Потерянный миллион
Шрифт:
Джимми и Билл Диккер прошли список всех крупных преступников, могущих быть Кьюпи, но безрезультатно.
— Каждый из них мог нанять Фаррингдона за пятьдесят фунтов, чтоб он убил вас. Чтобы добиться истины, нужно было бы засадить человек двадцать. Все же мы на шаг ближе к цели, зная, что Кьюпи профессионал. Труднее найти непрофессионала, пока он сам не выдаст себя чем-либо. Большинство людей склонны к преступлению. Нет во всей стране и пяти тысяч абсолютно честных людей. Единственная разница между профессионалами и любителями та, что профессионал молчит и не выдает товарищей,
Ноульса не было дома, и его хозяйка, как и полагается образцовой хозяйке, не имела ни малейшего понятия, где он, когда вернется, когда ушел. Но она указала несколько мест, где можно было встретить его, и Джимми повезло, он вскоре наткнулся на Ниппи в крохотном ресторанчике.
Сэппинг сразу же перешел на тему о Рексе.
— Он был вашим другом? — спросил он Ниппи.
— Нет, не совсем, но он был очень приличным человеком. Так мало частных людей приличных. Под частными людьми я подразумеваю людей, не работающих по нашей специальности. Мне приходилось туго — он давал мне денег или хороший совет. Если б я только послушался его, я был бы честным человеком, работал бы до седьмого пота и жил бы впроголодь, вместо того, чтоб быть мошенником, имеющим вдоволь денег, могущим в любое время дать себе отдых!
Джимми перегнулся через стол и шепотом спросил:
— Ниппи, где Джо Фельман?
Лицо Ниппи сразу потеряло всякое выражение.
— Никогда не слышал этого имени.
Он лгал, и Джимми знал это.
— Какова его специальность?
— Шантаж, — отвечал Джимми, и Ниппи покачал головой.
— Я не знаю шантажистов, не вожусь с ними. Шантаж — грязное дело. Они один раз применили его ко мне — своих грызут. Гнусные люди. И Фельман один из худших. На его совести много грязных дел.
Джимми нарочно пропустил мимо ушей то обстоятельство, что за минуту до этого Ниппи никогда не слышал этого имени.
— Он был слугой мистера Кольмана, но исчез. Он нанял Фаррингдона Брауна. Я сцапал его утром.
— Неужели? — вежливо осведомился Ниппи. — Я не вожусь и с «револьверщиками». Не люблю носящих смертоносное оружие. Носить оружие — трусость. Если тебя сцапает полицейская ищейка, то ее дело обработать тебя. Можно угрожать полицейской ищейке револьвером, если она наступает на тебя, и она должна продолжать идти вперед, даже если ее убьют при этом. Так что можно сказать, что если носишь при себе револьвер, носишь веревку от своей виселицы. Да и для ищейки обидно. Она должна исполнять свой долг, и мерзко убивать кого-либо при исполнении долга.
Он откинулся на спинку стула и задумчиво грыз зубочистку.
— Говорят, что у каждого артиста есть момента вдохновения. Говорят, любовь вдохновляет. Что касается меня, Джулия ни на что не вдохновила меня!
— А что же может вдохновить вас? — спросил Джимми.
— Не знаю, — серьезно ответил Ниппи. — Но я хочу совершить что-то крупное. Например, обокрасть Английский банк.
— Меня ничего не поражает, Ниппи. Может быть, вам представится случай, и если вас изловят, мы поговорим с вами, и вы мне подробно расскажете обо всем.
— Меня не поймают, — уверенно заявил Ниппи. — Каждый дурак может обокрасть Английский банк и попасться на этом.
Джимми еще поговорил с Ниппи, а потом распрощался.
— Мистер Сэппинг, — окликнул его Ноульс, и Джимми вернулся. — Вы в списке Кьюпи, постарайтесь ликвидировать другого «револьверщика», пока он не ликвидирует вас.
— А где же я увижу его? — спросил Джимми с улыбкой.
— Он ждет вас за дверью, — ответил Ниппи. — Всего хорошего.
Джимми быстро вышел и, зорко окинув улицу взглядом, запечатлел в своей памяти лица всех толкавшихся около ресторана. Пройдя до угла, он быстро обернулся и увидел своего преследователя. Это был довольно полный человек в котелке, сдвинутом на затылок. Он курил огрызок сигары и что-то пристально рассматривал в окне. Мысль Джимми работала быстро. Очевидно, весть об аресте Брауна облетела заинтересованных лиц, и этот человек преследовал сыщика с определенной целью.
Джимми повернул за угол и, прибавив шагу, перешел через улицу. Когда он обернулся, его преследователь заворачивал за угол, держа руки в карманах. Навстречу Джимми приближался полицейский, и преследователь, заметив это, тоже пересек улицу. Джимми стал, повернувшись лицом к преследователю, который медленно прошел, мурлыкая что-то. Он прошел мимо полицейского и на углу узенького переулка остановился.
— Плоп! — раздался звук, как будто откупорили бутылку. Пуля ударилась в фонарный столб, и осколки стекла застучали по тротуару и ближайшему окну. Человек бросился бежать в переулок, и когда Джимми и полицейский достигли угла, то его и след простыл.
15
В Лондоне ходили слухи, что Лофорд Коллет был единственным адвокатом, который сумел обставить Кьюпи. Поэтому жертвы Кьюпи охотно посещали невзрачную контору Коллета, надеясь, что и их вызволит ловкий стряпчий, как вызволил одну из первых жертв Кьюпи, причем это не стоило жертве много денег, кроме небольшой награды адвокату.
Коллет терпеливо выслушал свою клиентку и по уходе ее спросил, пришел ли Сэппинг.
— Да, сэр, он ждет в приемной.
— Садитесь, Сэппинг, угодно сигару, виски? Ничего? Нашли вы этого негодяя Паркера?
— Нет.
— Бессмысленно даже спрашивать, нашли ли вы Уолтона.
— О Паркере нет новостей, Рекс еще отсутствует.
— Если верить вечерним газетам, вы тоже едва не очутились среди отсутствующих, — многозначительно сказал Коллет. — Вы нашли стрелявшего в вас?
— Нет, он исчез. Все, кто имеет какое-нибудь отношение к этому дьявольскому Кьюпи, умеют как бы растворяться в воздухе! Мы обыскали всю улицу. Я пришел, чтоб спросить вас, не приходилось ли вам за время вашей практики встречаться с Фельманом?