Потерянный элементаль
Шрифт:
Я почувствовала его прежде, чем увидела. Это была перемена в воздухе, в самой атмосфере. Только что я дышала спокойно, а в следующую секунду все вокруг меня напряглось.
Мой взгляд переместился вправо. Феникс сидел на краю крыши в нескольких футах от меня, глядя на горизонт. Я не могла не изучать его. Этот точеный подбородок. Татуировка, выглядывающая из-под воротника рубашки и поднимающаяся по шее. У меня руки чесались провести по ней.
— Что не спится? — У меня возникло острое желание
— Видимо, как и тебе.
Я шумно выдохнула.
— Думаю, что нет. Раньше спалось. — Сколько себя помню, я боролась с ночными кошмарами, но был долгий период, когда они случались редко.
— Не знаю, когда в последний раз по-настоящему спал, — тихо сказал Феникс.
Его голос был подобен струйкам дыма, которые рассеивались в воздухе и окутывали меня.
— Похоже, здесь полно девушек, которые с удовольствием помогли бы тебе уснуть.
Я закрыла рот, как только произнесла эти слова, и покраснела.
Феникс выгнул бровь, поворачиваясь в мою сторону.
— Ревнуешь, Котенок?
— Раздражена тем, что здесь такова, похоже, большая часть женского населения.
По правде говоря, я и ревновала, и была раздражена. Я просто не хотела слишком пристально рассматривать первое. Почему я чувствовала эти уколы ревности к человеку, которого даже не знала. Почему они, казалось, вспыхивали в присутствии стольких разных мужчин с тех пор, как прибыла в Кингвуд.
Феникс откинулся назад, опираясь на ладони.
— Меня здесь совершенно не интересуют королевские охотницы.
— Не виню тебя за это.
Он усмехнулся, и грубый звук скользнул по моей коже.
— Они все будут жить дальше. Смирятся с этим, когда поймут, что у них есть выбор парней для их связи.
Связь. Я впервые услышала, как здесь произносят это слово. Но я видела группы людей в кампусе. Девушек, у которых было два или три парня, с которыми они явно были связаны.
— А они не ревнуют? Я имею в виду парней. Мне было бы трудно делить партнера с кем-то еще.
Феникс пожал плечами.
— Когда так задумано, ревность не пускает корней. По крайней мере, не в настоящем смысле. Могут быть моменты разочарования, желания, чтобы Эла принадлежала только тебе, но никогда не бывает настоящей вражды.
— Эла?
— Так, мы называем женщину в связи. Если между вами существует настоящая супружеская связь, то ревности гораздо меньше, потому что какая-то часть вас чувствует ее предназначение.
Я посмотрела на него.
— Сейчас это довольно редкое явление, не так ли?
Феникс кивнул.
— Когда эфиры исчезли, истинные брачные узы тоже стали встречаться реже. Но все еще есть те, кто испытывает их. — Он уставился на окружающие
Я улыбнулась.
— Моя подруга, Лейни, очень надеялась, что она станет элементалем, чтобы у нее была одна из тех предначертанных судьбой уз.
Губы Феникса дрогнули.
— Не все в нашем мире так уж без ума от уз.
— Они такие же, как я? Не умеют делиться?
Он усмехнулся, но звук быстро затих.
— Возможно, у них не очень хорошо получается делиться властью.
— Властью?
— Не все хотят видеть королевства объединенными.
Я вспомнила урок истории, который был ранее днем. Как профессор рассказывала о войнах между королевствами до появления эфиров.
— Вам удалось сохранить единство и сейчас. Даже без эфиров.
— Эти связи в лучшем случае непрочные.
— Стоит ли тебе мне это говорить?
Феникс был принцем из Королевства Пепла. Я не думала, что его правители будут в восторге от того, что он распространяет их политическую информацию.
Он чуть улыбнулся.
— Люди знают, просто не говорят об этом.
— Но ты же не любишь красивую ложь. — Я не была уверена почему, но до мозга костей знала, что это правда. Феникс жаждал достоверности и осознания своей позиции.
Он уставился на меня через пространство, и его глаза темнее ночи проникли во все, что я пыталась скрыть от мира.
— Я не знаю. Так почему бы тебе не рассказать мне страшную правду?
Мое сердце бешено колотилось о ребра, но я не могла отвести взгляд.
— Мне снятся кошмары. Вот почему я плохо сплю.
— О чем они?
— О пожаре.
Его глаза на мгновение вспыхнули.
— Ты боишься этого?
— Цепенею. — Я не была уверена, почему, но правда продолжала поступать. Не имело значения, что я стыдилась ее, я продолжала говорить. Будто Феникс обладал какой-то гипнотической властью надо мной.
— Тебе придется позволить этому поглотить себя целиком.
Кровь шумела у меня в ушах.
— Похоже, это неудачный жизненный выбор.
Тот хрипловатый смешок вернулся, но растворился в ночи.
— Если ты позволишь ему поглотить тебя, то превратишься в огонь.
Вот только огонь был последним, чем я хотела бы стать. Я не хотела мучить и разрушать. Я выбросила этот образ из головы.
— А как же ты? В чем твоя страшная правда?
Он уставился на горизонт.
— Моя сестра мертва из-за меня.
А потом он исчез.
– 20-
— Ты уверена, что с тобой все в порядке? — спросила Керри в третий раз за это утро.