Потомки Шаннары

Брукс Терри

У них оставалось еще по крайней мере дней десять на то, чтобы добраться до Хейдисхорна, если, конечно, они вообще туда пойдут. Друзья старались избегать разговоров о том, что будут делать дальше. Пар уже принял решение, но пока никому о нем не говорил, хотя и понимал: все ждут, что он скажет. Так, играя пока в кошки-мышки, они позавтракали и договорились еще раз обыскать долину. Им необходимо было чем-то заняться, чтобы хорошенько обдумать слова Уолкера Бо.

Все пришли на поляну, где прошлой ночью Пар встретился с Уолкером и болотным котом, и начали поиски

отсюда, договорившись встретиться после полудня у дома. Стефф и Тил составили одну группу, Пар с Коллом — другую, а Морган решил действовать самостоятельно. День был теплый и солнечный, с далеких гор дул слабый ветерок. Стефф обшарил поляну, но не обнаружил даже следов кота. Пар подумал, что искать придется долго.

Расставшись с остальными, Пар и Колл пошли на восток. Пар все время думал, как сказать брату о своем решении. Его обуревали самые разные чувства, которые он затруднился бы даже определить. На душе было тяжело, он смущенно поглядывал на Колла, избегая встречаться с ним взглядом. После того как они пересекли две дюжины полян и перешли почти столько же ручьев, но не обнаружили даже следов Уолкера Бо, Пар объявил привал.

— Напрасная трата времени, — сказал он с оттенком раздражения в голосе. — Мы ничего не найдем.

— А я и не думал, что мы что-то ищем, — ответил Колл.

Пар повернулся к нему, и они молча посмотрели друг на друга.

— Колл, я решил идти к Хейдисхорну. Не имеет значения, что собирается делать Уолкер; для себя я это решил. Я должен идти.

Колл кивнул.

— Знаю, — сказал он, ничуть не удивившись. — Плохим бы я был братом, если бы за все эти годы не научился понимать тебя. Когда ты сказал, что Уолкер никуда не пойдет, я сразу понял: ты поступишь наоборот. У тебя всегда так. Ты как собака, заполучившая кость, — ни за что ее не выпустишь.

Пар устало опустил голову и уселся в тени развесистого орехового дерева. Колл присоединился к нему. Они сидели рядом, глядя на безлюдный лес.

— Пожалуй, я принял решение именно по той причине, о которой ты сказал. Потому что никак не мог встать на сторону Уолкера. По правде говоря, Колл, я совсем не понимаю его. Кстати, я был так огорчен, что забыл спросить его мнение о снах: правду они говорят или нет?

— Дело не в этом. Возможно, в какой-то момент ты подумал, что этого и не требуется. Ведь Уолкер сказал, что видел те же сны, что и ты. И подтвердил, что старик — на самом деле Коглин. Во всяком случае, не опроверг этого. Он просто сказал, что не хочет с этим связываться. Значит, считает, что сны говорят правду, иначе с чем ему не хотелось бы связываться?

Пар сжал челюсти:

— Я чего-то не понимаю, Колл. Прошлой ночью я говорил с Уолкером; знаю, это был он. Но разговаривал он как-то странно. Нес какую-то ерунду о невмешательстве, о решении уйти от людских распрей и жить отшельником… Что-то тут не так! Он не сказал мне всего. Он говорил, что друиды всегда что-то утаивали, но сам поступил со мной точно так же! Он что-то скрывает!

Колл вопросительно посмотрел на брата:

— Зачем?

Пар задумался:

— Не

знаю. Просто я это чувствую. Уолкер никогда не боялся куда-либо ввязаться, если это было необходимо. А теперь он говорил со мной так, будто одна мысль о том, что утром надо вставать с постели, бросает его в дрожь! Будто его основное занятие в жизни — оберегать себя от неприятностей! — Пар устало прислонился спиной к стволу. — Мне стало стыдно за него! И за себя тоже!

— Я думаю, ты слишком суров. — Колл поковырял землю пяткой. — Уолкер давно живет один. И вероятно, потому чувствует себя с другими людьми неуютно.

— Даже с тобой? — заметил Пар раздраженно. — Колл, ради Бога, он ведь даже с тобой не захотел поговорить!

Колл спокойно посмотрел на брата:

— Пар, но это неудивительно, мы с ним никогда не были особенно близки. Он гораздо больше внимания уделял тебе, ведь это у тебя магия.

Пар ничего не ответил. «То же сказал и Уолкер», — подумал он.

Немного помолчав, он еще больше нахмурился:

— Потом еще эти сны. Почему у Уолкера нет хотя бы простого любопытства? Разве ему не интересно узнать, что хочет сказать Алланон?

Колл пожал плечами:

— Вероятно, он уже знает это. Он ведь может узнать, что думает любой человек.

Пар призадумался. Этого он не учел. Возможно ли, что дядя уже знает о том, что хочет сказать им друид? Может ли он читать мысли призрака, мысли того, кто умер триста лет назад?

Он с сомнением покачал головой:

— Нет, едва ли. Тогда бы он объяснил мне причину снов. Но он все время толковал сны лишь как еще один пример того, что друиды используют Омсвордов; причина снов его не интересовала.

— А может, он решил, что об этом ему расскажешь ты после Хейдисхорна?

Пар кивнул:

— Очень похоже на правду. Я ведь сказал ему, что решил идти, и, наверное, он подумал, что одного из нас будет достаточно.

Колл растянулся всем своим большим телом на траве и уставился на ветви дерева.

— Но ты же не считаешь, что этим все исчерпывается?

Пар еле заметно улыбнулся:

— Не считаю.

— Ты думаешь, тут есть что-то еще?

— Да.

Некоторое время они молча глядели на лес, думая каждый о своем. Тонкие лучики солнца пробивались через завесу ветвей над их головами. Тишину нарушало пение птиц.

— Мне здесь нравится, — сказал наконец Пар. Глаза Колла были закрыты.

— Где, ты думаешь, он прячется?

— Уолкер? Не знаю. Где-нибудь под скалой, наверное.

— Ты слишком легко осудил его, Пар. У тебя нет на это права.

Пар хотел было ответить ему, но промолчал, следя, как тонкий солнечный луч путешествует по лицу Колла. Вот он подобрался к глазам, заставив его заморгать и выпрямиться. Колл сел, его широкое лицо выражало довольство жизнью. Немногое могло вывести его из равновесия — он умел держать себя в руках. Это всегда восхищало Пара. И в любой сложной ситуации Колл умел выделить главное.

Пар почувствовал, как сильно он любит брата.

— Ты пойдешь со мной, Колл? — спросил он. — К Хейдисхорну?