Потомки джиннов

Гамильтон Элвин

— На тебе даже халат в цветочек смотрится грозно, — улыбнулась я.

— Лучше пусть недооценивают, — ответила она с кривой усмешкой. Быстро огляделась и схватила меня за руку. — Смываемся отсюда, живо!

Изз вновь с криком пронёсся над дворцом, на нас никто не смотрел. Султан исчез, все остальные прятались кто куда. В самом деле, лучшего момента для бегства не придумаешь.

— Это нарочно, чтобы их отвлечь? — Я показала на разбросанные под ногами листовки.

— А заодно послужить делу принца. — Шазад потянула меня к выходу

из сада. — Давай шевелись, ноги в руки!

Только теперь я спохватилась и остановила её.

— Будь я быстрее буракки, всё равно не помогло бы. Он взял меня на поводок.

Среди шума и сутолоки, царящих вокруг, я торопливо рассказала о железе и бронзе под кожей, которые удерживали меня надёжнее клетки в зверинце.

Лицо Шазад потемнело, глаза остро прищурились.

— Значит, придётся вырезать, — кивнула она.

— У меня, конечно, ума не столько, — хмыкнула я, — но и мне это приходило в голову. — Они могут быть где угодно — пока будете тыкать ножом наугад, истеку кровью, к гадалке не ходи.

— Я тебя здесь не оставлю!

— А что ты можешь предложить? Шазад… — Сказать хотелось многое, но время поджимало. Скоро суматоха утихнет, и на нас обратят внимание. Но было главное: — Султан заполучил джинна!

Шазад отвесила челюсть.

— Ты серьёзно?

Она умела сражаться и могла командовать целыми армиями, на десять шагов опережая любого противника даже в меньшинстве, но выходить с тростинкой против револьвера — совсем другое дело. Против джинна не устоит никакое войско.

— Тогда надо вызволять ещё и…

— Его зовут Бахадур, — вставила я.

«Впрочем, какая разница? Просто джинн, пускай он и зачал меня, и дал фамилию. Всё равно он мне не отец».

Рухх снова издал крик и развернулся, опускаясь ниже. В ответ раздался ружейный залп, и мы обе невольно пригнулись.

— Вытащим и тебя, и Бахадура, — спокойно пожала плечами Шазад, как будто речь шла о ерунде.

— Освободить джинна куда труднее, чем Саиду из тюрьмы, — возразила я.

«Хотя даже и с ней не вышло ничего хорошего».

— Он в ловушке, как и я.

— Ничего, найдём, кому поручить. — Она раздражённо откинула волосы со лба, и я ни на миг не усомнилась, что эта изящная красотка, на вид безобидная, как цветок, справится с чем угодно. — Всё равно один Всевышний знает, чем сейчас занимается половина наших. После перемирия весь Изман превратился в тюрьму, солдаты на улицах так и кишат.

Я покачала головой. Просто так освободить джинна не получится, но выяснить, что для этого нужно, пленнице гарема тоже не под силу. Так что пока и говорить не о чем, тем более что Изза надолго не хватит. Не хватало ещё вызвать подозрения в заговоре.

Тем не менее не спросить кое о чём я не могла:

— Как остальные, все выбрались? Как… — Имя Жиня застряло в горле. «Глупо».

— Не все. — Хоть и лишённая крови джиннов, Шазад отличалась честностью. — Махди погиб ещё в лагере, Саиду тоже не удалось спасти… и

некоторых других. Но в целом жертв не так много, как могло быть. Ахмед жив, как и Далила, Хала, Имин и близнецы — все здесь, в городе.

— А Жинь? — решилась я всё-таки. Она не упомянула его, и это не означало ничего хорошего, как и заминка с ответом.

— Никто не знает, где он сейчас… — Шазад помялась, потом вновь раздражённо откинула волосы. — Когда ты пропала среди ночи, он едва не загнал коня, добираясь к месту сбора, а когда не нашёл тебя и там, расквасил Ахмеду нос и вернулся в пустыню искать. Я говорила, что нет смысла… и оказалась права.

Подруга усмехнулась, окидывая взглядом стены дворца, но у меня в сердце шевельнулась тревога. Как-то не приходило в голову, что Жинь сейчас мечется по пескам.

— Он жив, — произнесла я, с облегчением ощущая на языке правду, и вдруг нахмурилась: — Нос расквасил? Почему это вдруг?

Шазад смущённо почесала в затылке.

— Ахмед обронил, что ты не убегала бы так часто, не обращайся Жинь с тобой как с девкой из портового бара… — «Ничего себе! Он думает, я могу бросить наше дело из-за любовной ссоры?» — Ну и получил по лицу — я даже не успела встать между ними. Картинка была ещё та.

Изз снова крикнул, но уже в отдалении. Суета вокруг стихала.

— Мне пора, — кивнула Шазад. — Придумаем, как тебя вытащить, а пока сиди тихо, береги себя! — просьба подруги отдавала командирским приказом.

— От обещаний воздержусь, всё-таки я демджи. — «Возможно, мы больше не увидимся». Так приходилось думать каждый раз, а здесь, во вражеском тылу, тем более. — Опять же, меня ты знаешь, кланяться пулям не привыкла.

Глава 23

Какой-никакой план у меня имелся. Впрочем, это сильно сказано, стратегом из нас двоих всегда была Шазад, скорее смутные контуры идеи, которая, как я надеялась, не приведёт меня в могилу.

Чего от меня вполне можно ожидать.

Обдумать детали можно и потом, пока же требуется хоть сколько-нибудь свободы. Получить доступ в остальную часть дворца. А выпустить меня может лишь один человек — султан.

— Зачем тебе туда? — Лейла мастерила уже другую игрушку, хотя непонятно для кого. Матери не разрешали детишкам притрагиваться к её движущимся моделям. Наверное, просто старалась не сойти с ума в этом совершенно не подходящем для неё месте. — Гарем — ещё не самый худший исход.

Большие глаза девочки серьёзно смотрели на меня, а крошечный человечек лежал в ладонях, раскинув глиняные ручки. Лейла мне нравилась, и очень хотелось выложить всё до конца в надежде найти настоящего союзника, но всё же она была дочерью султана. Честного невинного взгляда маловато, чтобы рисковать жизнями всех, кого я люблю. В памяти возникло лицо Жиня в сумраке шатра после оборванного поцелуя, а затем лица Шазад, Ахмеда, Далилы, близнецов, Халы…