потеряли одного недавно.
– Об утерянных роботах следует информировать бюро контроля роботизированных систем и искусственного разума. Желаете сделать за…
– Не в смысле он потерялся, а в смысле его не стало. Он умер, – она замахала перед собой руками, осознавая, что она здесь единственный человек, – в смысле вышел из строя. Сломался. Его раздавило огромным валуном.
Терминал опять замолчал на секунду, анализируя поведение Кин и готовясь выдать наиболее подходящий ответ. Наконец щёлкнув из динамиков, донеслось механическое «О-о-о, сочувствую», и терминал продолжил дальше обрабатывать информацию. Такие уж они были – старенькие, но не без эмпатии, общественные терминалы.