Потерянный трон

Безымянная Алиса

Низкий потолок и окружающий мрак привели ее в ужас, в то время как нанесенные на стены фрески вызывали восторг и трепет. Потолок гробницы покрывало звездное небо и изображенная на нем богиня Нут, распростертая по горизонту и касающаяся земли кончиками пальцев рук и ног. Поднявшись из саркофага, девочка в страхе осмотрелась по сторонам. У нее не было никакого сомнения в том, что во всем произошедшем виноват Анубис. Она уже давно пожалела, что доверилась богу мертвых, который в своей любви к мертвецам, определенно задумал превратить ее в мумию. Вылезая из саркофага, Даша задела один из сосудов, используемых древними египтянами для хранения внутренних органов усопших. Каноп упал со стола, разбившись. Отзвук удара прокатился

по темному помещению. Задрожав, девочка нащупала в одном из своих карманов, телефон, который по привычке всегда носила с собой. Фонарик осветил темноту затхлого помещения, и Даша обнаружила в дальнем конце лестницу, ведущую наверх. Подсвечивая путь фонариком, она благополучно выбралась из зала для мумификации, оказавшись в еще более темном помещении, напоминавшем подъезд жилого дома. Тяжело дыша, она оглядывалась по сторонам, не в силах скрыть своего изумления.

Тихий отзвук нескольких голосов доносился откуда-то со стороны лестницы. Говорившие находились довольно далеко, и лишь благодаря недавно приобретенному острому слуху, девочка могла расслышать их голоса. Поднявшись по лестнице на третий этаж, Даша замерла перед открытой дверью в квартиру. Пройдя в коридор, она спряталась за выступающей колонной прихожей.

В тесной требующей косметического ремонта кухне за небольшим круглым столом, вокруг дымящегося самовара, собралось четверо богов. Цветастые занавески на окне были плотно зашторены. С низкого потолка свисала большая полукруглая люстра, отбрасывая мутный желтоватый свет на заставленный вазочками с вареньем, баранками и пряниками стол. В том, что она видит перед собой именно богов, у девочки не было никаких сомнений, потому как их облик был совсем не человеческим, и внушал в каждого смертного ужас. Анубис перестал быть мрачным юношей, которого Даша видела прежде, превратившись в бога с человеческим телом и головой шакала. Рядом с ним, сжимая в руке стакан с чаем в серебряном подстаканнике, сидела богиня Баст с кошачьей головой и прекрасная темноволосая женщина, с головным убором в виде трона на голове, которую, Даша уже видела, в свою первую встречу с Сетом.

Притаившись в темной прихожей, Даша прислушалась к разговору богов. Женщина с троном на голове тяжело вздохнула, всплеснув руками.

— И все же я не понимаю, почему Амон послал ее к Сету, а не к кому-нибудь из нас! Его благосклонность к нему очевидна! Разве это не безумие, то, что он предпочел нам воплощение зла, в то время как мой сын, справедливый и созидательный был оставлен в стороне?

Даша сразу догадалась, что видит перед собой мать Гора и сестру Сета и Осириса.

Богиня Баст, сидевшая напротив Исиды лениво потянулась и в ее жестах читалась самая настоящая кошачья грация.

— Мррр… Кажется, тебя ничуть не смущает тот факт, что ты родила и вырастила своего сына исключительно ради мести за отца. Он даже думать ни о чем другом не в состоянии. Он одержим Сетом и не успокоится, пока тот не умрет.

Исида нахмурилась, от чего стала выглядеть еще более воинственно, чем прежде.

— Сет заслужил смерть, а что касается Ра, он всегда выделял его, ставя выше других богов.

Анубис мрачно усмехнулся, и его пасть изогнулась в хищной гримасе.

— С-с-сет всегда был одним из с-с-сильнейших богов. Разве ес-с-сть что-то удивительное в том, что Амон Ра его выделяет? Не с-с-смотря на все прегреш-ш-шения С-с-сета, именно он, и никто другой помогал Ра в с-с-схватке со змеем. Без его помощ-щ-щи, Ра приш-ш-шлось бы туго. Поэтому, на мой взгляд, его с-с-симпатия к С-с-сету обос-с-снована.

Исида выглядела разозленной. Вскочив из-за стола, женщина отчаянно всплеснула руками.

