Потерянные
Шрифт:
– Ага.
– Или сделай ей сладкий горячий чай или кофе, – продолжал Дэн. – Не забудь, что ей сейчас нужно твое крепкое плечо, и просто обними. Не говори ей, чтобы она не плакала, иначе будет рыдать сильнее. А, да, и заставь ее смотреть тебе в глаза.
– Зачем? – удивился Чащин. Впрочем, я – тоже.
– Она быстрее успокоится, серьезно. Сделай так, чтобы девушка не глядела в одну точку – иначе с рыданиями зависнет. Нужен контакт глаза в глаза. И хорошо, что это… всего лишь собака.
– Это да. Но пса-то она тоже очень любила, – с горечью возразил парень. – Никогда не видел, как она плачет. Я вроде и ни при чем – собака у нее старая уже была, но слышу ее плач и чувствую себя подонком.
– Прерогатива женских слез, – задумчиво отозвался Смерч. – Они уменьшают уровень тестостерона в крови мужчин. Короче, делают нас слабее.
– Или злее, – возразила я, искренне жалея девушку Димки. – Федька всегда злится, когда кто-нибудь рядом рыдает.
– Злится, потому что не знает, что делать. Я тоже не знаю. Когда вижу плачущую девушку, хочу смотаться на другой конец города, – признался Смерчинский.
– Ха, тебе повезло, что я не плачу. – Я на секунду даже пожалела об этом. Какой арсенал для манипуляций! Но я не нарушаю свои принципы, не плачу при людях. – А как ее зовут, Дим? – с сочувствием в голосе спросила я приятеля.
– Кого?
– Твою подругу, которая тебя ждет!
– А-а-а… Это… Вика. – Он вздохнул.
– Не забудь ее потом мне показать. Мне интересно, какая она там у тебя. Да, Дмитрий, просто поддержи свою Вику, – подумав, сказала я. – Пожалей. Даже если она гордая, то в глубине души все равно хочет сочувствия из-за случившегося. Только это… с поцелуями не лезь и всем таким.
– Бурундукова, – устало отозвался бедный Чащин, которому предстояло успокаивать рыдающую девушку, – что за мысли? С первого курса удивляюсь извращенной направленности твоего мозга.
В это время Дэнв затормозил около нужной остановки.
– Эй, – похлопала я по плечу Димку, прежде чем он вышел из машины, – ты молодец, что о ней заботишься.
– Да, точно, – болезненными глазами посмотрел на меня он, словно не у его неведомой мне девушки умерла собака, а у меня.
– Ты крутой чувак, – стараясь поддержать приятеля, сказала весело я, – как только к ней придешь, она перестанет плакать! Рассмеши ее, и все дела!
Он, на прощание пожав руку Дэну и расстроенно кивнув мне, молча вылез из машины и убежал, не оглядываясь. А я пересела на переднее сиденье, поближе к Дэну.
– А я никогда не видела его девушку, – задумчиво сказала я, пристегиваясь. – Мне прям интересно, какая она. Он нам ее покажет?
– Не думаю, – вновь поехал вперед Смерч.
– Почему?
– Тебе точно не покажет. Он не из таких, кто будет заставлять
– Что ты имеешь в виду? – не поняла я, открывая бутылку с минералкой и делая глоток.
– Ты ему нравишься, – отозвался Дэнв, перестраиваясь в другой ряд. Он сказал это очень не вовремя – я подавилась и только чудом не облилась.
– Димке? Очень смешно, – покачала я головой, прокашлявшись. Вообще-то это было не очень смешно. Потому что в кафе Чащин вел себя очень странно. И Ник тогда сказал, что думал, будто мы – пара.
– Я не смеюсь, – вздохнул Денис. – Я говорю тебе то, что вижу.
– Я немного думала об этом, но… Да неправда это! Мы – друзья.
– Это ты его считаешь другом, глупый мой Бурундучок, – грустно улыбнувшись, отозвался Дэн.
– Думаешь, я не смогу спросить его об этом прямо? – несколько рассердилась я. Или занервничала?
Орел, вальяжно разлегшийся на крыше машины, недовольно перевернулся, подтянулся и, опустив голову, заглянул в окно, уставившись немигающим взором на нас двоих. Монстрик повторил его маневр и тоже уставился на нас, высунувшись в противоположное окно. Стекло не было преградой для обоих обладателей крыльев – любопытный клюв и любопытная пасть с легкостью просовывались сквозь него.
– Нет, я серьезно могу у него спросить насчет этого.
– Сможешь, Чип. Ты смелая и порой безрассудная, – все также спокойно отозвался брюнет. – Только подумай, к чему это приведет? Ты спросишь, он ответит правду, потому что твой внезапный вопрос его обнадежит. И в результате вы не сможете общаться, как прежде.
– Почему? – не слишком-то укладывалось у меня в голове, как могло случиться такое, что я стала нравиться Чащину. Чащину! Тому, кто воровал у меня конспекты, пугал, ржал, обзывал, участвовал вместе со мной в КВН и делал кучу пакостей.
– Потому что он для тебя только друг, – отозвался Денис. – Он хороший парень, веселый, надежный.
– Я знаю и без тебя, что хороший. А откуда ты знаешь, что он просто друг, может, он мне нравился тоже? А?
– До этого ты любила Кларского и вообще никого вокруг не замечала, Маша.
– А что мне мешает полюбить Димку сейчас? – с вызовом спросила я. Ответ мне понравился до усиления пульса.
– Я.
Я с изумлением посмотрела на его четко очерченный профиль – синие глаза устремлены на дорогу – и поняла, что щек легонько коснулся жар. И сразу же вспомнился вчерашний холодный дождь и поцелуи под ним.
– Ты всегда мешаешь, – пытаясь скрыть неуверенность, произнесла я. С Димкой перестать общаться мне вовсе и не хотелось, а в словах Дениса была логика. – Так почему мы не сможем общаться, если он мне просто друг?