Потомки джиннов

Гамильтон Элвин

Имя Дарайвауша он назвал первым, а затем имена остальных, кто был так глуп, что счёл человечество безобидным и достойным спасения. Тех, кто бросал белые камни, — половину всех джиннов Великих песков.

А потом смеялся, когда они один за другим оказывались в неволе у тварей, которым сами подарили жизнь.

Глава ЗЗ

Султан был опасен с одним джинном в руках, а теперь их у него целая армия!

Джинны создали людей, чтобы те дрались за них, но известны и другие истории,

когда сами бессмертные сражались в людских войнах. Жестокие завоеватели надевали на джиннов железную узду и направляли их мощь против целых народов. Другие доблестью и геройством привлекали джиннов на свою сторону и с их помощью рассеивали врагов. Как бы то ни было, противостоять бессмертным не мог никто.

Уже пробивался рассвет, когда султан повёл меня обратно, по-хозяйски приобняв за талию. Мы уже подходили к гарему. «Что делать?» Мысли в голове крутились как бешеные. Слишком много надо успеть, а времени почти не осталось.

Рассказать о новых джиннах Сэму. Позаботиться о маленьком Фади, плачущем у меня на руках. Придумать, как вызволить Ширу. И всё это до того, как Айет донесёт на меня султану. Поговорить с ней! Сейчас всех занимает только история с Широй, но рано или поздно Кадир или кто-нибудь другой выслушает его жену, султан допросит меня и узнает, кто такой Синеглазый Бандит. Тогда всё кончено. Скорее, скорее…

— Отец!

Рахим шагал навстречу по коридору — воротник расстёгнут, волосы всклокочены. Похоже, не спал всю ночь. Следом за принцем семенили две служанки. Что он здесь вообще делает? Если Айет выдаст, ему тоже несдобровать.

— Отец, можно тебя на два слова?

Мужчины отошли в сторону, где никто не мог их слышать, и быстро заговорили полушёпотом. Я занервничала ещё больше. Рахим не захочет подвергать опасности Лейлу и пожертвует ради неё мною не задумываясь. Что его осуждать, ведь и для меня жизнь любого из наших дороже их обоих! Почему мне ни разу не пришло в голову, что он может спасти сестру и себя за мой счёт, не дожидаясь, пока это сделает Айет?

— Простите…

Служанки с поклоном шагнули ко мне, загораживая сомнительного союзника. Одна из них требовательно протянула руки к младенцу.

— Нет! — Я судорожно прижала его к колотящемуся сердцу.

«Пусть ничего не успею, но не дам ещё одному демджи исчезнуть в гареме!»

— Его пора покормить! — заговорила другая. Раздражение в её голосе казалось странным для дворцовой прислуги. — Ну же, не упрямьтесь!

Такое нахальство заставило меня глянуть внимательнее, но она стояла, почтительно склонив голову, и лица я не разглядела. Тем не менее наша перепалка привлекла внимание султана.

— Отдай, Амани! — рассеянно бросил он, продолжая беседу с сыном. Я попыталась поймать взгляд Рахима, но принц вёл себя так, словно мы никогда не были знакомы.

— Не надо бояться, — вновь заговорила первая служанка. Голос был чем-то знаком, но я совершенно точно никогда не видела её в гареме. — Мы о нём позаботимся.

Султан повернулся спиной, и она на миг приподняла голову.

Я стояла лицом к лицу с Халой!

Свою золотую кожу она

скрыла под иллюзией, но черты невозможно было не узнать. «Как странно, знакомая и в то же время совершенно другая!» От прежней остались лишь высокие надменные скулы и длинноватый нос, но с обычным цветом лица она выглядела моложе и беззащитнее.

Другая служанка тоже взглянула на меня. Вместо тёмных глаз уроженки песков на меня смотрели золотые. «Имин!»

Сердце снова пустилось вскачь. Что-то уже началось!

Имин еле заметно подмигнула, так ловко, что не заметил бы и султан, смотри он на нас. Младенец был уже на руках у Халы. Хоть я и получила приказ, но мало кому доверила бы Фади с такой радостью. Не знаю, как насчёт материнских инстинктов у демджи, но своих они в обиду не дают.

Я ожидала, что они обе скроются в дверях гарема, но Имин обернулась и схватила меня за руку.

— Живо! — шепнула она, увлекая меня дальше по коридору. — Не оборачивайся!

«Слишком быстро, — подумала я. — Султан обернётся и сразу поймёт, что мы убегаем».

— Что вы затеяли?

— Время поджимает, придётся строить планы на ходу… Сюда! — Мы завернули за угол, и я немного перевела дух.

«Рахим не предатель, он просто отвлекал султана!» Мне стало стыдно за свои подозрения. Когда беседа закончится, султан подумает, что я уже в гареме, — если вспомнит обо мне вообще.

— Фади… младенец… — выдавила я, запыхавшись. — Султан станет его искать, надо…

Имин раздражённо закатила глаза к потолку.

— Думаешь, без тебя не сообразили? — Она замедлила бег и свернула из мраморного коридора в обширный сад.

Дневная жара ещё не навалилась, но яркое утреннее солнце после мрачных подземелий заставило меня прищуриться. Мы скользнули в тень деревьев подальше от любопытных взглядов, и Имин одним движением скинула халат служанки. Под ним оказался военный мундир, слишком длинный для её роста и обвисший на плечах. Ослабила затянутый ремень и отпустила закатанные рукава, готовясь сменить тело.

— Мы не можем просто так вынести ребёнка из гарема, — объяснила она. — Кто-нибудь обязательно заметит. Пусть сначала подумают, что он умер. Например, увидят, как Кадир топит его в припадке ярости…

«Хала способна такое устроить», — подумала я. Потому они рискнули послать её сюда. Может даже вложить воспоминание в голову самого Кадира, а если его не случится рядом, кому поверит султан, десятку жён и дочерей, видевших убийство своими глазами, или сыну, известному своим дурным характером? Особенно если младенец уже исчезнет.

— Тогда моя любимая сестрица сможет вынести его на руках под прикрытием другой иллюзии, — усмехнулась Имин. — Очень просто.

— А как же его мать? — У меня упало сердце. — Шира, моя двоюродная сестра… её получится вытащить?

— Её мы и не… — начала Имин и осеклась, не успев предсказать будущее.

Тем не менее я поняла. Мы не будем спасать Ширу. Предсказано или нет, но решение уже принято.

— Почему? Если вынести Фади, почему не вывести и его мать? Сэм проводил сквозь стену и Шазад, и вас…