Потерянный трон
Шрифт:
— Я не собираюсь присваивать Око, — неожиданно произнес Сет, в ответ на её мысли. — Оно принадлежит лишь Амон Ра. Без него он беспомощен словно новорожденный ребенок. Ты сама стала тому свидетельницей, найдя его на улице в бессознательное состоянии.
Даша кивнула.
— Ты прав, я на него не претендую и буду тебе признательна, если ты вернешь его Амону и раз и навсегда выяснишь свои отношения с Гором.
Не сказав больше ни слова девочка прикрыла глаза и пески под её руками задрожали. Стоящего рядом с Дашей Анубиса едва ощутимо тряхнуло. По воздуху прошла рябь от взметнувшегося вверх песка. Почва под девочкой начала проседать и у самых ее ног образовалась огромная воронка, на дне которой золотистым светом
Даша взмахнула рукой, и тот стремительно взлетел вверх уже через мгновение, оказавшись в ее ладони. Анубис крепко сжал ее локоть, привлекая ближе к себе.
По другую сторону воронки стоял Сет. Его взгляд был полон ненависти и Даше оставалось лишь удивляться тому как резко изменились их отношения, после того как камень выбрал ее. Она прекрасно знала, что отдаст она осколок ему или нет, не имеет значения, потому как остальные части и сам артефакт находятся у Гора. И, тем не менее, она была не намерена так просто сдаваться. Во что бы то ни стало, она должна была вернуться в Монстроград вместе с осколком. Сжав осколок в руке так сильно, что острые края впились в нежную кожу ладони, девочка решительно шагнула с края воронки, думая лишь о том, что в этот раз Холод не станет ее спасать. Сейчас она должна позаботиться о себе сама, и она это сделает. Шагая в пропасть, она даже не осознавала, что за руку ее держит Анубис. К своему удивлению Даша не ощутила падения. Мгновение и края воронки сомкнулись над их головами. Стоящий по другую сторону Сет, был просто не в силах удержать разлом открытым. Он чувствовал себя опустошенным и вымотанным. Эта бездарная девчонка только что забрала у него, бога пустыни, власть над песками. Его удивлению и возмущению не было предела. Жалкая мелкая кошка украла у него власть над пустыней без единого заклинания или обряда. Одним взмахом руки.
Наблюдавший за всем произошедшим юноша самодовольно улыбнулся. На его холодном и абсолютно бесстрастном лице промелькнула тень улыбки. Стоя на верхушке фонарного столба, на набережной он смотрел на безнадежно опустившего руки Сета. Он определенно заслужил подобное наказание, вздумал угрожать его маленькой хранительнице. Решив окончательно вывести бога из себя, Холод вскинул ладонь, поднеся ее к лицу и сильно подув. С его ладони слетело несколько снежинок, полетев в сторону слияния рек. Одна из них опустилась на золотистый в лунном свете песок. Подул сильный ветер, принося с собой тысячи крупных лохматых снежинок и в считанные минуты, набережная и река приняли прежний вид. Воды скрывал толстый слой льда, а снег укрыл пушистыми шапками фонарные столбы, набережную, чкаловскую лестницу и крыши кремлевских башен.
Глава 17
Темнота накрыла их с головой. Некоторое время Даша пыталась вдохнуть полной грудью, однако ей никак не удавалось это сделать. Песок забивался в рот и глаза. Девочка должна была бы ощутить панику и отчаяние, но эти чувства были ей незнакомы, как незнаком ей был и страх, пока в своей руке она сжимала руку бога мертвых. Песок, сковывавший ее тело, неожиданно отступил. Ничто больше не мешало ее движениям. Вынырнув из тягучего чернильного мрака Даша резко распахнула глаза. Вокруг было уже не так темно. Она находилась в узком, бесконечно длинном коридоре. Редкие факелы на стенах, мягкими золотистыми всполохами рассеивали тьму. Разглядев великолепные древние фрески, девочка с трепетом коснулась кончиками пальцев бесценных рисунков.
Стоявший за спиной девочки Анубис надменно хмыкнул, заметив на ее лице восхищение и трепет.
— А ведь ты говорила, что мои прис-с-страстия тебе отвратительны. Разве здесь не прекрас-с-сно? — насмешливо спросил он.
