Потомки Каррингтонов
Шрифт:
Фиби вскочила со своего стула и встала передо мной, меряя меня взглядом сверху вниз. Всё её естество излучало ярость. И это безумно заводило меня.
– Тогда, какого черта, ты его вообще оставила?!
Я медленно встал со стула, не сводя при этом с неё глаз. Давно я ни с кем так, как с ней, не ссорился, хотя когда-то мог терпеть лишь её крики. Сейчас же я их не терплю, я ими наслаждаюсь. Боже, мне так нравиться её яростный крик агонии. Это как пробуждение после долгого сна оцепенения. Господи, как я хочу её!
–
– Подколол её я.
Я хотел, нет, я требовал, продолжения этого концерта.
– В любом случае, ты должен вернуть его, - успокоившись, ответила она и села обратно на стул.
Черт, я так не играю.
Так же сев на стул, я продолжил:
– А что мне за это будет?
– Я что уже с ней торгуюсь? Или даже флиртую? Просто я всё ещё возбужден.
– И вообще, почему он тебе так важен? У тебя и так достаточно денег, ты можешь купить такой же в Италии. В чём проблема?
Я попал в яблочко. Фиби опустила голову и не громко, но обидно ответила:
– Не твоё дело.
– Слушай, не веди себя как маленький ребенок! Мы оба в этом дерьме, так что и выпутываться нам вместе. Повторяю, вопрос: зачем тебе так важен именно этот лифчик?
Мне просто жизненно важно было узнать это. Почему-то.
Фиби начала медленно покусывать губу, потупив взор. Детка, смотри на меня, а не на пол.
Протянув руку через весь стол, я взял её за подбородок и поднял её голову вверх, чтобы она взглянула на меня. Но она сразу же больно ударила меня по руке, и я убрал её от Фиби.
– Не смей прикасаться ко мне, - прошипела она.
Кажется, именно эти слова я говорил ей в последний день в Сиэтле. Я почувствовал дикий укол вины, но всё так же продолжал испытывающее смотреть на Фиби. Заметив это и закатив глаза, она всё же ответила:
– Я не собираюсь тебе ничего рассказывать, это личное.
Пфф.
– В таком случае, - передразнил её я, - я не пойду возвращать его.
Я надеялся, что Фиби начнёт уговаривать меня и просить вернуть этот чёртов лифчик, но вместо этого вновь встала из-за стола и, одарив меня презрительным взглядом, заключила:
– Тогда живи и здравствуй с мыслью о том, что разрушил мою жизнь. Дважды.
Она развернулась и направилась к входной двери, но я быстро вскочил со стула и, встав перед ней, загородил собою её путь. Тяжело выдохнул, я сказал:
– Ладно, я верну его.
Глаза Фиби заблестели, и она победно улыбнулась. Эта девушка всегда добивается своего.
– Но при одном условии, ты выполнишь моё желание.
Она нахмурилась и отрицательно покачала головой.
– Ты и так должен мне, - мне показалось или она, действительно, сказала это игриво?
– Ладно, - я поднял руки перед собой в защитном жесте,
– Тогда пойдём, обсудим план по возвращению твоего такого ценного бюстгальтера.
Фиби кивнула, и мы с ней вновь вернулись на кухню и заняли те же места друг напротив друга.
– Твой лифчик в соседней квартире, так что совсем скоро мы его заполучим обратно, - оптимистично проговорил я, но Фиби и не думала расслабляться, а уж тем более улыбаться просто так. Раньше, она всегда улыбалась и радовала меня своей улыбкой, а теперь… какой же я дурак. Я, а точнее моё отсутствие, так сильно изменило её.
Я встал со стула и, подойдя к холодильнику, оторвал с него листок для записи заметок. Тут-то я и начёркаю план планируемых действий. На самом деле этих самых действий будет очень мало, но надо же мне как-то потянуть время и побыть с Фиби наедине подольше.
– Слушай, ну раз ты у меня, не хочешь выпить чая с печеньем?
– Спросил я, ища по кухне карандаш.
– Разве что с ромашками.
На мгновение я так и замер, тянувшись к полке над кофеваркой. Она до сих пор помнит даже чай, который я любил. Мелочь, а приятно.
Найдя, наконец, в одном из кухонных шкафов карандаш, я заварил Фиби чай, вкус которого уже почти забыл. Мы ждали пока закипит чайник и попутно записывали пункты нашего «грандиозного» плана. Идея просто попросить его у Эйприл отпала сразу, ведь я помнил, насколько он ей понравился, а это значит, она его просто так не отдаст, только начнёт спрашивать, зачем да почему, а я и сам-то точно не знаю, зачем Фиби понадобился этот бюстгальтер. Немного поразмыслив, мы пришли к выводу, что есть только один способ вернуть лифчик. Мне придётся пойти к соседке и после того, как я её отвлеку, мне нужно будет перерыть все её ящики в поиске этого бюстгальтера, если конечно он не будет лежать на самом видном месте.
– И как ты заберешь у неё мою… собственность?
– Спросила она, попивая мой чай с печеньем.
Фиби почти непринуждённо сидела на одном из стульев, перекинув ногу на ногу, в то время как я полностью сосредоточившись, навис над планом действий.
– Первое, я зайду к Эйприл на чай, посижу с ней и попытаюсь её отвлечь, чтобы она куда-нибудь вышла, а сам в это время найду твой лифчик, после чего благополучно сбегу. И всё!
– Провозгласил я, записывая последние пункты плана на листик.
– И как именно ты собираешься её отвлечь?
– Спросила Фиби, хлебнув чай с ромашками.
– Черт, как-нибудь!
– Раздражённо рявкнул я.
Её глаза сразу же потемнели, а губы сжались в тонкую линию.
– На неё огрызаться будешь, а не на меня.
Только окончательно с ней поссориться мне не хватало!
– Хорошо, прости, - ответил я, покусывая верхушку карандаша. Фиби перевела взгляд на карандаш, а за тем на мои губы. И мне очень понравился тот взгляд, с которым она на них смотрела.