Поток
Шрифт:
— Вот именно, бабушка! — с воодушевлением произнес Андрей. — Кондиционер хорош для работы комбайнера, и он повышает производительность труда. А злоупотребление им в быту приводит к деградации защитных свойств организма человека. Население растет, а качество его падает. Медицина помогает отдельному
— Вот именно, — подхватил Тигран. — Искусство вырождается. Разных дегенератов, которым место в лечебных заведениях, называют «гениями»! Теперь искусство не возвышает, а растлевает человека. Дети уходят от реальной жизни в «игровые миры». Все хотят много и вкусно есть, и чтобы все легко доставалось. Как это автомобиль без кондиционера? А я скажу — чтобы быть счастливым, надо себя ограничивать. Чем человек голоднее, тем вкуснее еда. Если человек «зажрался», то еда безвкусная, а душа несчастная. Многие не хотят детей. Зачем заботиться о ком-то?
— А я иногда думаю, — тихо сказала Алия, — что процесс деградации человеческого рода при растущей численности населения кто-то прервал, или что-то прервало… И теперь развитие может начаться заново. Или не начаться…
— Начнется обязательно, милая, — ответила ей наша бабушка. — Раз мы выжили, обязательно встретим еще людей. Поживем год на месте, а потом начнем искать себе подобных. Мое сердце подсказывает, что они обязательно будут. Хорошо еще, что начинать люди будут — не с «нуля». Не скатятся в первобытную дикость, я уверена. Нужно будет собирать знания. Потом развивать ремесла. Детей растить. Все наладится, вы мне поверьте…
— Надо
Так мы долго говорили, давно отправив ребенка спать, а потом увидели, что стрелки часов приближается к двенадцати. В уборке со стола участвовали все, а потом дружно отправились по своим комнатам.
Я лежал в постели, за открытой створкой окна шумел ветер в кронах деревьев, шевеля занавеску. Сегодня, через сорок дней, наконец почувствовал ощущение счастья. Под боком у меня свернулась Алия.
— «Давай поспим сначала», — сказала она мне перед тем, как заснуть. Я не возражал. Успеем еще делать бастардов, или незаконнорожденных детей. Впрочем, многие правила из прошлой жизни стали не актуальны в новой реальности. Даже в прошлом, в средние века был период, когда церковники разрешили многоженство. Как я читал, это действовала в определенный период времени, когда Европа катастрофически обезлюдела после эпидемий и войн.
Я лежал на широкой гостевой кровати и был счастлив. От того, что я жив. Еще больше — от того, что выжили и мои родные. И еще — от того, что мы с братом и бабушкой оказались не одни. В отличие от наших новых друзей, которые потеряли в ПОТОКЕ всех близких родственников. Впереди много работы, с борьбой за выживание. То, что мы пережили и преодолели — малая часть тех испытаний, что ждут нас впереди.
И наша мудрая бабушка правильно сказала — будем жить на месте год, а потом начнем поиски выживших людей, всеми доступными нам средствами.