Поток – 2
Шрифт:
— Теперь, раз вы утолили голод, пора и высказаться, что вы думаете. Про выбор места поселения говорю… И не надо по старшинству, кто хочет, пусть говорит… — Так бабуля плавно перешла к обсуждению основного вопроса.
— Давай я скажу, — начал Тигран. — Та часть села, что от притока и ниже, мне не приглянулась, хоть и дома там все новые. Там что-то типа садового кооператива, и улицы узкие. А мне это не нравится. И еще скажу…, дома хоть и новые, но все это построено для отдыхающих.
— А понравилось в верхней части села. За это место скажу. Там дома стоят свободно, большие участки, выше хорошие луга по сторонам реки, и
Он замолк, и сразу говорить начал Георгий — своим хорошо поставленным голосом.
— Есть группа домов на восток от церкви, по улице Нагорной. Там дома стоят посвободнее, в одном доме даже бассейн есть. Но плохо то, что это все в другой стороне от реки. А насчет средней части Тигран прав, там все построено на новый лад, не для ведения хозяйства. Поэтому, из всего, что я увидел, предлагаю верхнюю часть села, что Тигран предложил.
— Алия что нам скажет? — Тигран отвлек ее от кружки с чаем, содержимое которой она внимательно изучала.
— Мне вверху села больше понравилось, а почему, объяснить не могу…
— Понятно… Теперь внуки.
— На первое место я бы поставил верхнюю часть села, о которой уже все сказали, первым начал я. — На второе — группу домов, которая расположена за рекой и уходит в ущелье. Это ниже притока, где наши лошади, но выше этого садового кооператива, про который Тигран сказал. Из недостатков последнего места — что это далеко от центра, будет пешком далеко топать.
— Я добавлю только о том, что мы видели ниже Поклонного креста. Действительно, там дома новые, но не для ведения хозяйства построены. От средней части и ниже мы имеем много трехэтажных построек для приема отдыхающих. Это вообще не рассматривается. То, что еще ниже к морю — это вообще не пригодно. Только поля хорошие, которые можно будет использовать.
— И нужно, — ответила бабушка Аня. — Низ села до моря — это торговля, кафе, гостиницы. Еще вам скажу — туда даже ходить не следует, еще долго будет очень неприятно находиться. Место очень грязное.
— И добавлю, — сказал Андрей, — что бухты на берегу нет, есть открытое всем ветрам место. Даже у нас здесь получше, за счет молов. Наш флот будет базироваться здесь, без вариантов. А новые дома, гостиницы и базы отдыха будем использовать как источник полезных вещей. Материалы мы можем возить из города, новые.
— А ты что скажешь, — последней спросили Алину.
— Я с Алией согласна… Там лучше всего себя чувствуешь. А самое главное — ведь не просто так предки начали строить село в той верхней части. Посмотрите, где церковь поставили.
— Теперь послушайте, что я нашел по селу. Очень коротко. — Андрей нам стал читать не с ноутбука, а из брошюры. Где-то в центре ее нашел.
— «Прасковеевка — маленькое прибрежное поселение, в котором проживают около 150 человек. В 1896 году ему был присвоен статус села, в связи с постройкой в нем храма. Одним из первых священников, служивших в храме, был священник Антоний Икономиди. По прибытии в 1880 году из азиатской Турции в числе других турецких подданных эмигрантов, 12 марта 1882 года отец Антоний Икономиди принял присягу на подданство России и обратился к начальнику округа с просьбой о разрешении исполнения треб, для чего устроил молитвенную комнату. А в 1896 году на месте молитвенной комнаты был построен каменный храм. В 50-х годах двадцатого столетия церковь была перепрофилирована в клуб для молодежи, где демонстрировались
— Берем над храмом шефство, — сказала Алия, а Андрей поддержал. По лицу видно, что он заинтересован услышанным.
А Георгий отметил: — Путь будет храм, а не церковь. Это нейтральное название. Если Бог един, и если он — наш Создатель, то он наверняка желает видеть своих детей вместе.
— Ведь мы все дети божьи, а не рабы божьи, — вставил я, а Андрей добавил:
— Каждый народ прокладывал к Богу свою тропу, приемлемую и удобную для своей бытности. Поэтому нет «правильной» религии. И ни одна религия не выполнила своего главного предназначения — не построила Царства Божьего на земле. А теперь кто-то все смел, и нет ни смысла, ни ресурсов в виде прихожан, чтобы придерживаться разных религий. У каждого останется свой менталитет и свое воспитание. А потом все сплавится вместе, без вариантов… Но сейчас только про нашу группу говорю.
— Правильно, внук мой, далеко вперед загадывать не будем…
— Молодости нашей нет конца… — закончил за нее Георгий.
Когда Алину собирались отправить спать, я увидел, что Алия сладко зевает, прикрыв рот рукой, чтобы мы не увидели. Но мне сбоку видно, потому молча взял ее ладонями за плечи, и повел в комнату. Сейчас Алина спит в гостевой комнате, Алия — в моей, Георгий — у бабушки. Как только наша группа увеличилась, и наша усадьба стала тесной.
Вернулся за стол, там ведут беседы на глобальные темы. Говорит Андрей.
— Читал, что цивилизация, к которой мы относимся, пятая или шестая на Земле. Есть разные сценарии их смены. Первая — это когда человечество вырождается как биологический вид. Медицина достигает небывалых успехов — мы живём в четыре раза дольше, чем наши предки, детская смертность сведена к минимуму. Но за эти достижения приходится платить ухудшением, так называемого, «биологического качества популяции». Люди свободны от естественного отбора, а это значит, что каждое следующее поколение слабее предыдущего. И что мы имеем теперь?
— Что, дорогой мой?
— То, что мы стали зависимы от искусственной среды, медицины с лекарствами, различных удобств. Если их вдруг убрать, большинство детей, да и взрослых, окажутся нежизнеспособными. И тут есть два варианта.
— Давай, скажи их, — до этого слушал его в пол уха, но тут стало интересно.
— Давай, я скажу первый вариант, — это Георгий проявил инициативу. — Первый вариант жесткий. Это когда на всей Земле вдруг произойдут такие катаклизмы, что человек, потеряв привычную среду, не сможет дальше выжить. Но часть людей при этом выживет.
— Правильно! — Брат продолжил. А второй скажи, как думаешь…
— Со вторым все проще. Человечество само вымрет, не помогут ни нанотехнологии, ни генная инженерия, ни робототехника, ничего.
— Вот именно. Есть известные опыты с сообществом мышей, которые повторяли не один раз, и всегда это сообщество вымирало полностью. Настанет момент, когда биологическая деградация станет необратимой. До ПОТОКА все шло по этому сценарию, на мой взгляд.
Хорошо сказал, — заметил Тигран. — Но давайте вернемся к нашим баранам. Как дальше будем жить? Скажи ты, бабушка Аня…