Потерять и обрести
Шрифт:
— Нет, не сообщила! — Шарлотте было трудно сдерживаться. — Это могло его шокировать. Но, выходя замуж за Мартина, я была уверена, что беременна от него.
— Так я тебе и поверила! — Барбара высокомерно рассмеялась. — Ты предпочла брак по расчету, Шарлотта. По меньшей мере, я понимаю твои мотивы. Только дура считает, что в браке достаточно лишь любви. К Костелло ты испытывала только безумную похоть.
— Похоть? — Шарлотта смирила свой гнев. — Что с тобой происходит, мама? Ты стала законченной
Даже в полумраке было заметно, как сильно покраснела Барбара.
— Не заходи так далеко, моя девочка, — предупредила она. — Что было бы, если бы твой муж оказался жив? — бросила она с вызовом. — Подумать только, ты обманывала их обоих. Только представь! Папина дочка, ангелочек с длинными белокурыми волосами, одновременно спала с двумя мужчинами. Я могу только подивиться!
— Дивись! — парировала Шарлотта, продрогнув до костей, хотя вечер был теплым. Она подошла ближе к матери. — Я не спала с Мартином, мама. Он меня изнасиловал.
Мать, свирепо взиравшая на нее, отпрянула и расхохоталась:
— Я тебе не верю!
— Почему? Ведь ты такая умная. — Шарлотта была на грани отчаяния. — Ситуация вышла из-под контроля. Я умоляла его остановиться, но он не остановился. Не мог остановиться. Мне пришлось жить с ним.
Барбара с отвращением отстранилась от дочери, продолжая бушевать:
— Мартин был безумно в тебя влюблен, дурочка! Мне ясно, что ты его провоцировала. Знаешь, кто ты?
— Скажи, — быстро ответила Шарлотта.
Роан, не замеченный ими обеими, оказался в нескольких футах от них:
— Шарлотта!
— Даже не пытайся втянуть в это Роана, — предупредила Шарлотта, собравшись с силами.
— Я могу попытаться и попытаюсь! — решительно заявила Барбара.
Сердце Шарлотты забилось чаще.
— Добрый вечер, миссис Рейнер, — сказал Роан.
Барбара обрушилась на него, словно он был не одним из самых успешных людей в городе, а паразитом:
— Знаешь, вы стоите друг друга. Считаешь меня дурой?
Роан ответил с полным самообладанием:
— Я определенно не считаю вас дурой, миссис Рейнер. С какой стати вам вести себя как дура? Я уверен, вы не хотите привлекать к себе внимание. В конце концов, вы единственная, кто обладает безупречной репутацией.
Барбара откинула назад ухоженную голову.
— Изволь относиться ко мне с уважением, Костелло, — произнесла она высокомерно.
— Возможно, я стану так к вам относиться, если вы будете поступать так же со мной, — учтиво ответил Роан и взял Шарлотту за дрожащую руку. Он понимал, сколько осуждения ей пришлось вынести за эти годы. Барбара Марсдон была невыносимо жестока со своей дочерью. — Мы прощаемся с вами, миссис Рейнер.
Барбара одарила его пристальным злобным
— Сколько самоуверенности, — произнесла она ледяным тоном, будто Роан не имел на это права. — Но я не предупреждаю дважды.
— Извольте держаться в рамках приличия, миссис Рейнер. — Роан продолжал говорить тихо и спокойно. — Мне не хотелось бы применять к вам меры.
Барбара не удостоила его ответа. Отвернувшись, она постаралась успокоиться, прежде чем вернуться к мужу. Как же ей хотелось, чтобы с Роаном Костелло произошло нечто ужасное! И с Шарлоттой! Кстати, Шарлоттой она тоже займется…
Глава 8
Через двадцать минут они оказались в пентхаусе Роана.
— Я выпью виски, — произнес Роан. — А ты?
Он оглянулся на Шарлотту. Она была невероятно красивой, но уязвимой, что его не удивило. Он и сам чувствовал себя разбитым. Некоторым женщинам суждено становиться мучителями. Барбара Марсдон-Рейнер — одна из них. Удивительно, но до трагедии с Мэтти она была милым человеком.
— Я выпью хорошего французского коньяка, если есть. — Шарлотта могла придумать только такой ответ.
— Разве французский коньяк бывает плохим? — пошутил Роан.
Они прошли через вестибюль по потрясающе красивому золотисто-белому мраморному полу в огромную гостиную, оформленную в европейском стиле.
— Присядь, а я поищу. — Он подошел к заставленному графинами столику на колесиках. — Тебе повезло. У меня есть лучший сорт «Хеннесси» и «Реми Мартин».
— «Реми Мартин». — Шарлотта знала, что этот коньяк выбрал бы ее отец.
Не в состоянии успокоиться, она стала прохаживаться по гостиной.
— Если бы я не знала ранее, то подумала бы, что горе сокрушило мою мать, — печально произнесла она.
— Возможно, она даже опасна.
— О, не говори так! — Шарлотта непроизвольно вздрогнула.
— Тогда что скажешь ты?
— Папе повезло, что он от нее избавился? — Она язвительно улыбнулась.
— Не сомневайся. — Роан продолжал возиться с напитками, борясь с сильным желанием подхватить Шарлотту на руки и отнести в спальню.
Сколько раз Мартин Прескотт брал ее на руки? Сейчас Роану было невыносимо думать об этом.
— Тебе тоже повезло, — заметил он. — И не нужно говорить, как повезло нашему сыну. Хорошо, что бабушка не желает его видеть. Тебе следует очень серьезно об этом подумать, Шарлотта. После сегодняшнего случая я не хотел бы, чтобы она общалась с Кристофером. До тех пор, пока не появилась твоя мать, вечер был великолепным. Зачем она все испортила?
Шарлотта глубоко вздохнула, повернувшись лицом к стеклянным дверям от пола до потолка. Из квартиры открывался потрясающий вид на Харбор-Бридж.