Потерянный трон
Шрифт:
— Мне пора идти, — сказала Даша, обратив свой взгляд на рыжеволосого парнишку. — И кстати, у тебя очень красивые волосы, — добавила она.
Юноша хмыкнул.
— Твое перо тоже очень необычно, — ответил рыжеволосый. — Удачной дороги.
Лишь оказавшись в автобусе, который выехал на пустую улицу, направляясь в сторону вокзала, Даша в полной мере осознала слова рыжеволосого парнишки. Откуда ему было знать про перо? Ведь как она убедилась, никто из класса его не видел. Тогда кем же был этот рыжеволосый красавчик? Богом из другого пантеона?
Всю обратную дорогу, Даша дремала, прислонившись
— Твои волосы просто чудесны! — искренне радуясь, воскликнула она. — Вижу, поездка пошла тебе на пользу.
Даша разглядывала маму с задумчивостью. Сейчас она должно быть впервые осознала, как сильно та похожа на дедушку. Медовые волосы, загорелая кожа и точно такая же улыбка. Прежде, Даша никогда не акцентировала на этом внимание, возможно потому, что во всем кроме внешности отец и дочь были совершенно разными. Марианна была воплощением элегантности и шарма. Её волосы всегда находились в безупречном порядке, а одежда оставалась классической и довольно строгой, но не лишенной привлекательности. В то время как дедушка одевался как истинный археолог, включая шляпу и ботинки для бездорожья.
— Ты молчишь. С тобой все в порядке? — голос Марианны, дедушка всегда называл свою дочь именно так, звучал встревоженно. — Выглядишь бледной.
— Прости, — отозвалась девочка, тряхнув головой. — Я плохо спала этой ночью. Вот и голова разболелась.
Закинув рюкзак на заднее сиденье, девочка уселась рядом с ним.
— С волосами мне помогли подружки, — запоздало ответила Даша. — Я отлично провела время. Папа на работе?
Марианна кивнула.
— Боюсь, он вернется только поздно вечером. Занят какими-то квартальными отчетами, — раздражённо ответила она, заведя машину и вдавив педаль газа.
Даша уставилась в окно, на проезжавшие мимо машины. У них с мамой никогда не было общих тем для разговора. Марианна не интересовалась ни историей, ни археологией, и тем не менее, все время ходила погруженной в свои мысли.
— Дождь льет, — протянула Марианна, нервно барабаня пальцами по рулю. — В Новгороде, в самом деле, были снежные заносы?
Даша кивнула.
— Всю неделю, а вчера вдруг пошел дождь.
Марианна недовольно хмыкнула.
— Холодов не обещают. Скоро и новый год придется встречать в резиновых сапогах, — прибавила она.
Даша задумалась, достав из кармана смартфон, девочка бросила беглый взгляд на экран. Увидев сегодняшнее число, она вздрогнула и поморщилась, словно от зубной боли. Марианна отчетливо видела перемены в настроении дочери в зеркало заднего вида.
— Сегодня полгода, как дедушка умер, — мрачно пробормотала Даша.
— Я знала, что ты заметишь, — эхом отозвалась Марианна, нервно сжав руль. — Знаешь, все это время ты делала вид, что все забыла, словно у тебя
Когда Марианна нервничала, она всегда жвала жвачку и этот случай не стал исключением. Закинув в рот пару подушечек резинки, она оглянулась на дочь. Салон заполнил освежающий аромат сладкой мяты.
— Разве подобное можно забыть, — голос Даши прозвучал глухо. По всему было видно, что каждое слово дается ей с трудом.
Марианна обернулась.
— А знаешь, я ужасно голодна, — оживленно заметила она. — Предлагаю заехать в мак авто и накупить гору всякой гадости.
Даша кивнула, её совсем не удивило, что мама столь неумело сменила тему. Они привыкли избегать в своих разговорах даже имени дедушки, и теперь, когда Даша так неожиданно заговорила о его смерти, Марианна находилась в растерянности, не зная как на это реагировать. Девочка не сомневалась, что первым же делом, которое ее мама совершит попав домой, будет незапланированный звонок семейному психотерапевту дяде Гене, который тут же выпишет всей семье успокоительные и нанесет незапланированный визит в гости с традиционным шоколадным тортом, который он приносил каждый раз, когда в семье случались неприятные происшествия.
Отвернувшись от матери, девочка, закусив губу, уставилась в окно. Заехав в ресторан быстрого питания у метро ВДНХ, Марианна свернула в сторону трамвайного депо, и обогнув его по внутренней улице, вырулила на Сельскохозяйственную улицу, где располагался их дом. Шумная улица с невероятно длинным названием пустовала обычно лишь один день в году, первого января. Поэтому видеть ее столь безмолвной было довольно необычно. Машины практически отсутствовали. Миновав перекресток, дастер свернул в переулок, где притормозил у старенькой пятиэтажки.
Выбравшись из машины, Даша окинула взглядом детскую площадку и поспешно вошла следом за Марианной в дом. В небольшой прихожей их встретила всеобщая любимица, золотистый сфинкс с именем богини Баст. Стянув с себя куртку и ботинки, девочка присела на корточки, взяв кошку на руки. Погладив ее между ушей, девочка склонилась к кошке.
— А знаешь, наша общая прародительница передавала тебе привет, — едва слышно произнесла девочка.
Глаза кошки сощурились, она с интересом слушала хозяйку, словно понимала каждое ее слово. Марианна, успевшая к тому времени пройти на кухню, обернулась, взглянув на дочь с удивлением.
— Ты только что мяукнула или мне показалось?
Даша удивилась не меньше Марианны, потому как была совершенно уверена в том, что говорила с кошкой на человеческом языке.
— Должно быть тебе послышалось. Я всего лишь поприветствовала Баст.
Небольшая квартира, в которой Даша жила с родителями состояла всего из двух небольших комнат и кухни. Её собственная комната была столь мала, что в ней с трудом помещались все те книги, что она читала. Кровать-чердак, нависавшая над шкафом с одеждой, и письменным столом помогала сэкономить немного места на два книжных шкафа с двух сторон от двери. Минимум мебели и минимум вещей, за исключением книг, которых было так много, что когда девочка наведывалась в библиотеку, они возвышались в несколько стопок на полу рядом со шкафами.