Потерянный
Шрифт:
То, что ещё с самого начала совместной работы его было за что недолюбливать, Брайер понял быстро. Однако отдать должное — легионер создавал атмосферу непринуждённости, позволяя собеседникам раскрыться. Дана же при всей своей внимательности держала дистанцию, в перерывах между общением с Нильсоном уходя в собственные мысли. Мужчина ответил, что если Карл охотно перекидывался словами с подходящими периодически особами (которые в этом обличии виновника торжества даже не узнавали), то Дана напрочь отсекала все попытки местных познакомиться.
Нильсон
Вся стеклянная поверхность была исписана светящимся маркером:
«Добро пожаловать в Легионы Совершенных. Тут тебе всегда рады!»
Неровный, дёрганый почерк Карла совсем не изменился. Не изменился и смысл. Ли, как и раньше, хотел заманить к себе как можно больше старых знакомых.
И, стоит признать, что- то здесь все же привлекает. Лёгкая, разнузданная обстановка.
Нильсон потратил какое- то время, чтобы привести себя в порядок. Легионеры услужливо приготовили ему одежду: чёрную шелковую рубашку и брюки из качественной плотной ткани. В ванной номера же нашлось все, чтобы навести порядок на лице.
Теперь добраться до Организации. Карл со своими праздновать будет ещё долго, в этом плане ему равных нет. Пытаться найти лорда здесь… нелегко, наверно.
В любом случае, где- нибудь да подскажут дорогу до аэропорта. Если не через… телепорт (как же тяжело давалось принятие этого факта!), то уж на самолёте до Москвы добраться точно получится.
На журнальном столике даже лежала тонкая пачка денег. Брайер поморщился: щедрость так щедрость.
Таблетку бы лучше дали, по каким- нибудь тайным рецептам приготовленную, подумал мужчина. Гребаная тяжесть в голове чуть путала мысли да неприятно подкрашивала картину.
Ошибался Карл. Даже после всего выпитого алкоголя неприятное чувство не ушло.
Значит, уйдёт там, на востоке. В бою.
Куда же ты делся, колдун? Портал до Москвы всё- таки был бы кстати.
Хорошо поставленный удар вбил подушку в изголовье кровати. По телу пробежало тепло, и Нильсон улыбнулся. Конечно. Все головные боли — от бездействия. Как иначе?
Мелодичный звонок в дверь отвлёк мужчину.
— Какая удача, — криво усмехнулся он, — и тебе доброе утро, Карл. Рад, что всё- таки вспомнил.
Звонок повторился. Требовательность хозяина даже немного удивила.
— Да, секунду, — тихо буркнул Нильсон, зная, что легионер все равно услышит. В несколько широких шагов ОПЗМовец добрался до двери и распахнул её.
— Доброе утро, — Дана Вран, оказавшаяся на пороге, улыбнулась Брайеру, — как на новом месте?
Потусторонние глаза девушки внимательно смотрели на него, будто пытались выведать как можно больше информации. На этот раз гостья была куда больше похожа на саму себя: «светящиеся» в ультрафиолете брюки сменились на шорты из чёрной кожи, а руки спрятались под длинными
Мужчина вспомнил руку Даны — обнаженную до плеча, барабанящую пальцами по барной стойке. Почти полностью кожу девушки покрывали причудливые татуировки, которые сейчас и прятала эта кофта.
Новый образ (на самом деле, как раз старый, только вот Брайер сейчас вообще всё воспринимал как новое) шёл Вран куда больше.
— Ещё минута молчания, и все старания Адама пойдут прахом, — оборвав размышления мужчины, заметила гостья, — молчание вообще мало чему способствует. Какие у тебя планы?
— Добраться до Москвы, — честно признал Нильсон, — желательно — до вечера. Где Карл?
— О, проснулся. Хорошо, — она склонила голову, и чёрные глаза проницательно блеснули, — его светлость мы сейчас не найдём. Он вместе с Ландерс укатили куда- то в Испанию.
— С ним всё в порядке, видимо, — скорее случайно произнёс мужчина.
Как обычно. На своей волне. А чему ты вообще удивляешься, спросил себя ОПЗМовец.
— Да, как и с тобой, я вижу, — девушка прошлась по номеру и остановилась у мини- бара. Улыбнувшись, она достала крохотную бутылку и пару стаканов, — не удивляйся. Праздник Адама — вещь затяжная и насыщенная.
Золотистого напитка хватило аккурат на то, чтобы до половины залить его в оба стакана.
— А ты почему зашла? — прямо спросил Нильсон.
Дана опустилась в кожаное кресло напротив него. В её движениях было что- то такое свободное, раскрепощенное, что притягивало мужчину. Кажется, любая формальность в принципе была чужда собеседнице: уровень, к которому стремился и сам Брайер.
— Во- первых, тон вежливости, — девушка загнула палец, — ты всё- таки наш гость. И если хозяин с хозяйкой заняты своими делами, то пусть тут будет мой выход.
Нильсон благодарно кивнул. Гостья же придвинула к нему один из стаканов, не прекращая говорить:
— Во- вторых, это ещё и предсказуемо: тебе ведь понадобится помощь, — тонкие губы тронула улыбка.
Новая картина прошедшей ночи: Дана так же улыбается, но в мерцающем суете стробоскопов. Губы девушки выкрашены то ли цветом засохшей крови, то ли вовсе чёрным.
— Приятно, что все здесь находят на меня время, — пожал плечами ОПЗМовец, подняв стакан.
— Не льсти себе, — собеседница покачала головой, — у меня выходной, только и всего.
— Не помню, спрашивал или нет, — Брайер нахмурился, — что за роль ты тут вообще играешь?
— Роль, — снова поединок взглядов, — пока стажируюсь, скорее. Окончательного решения по своей профессии я еще не приняла. Сейчас нашла себя в… — небольшая пауза. Девушка будто поискала выражение поточнее.
— …В ловле преступников. Скажем так.
Нет, оказывается, не поточнее. Наоборот — самую общую формулировку выбирала.
— Государственная служба? — кивок Нильсона прервался усмешкой, — раньше ты была… свободолюбивой.