— Ты забываешь из-за кого все мы сюда попали! — в ярости вскричала она.

— Вы виновны в происходящем не меньше Сета, — слова защиты вырвались у Даши против ее собственной воли. Так

ей, по крайней мере, казалось. У нее не было намерения выдать себя, и все же она с легкостью сделала это, чтобы образумить разгорячившуюся богиню.

В ее представлении, как и в представлении древних египтян и современных археологов, Исида была добродетельной персоной, богиней семейного очага и материнства. Сейчас же, видя ее в живую, Даша замечала в ней лишь жажду завладеть троном во имя сына, и одержимость мщением за супруга, которому судя по всему не было до всего происходящего никакого дела.

Девочка выступила из-за колонны и сейчас все собравшиеся с интересом изучали ее хрупкую, но воинственную фигуру.

— Да как ты смеешь такое говорить! — вскричала Исида явно раздраженная поведением Даши.

Баст смотрела на девочку с явным любопытством, в то время как Анубис отвел взгляд в сторону, устремив его в окно.

— Так ведь это правда, — девочка заговорила спокойным и ровным голосом, словно ее ничуть не заботило, что на нее повышают голос. — Вы во всем вините Сета, но если бы в произошедшем не было ни капли вашей вины, разве вы бы попали сюда? Раз уж вы здесь, то виновны не меньше него. Разве не вы веками подпитывали ненависть своего сына к дяде? Каждый из вас принимал чью-либо сторону в этом споре, в то время как вам подобно Осирису стоило остаться в стороне. Если бы Сет и Гор выясняли свои отношения наедине, без зрителей и чужой поддержки, им бы уже давно это наскучило.

Исида встала со своего места столь стремительно, что Даша даже не успела отследить ее движений. Уже спустя секунду богиня оказалась рядом с девочкой, и замахнулась на нее рукой.

— Ты не ключ к выходу, ты неучтивая девчонка, не знающая где ее место!

Даша зажмурилась ожидая получить удар, но в этот момент между ними вклинилась Баст. Перехватив руку Исиды, она хитро прищурила кошачьи глаза.

— Не стоит обижать эту девочку, мяу. Кроме того, что она ключ к нашему освобождению, она еще и дитя, которому я покровительствую, — произнесла Баст, улыбнувшись Даше.

Отодвинув девочку подальше от Исиды, она погладила ее по волосам.

— Лишь по воле Амон Ра, — ядовито ответила Исида.

— Вовсе нет, — Баст нахмурилась и ее губы вытянулись в линию. — Девочка и без Амона обладала генами, он лишь подарил ей способность менять облик. Мррр… Как тебе известно, с генами не поспоришь, либо они есть, либо их нет. И даже великий Ра не в силах это изменить.

Исида поджала губы, бросив на Дашу испепеляющий взгляд, и резко повернувшись к Баст спиной выбежала из зала.

Поднявшись со своего места, Анубис тряхнул головой, и тут же превратился в человека, лицо которого скрывала тень капюшона.

— Я так понимаю, мы с-с-сейчас лиш-ш-шились одного из с-с-союзников. Нас-с-с и так не много, но теперь на одного меньш-ш-ше, — устало заметил он.

— Она никогда не была с нами за одно, — многозначительно заметила Баст. — В конце концов, ты — ничто иное, как доказательство измены ее мужа. Мур. Женщины такого не прощают.

Баст провела по своему лицу рукой и ее облик переменился. Исчезла кошачья морда, и на ее месте появилось прекрасное молодое женское лицо с выразительными восточными чертами и темно-зелеными глазами. Длинные черные волосы водопадом спадали до пояса, а на голове красовалась великолепная золотая диадема.

Даша смотрела на Баст с неподдельным восхищением, явно не ожидая, что за кошачьей мордой, может скрываться подобная красота.

— Твои слова прозвучали убедительно, — призналась Баст с улыбкой. — Ты, кажется, в самом деле веришь в то, что говоришь.

Девочка кивнула.

— Правда, мне по прежнему не известно кто встал на чью сторону, но я уверена в том, что пока все вы не достигните взаимопонимания, нам никогда не найти и одного трона.

Баст заинтересованно разглядывала Дашу.