Опомнившись, Даша с удивлением взглянула на Анубиса.
— Где мы? — тихо спросила она.
Ощутив, что в её ладонь впивается что-то острое, девочка
Осколок сиял так ярко, что тьма вокруг рассеялась и девочка смогла разглядеть всю живописность места, в котором они находились. Коридор оказался столь длинным, что не было видно ни конца, ни края. Потолок на первый взгляд казался совсем низким, не более двух метров от пола, но его покрывали столь яркие и прекрасные звезды, что когда Даша протянула руки, чтобы их коснуться, она осознала, что в самом деле может до них дотянуться, вот только они были не нарисованными, а настоящими.
— Мы в моем царс-с-стве, — ответил Анубис, с интересом наблюдая за реакцией девочки на свои слова.
Даша, словно заворожённая играла со звездами, поочередно снимая их с неба и возвращая назад.
— В загробном мире? — спокойно переспросила девочка. — Так значит, я умерла?
Анубис покачал головой.
— Но раз уж ты здес-с-сь, и тебе это с-с-судя по вс-с-сему нравится, я не планирую возвращать тебя в твой мир.
Девочка обернулась на Анубиса. На её лице играла мягкая улыбка.
— Здесь, в самом деле прекрасно. И я уверена, намного более красиво, чем кто-либо может предположить. Но я обязана вернуться обратно, — Даша сжала в руке осколок, вновь ощутив, как он врезается в плоть. — Если я не вернусь, ты ведь тоже никогда не найдешь свой трон.
Анубис безразлично пожал плечами.
— Пожалуй, я единс-с-ственный, кто подобно Ос-с-сирису, с-с-способен от него отказатьс-с-ся.
Даша нахмурилась, глядя на бога с искренним удивлением.
— Пока у меня ес-с-сть то, что важнее трона, он мне ни к чему.
Девочка нахмурилась.
— Что ты хочешь этим сказать?
Анубис покачал головой.
— Забудь. Я отпущу тебя, если ты выполниш-ш-шь одну мою прос-с-сьбу, — добавил он, устремив свой взгляд куда-то поверх ее головы.
— Какую?
Подойдя к Даше, Анубис обмотал ее ладонь бинтами, после чего увлек за собой вперед по бесконечному коридору. Они шли вперед должно быть несколько минут, прежде чем девочка убедилась в том, что та его часть по которой они уже прошли, искажается. За их спинами все время оказывалась стена. Даша не успела сообразить, что происходит, как они вышли в просторный зал прямоугольной формы. Огромные круглые колонны взмывали ввысь, теряясь в бесконечности усыпанных звездами небес. Никогда девочка не видела ничего более прекрасного. Потолков не было вовсе, вместо них над головами нависли бескрайние и далекие звездные небеса. Здесь, как бы она не старалась, никогда бы не смогла дотянуться до звезд. Под ногами девочки, на полу шелестел песок, а посреди зала стояли огромные весы. Сейчас их чаши были равны и располагались на одном уровне.
Даша прекрасно знала, для чего необходимы эти весы. И должна была бы испытать страх, однако совсем его не испытывала. Обернувшись к Анубису, она тихо заговорила.
— Так я мертва и ты привел меня сюда, чтобы судить?
Анубис насмешливо приподнял бровь.
— Неужели тебе не с-с-страшно?
Даша покачала головой.
— Пожалуй, я была готова к этому с тех пор, как увлеклась египетской мифологией.
Юноша прищурился.
— Но я вовс-с-се не с-с-собираюсь вырывать твое сердце, чтобы его взвес-с-сить.
Даша нахмурилась, переведя взгляд на весы.
— Я была уверена, что именно так ты и решаешь, какого места в загробной жизни достойна человеческая душа.
Бог едва заметно усмехнулся, алые глаза сверкнули в глубине капюшона.
— В ос-с-собых с-с-случаях можно пос-с-ступить и иначе.
Приблизившись к девочке, Анубис взял ее руки в свои. Мягко коснувшись ее запястья, он подцепил длинными острыми когтями отметины на руке девочки. В его ладони они превратились в белоснежные круглые браслеты. Даша с удивлением смотрела на свое запястье, оказавшееся совершенно чистым.