Потерянные
Шрифт:
Максим нежно ласкал пальцами разгорячённую плоть девушки, та извивалась, из груди у неё вырывались стоны удовольствия, которые она не могла сдерживать. Максим тоже не мог больше терпеть. Морозов широко развёл Лизины ноги в стороны и бережно вошёл в неё. С каждой минутой его движения становились всё более глубокими и быстрыми. Лиза закрыла глаза от удовольствия. По комнате разносились её крики. Девушка обхватила ногами его бёдра, ногтями царапая спину Морозова. Лиза почувствовала, что внизу живота как будто что-то взрывается. Волна оргазма накрыла тело девушки.
Постепенно приходя в себя, Лиза смотрела на Максима. Он только что слез с неё, лёг рядом на спину и пытался отдышаться. Максим повернул голову к Лизе и улыбнулся.
– Виноградова, ты сумасшедшая.
– Почему?
– Что ты со мной делаешь?
Максим резко встал, поднял девушку за руки и повлёк в душ. Они ещё долго обнимались и целовались, стоя под горячими струями душа. Заснули они тоже вместе.
Лиза проснулась рано утром, было почти шесть. Посмотрев на Максима, она улыбнулась. Его лицо было расслаблено и безмятежно. Он улыбался во сне, видимо, видя хорошие сны. Девушка, боясь его разбудить, собрала свои вещи и тихонько вышла из комнаты.
Виноградова приняла душ и подошла к зеркалу, чтобы почистить зубы. То, что она увидела в зеркале, заставило её ужаснуться. Вся её шея была покрыта ярко выраженными засосами. Выругнувшись про себя, девушка быстрым шагом вышла из душа. Сколько времени? Пол седьмого? Отлично, Морозов, вероятно, уже выспался.
Максим открыл глаза и увидел перед собой растрёпанную и сердитую Виноградову. Что ж. Отличное пробуждение.
– Лизка, ты чего?
– Это я-то чего? Ты что наделал?
– Если ты про вчерашнее, то ты сама виновата, – равнодушно и устало проговорил Максим, зевая.
Девушка посмотрела на него с заметным расстройством.
– Я вообще-то не про секс. Я про засосы.
– Ну, а что ты удивляешься? Тебе никогда не оставляли засосов? – но Максима перебили.
– То, что было вчера… Это совсем ничего не значит для тебя, да? – Лиза с упрёком смотрела в глаза Максима.
– Ну почему же. Мне было очень хорошо с тобой…
– Да я не об этом!
– Лиза, я не хочу, чтобы ты тешила себя ложными иллюзиями…. Ты пойми меня правильно, ты мне нравишься, естественно, но… – его снова перебили.
– Зачем ты сделал это? – в голосе Лизы слышалось отчаяние.
– Да потому что хотел тебя, что за глупые вопросы?
– Я не про это. Зачем ты влюбил меня в себя?
Артём уже полчаса успокаивал ни с того ни с сего плачущую девушку. Он сидел на кровати, Лиза сидела рядом, уткнувшись в его плечо.
– Лиза, ну пожалуйста, расскажи, что случилось у тебя?
– Артём, всё хорошо, – сквозь всхлипы проговорила Виноградова. – Просто я очень устала, у меня стресс.
Калинин гладил девушку по волосам. Приподняв её голову за подбородок, он внимательно заглянул в её глаза. Та перестала плакать и вопрошающе уставилась на Артёма. Тот потянулся к Лизиным
– Тём, не надо, пожалуйста.
– Но почему? Ты нравишься мне…
– Ты очень хороший, Тём…. Но я отношусь к тебе не так, как ты ко мне, – девушка виновато потупила глаза.
– Конечно. Твой Морозов намного лучше.
– При чём тут Максим?
– При том! Мы же не слепые, мы видим, как вы друг на друга смотрите. И засосы на твоей шее. Не пылесосом же ты их поставила… – с болью в голосе произнёс Артём.
– Перестать, пожалуйста…
– Ну чем он лучше? Тем, что он весть такой брутальный? Да он просто напыщенный петух! Выёбывается всё время, типа он такой мачо. Что в нём может нравиться? Только его внешность?
– Слушай, не надо читать мне лекции. Я не хочу из-за него с тобой ссориться…
– Это ведь из-за него ты плачешь? Я же вижу, как он тебя мучает! Забудь про него, ты всё равно не будешь с ним счастлива! – Артём тряс девушку за плечи, та просто молчала, потупив свои глаза.
– Тём. Я люблю его, – тихо сказала девушка.
Калинин внимательно посмотрел на Лизу. В его глазах было столько боли. Он презирал Максима всей душой, за то, что он заставлял страдать его любимую девушку, за то, что он просто использовал её.
– Я всё равно не сдамся. Я буду бороться. Бороться за тебя. И пусть я проиграл первую битву в этом сражении. Всё ещё впереди.
Лиза только устало улыбнулась и снова опустила глаза.
Шеф сидел во главе стола и внимательно смотрел на ребят. Его взгляд остановился на собственной дочери.
– Лиза? Что с тобой?
– Всё хорошо, – ответила Лиза, глядя в пустоту.
– Ты не заболела?
– Нет.
Александр Петрович нахмурился, но приставать с расспросами не стал.
– «Переговоры» прошли не очень успешно. Лиза, ты идёшь на задание через неделю. Андрей, с тебя, как всегда, безупречный план. Ты, Даша, попытайся научить её чему-нибудь, опыта у тебя явно больше. На этой неделе здесь меня не будет. Я уезжаю в Амстердам, у меня важное дело. А вы готовьтесь. Особенно ты, Лизонька, мы верим в тебя.
Девушка только сосредоточенно кивнула в ответ.
Максим снова сидел напротив Лизы. Он видел её заплаканные глаза и понимал, что всё это из-за него. Он совершенно не был равнодушен к этому. Ему действительно было жаль Лизу. Она нравилась ему, но он никогда не скажет ей об этом. Симпатия или влюблённость – это в первую очередь слабость. А Максим не должен быть слабым.
========== Глава 11. А кто сказал, что я шучу? ==========
Спустя четыре дня.
С Морозовым Лиза после того дня почти не общалась, стараясь больше времени проводить с Артёмом, Дашей и Андреем. Максим несколько раз пытался заговорить с Лизой, хотя это было не так-то просто – она постоянно была то с Артёмом, то с Дашей, то со всеми вместе. Когда Лиза и Максим оставались наедине, девушка быстро убегала. Отвечала Морозову она всегда односложно, всем видом показывая, что не заинтересована в диалоге с ним.