Потерянный мир
Шрифт:
— Хочу перестать бояться.
— Думал, что ты утратила это чувство уже давным-давно, — ответил Кэр и только теперь заметил произошедшие в Минне перемены.
Всегда стройная, с идеальной осанкой, сейчас она сильно ссутулилась и сжала плечи, словно на них лежал гнет неподъемной ответственности. В постоянно бегающих глазах чувствовалось напряжение, подобное тому, что испытывает человек, наконец добравшийся до заключительных этапов своей цели, но не уверенный, что сможет осилить кульминацию.
— Представь себе. Тысячелетия жизни не
— Надеюсь, ты не поставишь наш отряд под угрозу? Думаешь, задуманное стоит риска?
Отступница молча смотрела в окно, наблюдая за опустевшим городом, подарившим ей когда-то новую надежду.
— Минна? — привлек ее внимание аурлиец, когда понял, что отступница пропустила его вопрос мимо ушей.
— Белинда… Бел… Такое имя мне дали при рождении, — сказала она, немного повернув голову и одарив аурлийца печальной, искренней и потому самой очаровательной улыбкой.
Итан какое-то время молчал, пораженной ее откровенностью. В этот раз он был уверен, что имя настоящее.
— Стало быть, наши дела совсем плохи, раз ты снизошла до правды, — улыбнулся Кэр, надеясь ее подбодрить.
— Совсем скоро я обрету силу, которая позволит мне избавиться от дурацкой привычки бояться, — казалось, раз за разом повторяя одну и ту же фразу, Белинда больше убеждает саму себя, чем собеседника.
— Я многого не знаю, но разве в нашем мире существует сила, способная избавить от страхов? — Итан испытал неожиданное чувство жалости к отступнице.
— Раньше я была совсем иной. Думала, что есть другие, в чьих силах вершить судьбы этого мира. Я ошибалась. Все надо делать самой, — говорила она, по-прежнему игнорируя вопросы аурлийца.
— Не стоит брать на себя слишком много ответственности. Мир слишком большой, и порой ты просто не в силах на него повлиять.
— Тебе не понять, ты не видел того, каким этот мир был раньше. Я видела и достаточно долго была простым наблюдателем, а теперь пришла пора взять все в свои руки. Я еще смогу все изменить. Твоя очередь дежурить, — сказала Белинда слегка дрожащим голосом и быстро вышла из комнаты.
Она соврала. До смены аурлийца оставалось еще не меньше получаса, но Кэр не стал возражать. На крыльце дома он обнаружил Га-либа, выступающего в роли напарника отступницы в первую смену. На лице монстра чувствовалось умиротворение. Из-за не моргающих глаз лейтенанту в какой-то момент даже показалось, что тот мертв.
— Скоро будет много смертей. Подобные мне хорошо чувствуют это. Мир захлестнет небывалая волна, — голос монстра в антураже мертвого города звучал еще более зловеще, чем обычно.
— Лучше не нагнетай. На душе и так кошки скребут, — отмахнулся Итан, которого в глубине души преследовали те же опасения.
— Во всем есть свои плюсы, я больше никогда не буду голоден, — Га-либ тихо засмеялся, довольный своей шуткой.
— Иди отдыхать, я сменю тебя.
—
Побыть в одиночестве Кэру долго не удалось. Сирин тоже не могла уснуть и вышла из своих покоев раньше положенного времени. Столкнувшись с аурлийцем в проходе, она немного смутилась и заявила, что будет дежурить на верхних этажах.
— Нам не обязательно избегать друг друга, — остановил ее Кэр, когда девушка уже собиралась уходить.
— Нет, но сверху лучше видно окрестности, — попыталась отговориться древняя.
— Неужели я тебе так противен? Мы ведь вообще-то жизни друг другу спасли, — решил не отпускать ее аурлиец.
— Нет, не противен, — начала Сирин, но в порыве эмоций Итан не дал ей договорить.
— Тогда в чем дело? Прости, если напугал тебя или нанес обиду. Я все могу объяснить, только выслушай.
— Что ты можешь объяснить? Может, то, как легко ты встал на сторону тех, с кем воевал еще несколько месяцев назад? С какой готовностью надел их одежды? Или, может, расскажешь, что с тобой происходит? Я видела твои глаза в том лесу, в них не читалось ничего, кроме жажды крови, — Сирин шептала, чтобы ненароком не разбудить никого из отряда.
— Я прибыл в столицу только для того, чтобы найти тебя, — улыбнулся Кэр, довольный тем, что древняя наконец готова его выслушать.
Поддавшись эмоциям, он схватил Сирин за руку и даже не думал отпускать. Он посмотрел ей в глаза, наблюдая за тем, как в полном презрения взгляде появляются теплые нотки. Итан тоже старался говорить негромко, хоть это и давалось ему с трудом.
— Я умирал, Сирин. Прощаясь с этим проклятым миром, я мог думать только об одном. Минна и Уве помогли мне исцелиться и добраться до Корпакса, где я рассчитывал найти тебя, чтобы… — аурлиец не успел договорить, потому что из недр пещер до них донеслось жуткое эхо.
Они моментально бросились к окну, но вокруг ничего не происходило. Однако противное шипение не собиралось прекращаться. По ощущениям звук воспринимался так, словно множество существ единовременно пришли в движение, издавая загробные стоны. Шум разбудил всех без исключения. Стараясь не издавать лишних звуков, отряд вооружался и занимал свои места у окон. Между тем прошел час, за ним другой, но ничего не происходило. Ужасный шум давно стих, но никто даже не подумал покинуть свой пост.
— Ноги надо уносить отсюда, вот что я думаю, — процедил Тору, поглаживая свою булаву.
— Не думал, что когда-то в чем-то соглашусь с потомком орков, но тут вынужден согласиться, — прошептал Ун.
— Мы не уйдем, пока не разберемся, в чем тут дело. Я был уверен, что среди вас нет трусов, — отрезал панические настроения Ливий.
— Центурион прав, мы должны идти дальше. Десять минут на сборы, и выходим. Отоспимся, когда снова увидим небо, — голос Минны звучал менее уверенно, чем ей хотелось бы.