Потерянный
Шрифт:
Конечно, даже самый острый нож Нильсону не страшнее игрушечного. Но ведь всегда есть простор для фантазии, так?
Конечно.
В остальном снаряжение Вайлда устраивало. Хотя… задний ремешок бронежилета стоило бы осмотреть. Кажется, немного его всё же потряхивало.
Но сейчас заняться этим было, кажется, не суждено.
— Капитан! — окликнул Генри связист, — седьмая позиция просит подмоги! У них прорыв периметра!
«Закалённый» мигом оказался на ногах:
— Уточните у соседей обстановку!
Конечно, со своей командой работать привычнее. Но эти ребята, кажется, оказались смышлёными.
Короткими перебежками Вайлд двинулся к седьмой позиции. От города их прятали деревья, но здесь уже не понять, кто выиграл больше: защитники или нападающие. Видимость одинаково поганая для всех.
Вскоре взгляду открылась нужная огневая точка. Седьмой позиции уже, можно сказать, не было: оранжевое пламя на месте пулемётного расчёта и подкрадывавшиеся через кусты ОПЗМовцы. Бинокль, быстро упавший на глаза, помог отметить: вот семь фигур, одетых в тяжелую броню. Пара десятков бойцов и, как раз под защитой гвардейцев, высокий мужчина в погонах, кажется, полковника.
Тревогу поднял один из солдат Организации:
— Там! Вон там! — примерно так разобрал его слова Генри, мигом проклявший своё шумное сопровождение. Да, с «Закаленными» бы явно подобрались поближе.
Первые пули ударили по мятежникам. Командир вражеского отряда ушёл за укрытие, выхватывая оружие. Тут же показался вновь, кажется, совсем не боясь пуль.
Если это спрятавшийся Брайер, то ему действительно бояться нечего.
Лицо ОПЗМовца было закрыто тканевой маской. Ну, точно он.
К автоматам бойцов ОПЗМ присоединились штурмовые винтовки гвардейцев. Генри легко различал их на звук: редкая дробь, чуть сбавленная глушителем.
Да даже сами пули свистели немного иначе. Объяснить это капитан не мог. Зато прекрасно мог чувствовать.
Перекатом Вайлд ушёл из- под огня, чтобы чуть не застрять в каких- то колючих кустах.
— Восьмая! Восьмая позиция, на связь! — выкрикнул он в собственную рацию. Из лежачего положения повстанец перескочил в сидячее, стоило доползти до дерева. ОПЗМовцы били по стволу, летели щепки, но все же офицер оставался в относительной безопасности.
Свои под командованием сержантов начали окружать врага, пытаясь подавить огнём. С той стороны полетели ответные выстрелы, и пара бойцов уже упали. А к солдатам в сером, судя по голосам, подходило подкрепление.
— Есть восьмая! — слабо донеслось из рации, — это шестая?
— Да! Капитан Вайлд! — продолжал кричать мятежник, зная, что под глушилками врага сигнал едва проходит, — авангард врага на седьмой! Тридцать единиц! Семь «Б- шек»! Тяжёлого вооружения не заметил!
— Принял, шестая! Двигаемся
Генри выдохнул. Учитывая рассеянность позиций, нужно подождать…
Чуть больше минуты — дыхание как раз успело нормализоваться. И тут же застрекотали далёкие выстрелы.
ОПЗМовцев брали в клещи. Наступление… сорвано?
Рано было так говорить, ой, рано…
Совсем рядом громыхнул взрыв. Взметнулся огонь: зажигательная граната во всей своей красе.
Знакомый голос выкрикивал команды на русском, и это рвало все шаблоны.
Генри осторожно выглянул. Что бы там ни происходило, реагировать нужно мгновенно.
ОПЗМовцы отсекли первый взвод. Несколько из них уже сократили дистанцию, и сейчас просто добивали бойцов, прижатых и дезориентированных пламенем.
Дружный залп второго взвода должен был снять всех серых разом, но…
Тактика дала осечку.
Оттуда, где должны были находиться солдаты второго, яростным движением сметя куст, шагнул ОПЗМовец в тканевой маске. В руке офицер держал массивный пистолет.
Пули не брали высокую фигуру. Та казалась неуязвимой, а в какой- то степени таковой и являлась.
Из- за спины фигуры, попеременно прикрывая друг друга огнём, появились гвардейцы. Элитные бойцы Организации прижимали противника, сами притом отлично держали ответный удар.
Переоценка обстановки оказалась безрадостной:
— Седьмая! Отходим к полевому штабу! Шестая, восьмая позиции! Держать дистанцию, по возможности — оценить силы противника!
Не сводя глаз с непробиваемой фигуры, мятежник лично подал пример своим людям. Капитан открыл огонь по ОПЗМовцам, прикрыв отступление подчинённых.
Здесь сражаться смысла нет. Стоит заманить их подальше. Подкинуть идею: мол, цели вы можете добиться. В том, что враг направляется прямиком к штабу, Вайлд уже почти не сомневался.
— Том, приём! — он переключил на канал Файна.
— На связи, — прозвучал незамедлительный ответ.
— Ведём их к передовому штабу! Заготовишь там засаду?
— В процессе, — спокойный голос генерала контрастировал с бурным потоком эмоций, охватившим «Закаленного».
— И сам подтягивайся! Брайера я беру на себя! — с готовностью добавил капитан.
— Осторожнее, — столь же лаконично произнес Томас.
Осторожнее. Как же иначе, думал Генри. Отстреливаясь на ходу, он на пределе сил маневрировал между деревьями, уходя от огня противника.
Их цель — подстрелить меня, мелькнула мысль. Моя — стягивать на себя внимание и обеспечить отход своих людей. В том, что те следуют инструкциям, Вайлд не сомневался: сейчас его приказы совпадали с отчаянными воплями инстинкта самосохранения.
Значит, попадать по цели не обязательно. Пусть их там больше, пусть они в броне, но свою работу капитан сделает.