Потерянный родственник
Шрифт:
Гуров все это отлично понимал, но он понимал и другое – если он будет действовать по инструкции, Перфилову вскоре понадобятся катафалк и венки с траурной лентой. А ему, Гурову, будет очень неудобно и стыдно, хотя большинство людей этого не поймут.
Гуров гнал машину на предельной скорости и менее чем за час доехал до нужной развилки. Щит, обещанный раненым бандитом, был на месте. Девушку в красном Гуров заметил, а вот чего она достойна, читать не стал – не было времени.
Он свернул на боковую дорогу и вскоре оказался среди лесного массива, состоявшего из молодых осин и берез, верхушки которых уже позолотила осень. Крутя баранку, Гуров постоянно
Неожиданно лес кончился, и дорога побежала вдоль пустого серого поля, посреди которого громоздились бетонные стены недостроенных корпусов, и на покосившихся столбах уныло висели остатки проволочного заграждения. Гуров понял, что прибыл на место.
Местоположение заброшенного цеха невольно его покоробило. Подобраться к нему незаметно можно только в темноте. Но до темноты еще очень далеко, да и что бы он стал делать в таком месте ночью? Наверняка в этих развалинах и днем сам черт ногу сломит.
Гуров проехал еще немного вперед и, когда решил, что за ним никто не наблюдает, свернул с дороги на лесную поляну. Здесь он остановил машину, вышел, запер дверцы и с сожалением похлопал «Пежо» по капоту – у него было странное ощущение, что свой автомобиль он видит последний раз в жизни.
Гуров посмотрел по сторонам – тихий осенний лес был наполнен влагой и туманом. Сырая бурая трава скрадывала шаги и приятно пружинила под ногами. Сквозь негустую листву проглядывали серое небо и черные силуэты строений в отдалении.
Пока все, что рассказал раненый, оправдывалось. Окажутся ли его слова правдой и дальше, Гуров не знал, но был уверен, что бандиту не было смысла готовить ему ловушку. Такой поступок мог совершить фанатик, но этот тип на фанатика нисколько не был похож. Наверняка в услужение Аслану его погнали деньги. Вряд ли он, явный славянин по наружности, на самом деле способен воодушевиться какими-нибудь ваххабитскими идеями. Теперь, когда сотрудничество с террористами не предполагает никаких выгод, он, скорее всего, будет сдавать вчерашних соратников налево и направо.
Однако Гурову все равно следовало быть предельно осторожным. Даже если в этих развалинах присутствует всего один охранник, опасность весьма велика. Ведь, образно говоря, этот человек «у себя дома», а если он еще вовремя заметит приближение незнакомого человека, то тем более все козыри будут на его стороне.
Гуров еще раз проверил оружие, запасные обоймы, глубоко вдохнул терпкий лесной воздух и пошел неторопливо в сторону заброшенного цеха.
В стороне он видел укатанную колею, ведущую к одному из строений, – видимо, именно по ней подъезжали сюда бандиты. Но он этой дорогой не воспользовался. Это было бы совсем уж неразумно. Появись вдруг здесь люди Аслана, и ему некуда будет деваться.
Впрочем, и в чистом поле у него было немного шансов. К тому же идти было трудновато – земля раскисла после недавнего дождя, и редкая бледная трава, росшая повсюду клочками, не спасала положения – ноги вязли в полужидкой грязи. Любимая поговорка Гурова здесь явно не годилась – асфальтом даже и не пахло.
Тем не менее угрюмые бетонные казематы с черными провалами незастекленных окон приближались. Уже можно было рассмотреть щербины на серых стенах и буйные заросли чертополоха за разбитой оградой. Признаков разумной жизни Гуров пока не обнаружил, но отнюдь этим не обольщался. Наверняка охранник предпочитал сидеть в такую
Вскоре Гуров уже перешагивал через свесившуюся до земли ржавую проволоку, когда-то натянутую между столбами ограды. До корпусов было рукой подать. Гуров решил начать с самого ближнего, который имел наиболее законченный вид.
Пистолет он сунул за пояс и двигался теперь крайне аккуратно, реагируя на каждый звук, долетавший до его ушей. Но пока ничего настораживающего Гуров не услышал – только свист ветра и карканье ворон высоко в небе.
Он миновал черный прямоугольник входа и крадучись пошел вдоль стены. Добравшись до первого окна, Гуров осторожно заглянул внутрь. Ничего интересного он не увидел – все те же щербатые стены и разнокалиберный мусор, валяющийся на полу. Но в глубине помещения находилась дверь, ведущая в какой-то темный коридор. Гуров не стал лезть напролом, а сначала закончил наружный обход здания, заглянув во все окна поочередно и убедившись, что внутри нет никаких признаков жизни. Однако некоторые окна были расположены высоко, едва ли не под крышей и, как прикинул Гуров, относились как раз к тому помещению, куда вел темный коридор.
Закончив обход, Гуров задумчиво осмотрелся. Два других корпуса выглядели как после хорошей бомбежки – у обоих не было даже крыши, и Гурову показалось сомнительным, что в этих, похожих на решето зданиях можно кого-то прятать. Значит, нужно было идти дальше в главный корпус.
Гуров совершил еще один круг и опять оказался возле главного входа. Внутри по-прежнему было тихо, и Гуров вошел в здание. Теперь было особенно заметно, как здесь намусорено. Будто со всей округи на развалины свозили всевозможную рухлядь. Здесь были рессоры от трактора, битые лампы, тома обгоревшей и слипшейся технической документации и даже импортная детская коляска – ободранная и без колес.
Осторожно перешагивая через все это, Гуров приблизился к двери и, немного помедлив, вступил в темный коридор. Бесшумно идти не получалось – под ногами то и дело хрустело стекло и звякали какие-то железяки. Через некоторое время пришлось просто махнуть на это рукой. Гуров только расстегнул пиджак, чтобы пистолет в любую минуту был под рукой, и двинулся дальше.
Наконец коридор кончился. Гуров оказался в большом сумрачном зале, где стояли наполовину демонтированные котлы неизвестного Гурову предназначения. Мусора здесь было значительно меньше, и был он в основном производственного свойства. Окна под потолком заделаны толстыми плитками ребристого технического стекла, отчего помещение практически не проветривалось, наверное, с момента его постройки. Зато это позволило Гурову уловить слабый запах табачного дыма, висящий в сыром спертом воздухе. Ошибиться было невозможно – кто-то совсем недавно выкурил здесь сигарету. А поскольку навстречу Гурову никто не попался, следовательно, этот человек должен был находиться все еще здесь.
Гуров медленно обогнул последний котел и вдруг увидел еще один вход. Дверь была открыта, но за ней была темнота. Гуров на цыпочках подошел ближе и прислушался. Откуда-то до его слуха донесся странный металлический звук – будто на бетонный пол упала монета, и снова все стихло. Он подождал еще немного, не повторится ли звук, но вместо этого он вдруг услышал не очень разборчивый мужской голос. Что он сказал, Гуров не понял, но, судя по интонации, это наверняка было ругательство. Гуров решительно достал из-за пояса пистолет и снял его с предохранителя. Держа оружие наготове, он шагнул через порог.