Потомок Геракла
Шрифт:
Глава III. Азы воинского ремесла и полководческой науки.
I
Слова Филиппа, касающиеся его большого желания обучаться у Пелопида и Эпаминонда, не были пустой бравадой или сиюминутным порывом юношеского максимализма. В уме царевича уже давно созревал план превращения македонской армии в сильную военную организацию равную по своей мощи фиванскому, афинскому или спартанскому войску.
И начал
Желание обучаться наравне с фиванскими юношами-призывниками фехтованию мечом, метанию копья и кинжала, защите щитом, верховой езде и стрельбе из лука вызвали у Паммена и Пелопида бурное восхищение и уважительное одобрение.
На первой же совместной тренировке с фиванскими воинами Филиппа ждало неожиданное открытие. Копьё фиванское оказалось на локоть40 длиннее всех прочих греческих копий, да и македонских тоже. Чтобы не ошибиться в своих промерах, Филипп тщательно измерил десяток боевых и учебных копий.
По строение своему фиванское копьё ничем не отличалось от прочих копий. На прочное, гибкое и довольно лёгкое ясеневое древко плотно нанизывалось железное или бронзовое остриё. Для более надёжной фиксации острия использовалось специальное скрепляющее кольцо.
На самом конце древка имелся специальный металлический наконечник, с помощью которого копьё надёжно вонзалось при необходимости в землю. Обычное греческое копьё весило не менее двух килограммов, а длина его превышала два с половиной метра. Длина фиванского копья, соответственно, составляла более трёх метров.
Македонский царевич тотчас хотел поделиться своим открытием и спросить Паммена, отчего так вышло. Однако внутренний голос подсказал Филиппу, что не стоит огласке придавать обнаруженный факт, поскольку честного ответа на свой вопрос услышать не придётся.
Довольно быстро Филипп и сам догадался, почему фиванцы и беотийцы увеличили длину древка. Внимательно наблюдая, и по возможности участвуя в тренировочных боях, македонский заложник сам ответил на возникшие у него закономерные вопросы.
Более длинное древко копья давало возможность первым нанести разящий удар по противнику, до того как тот в свою очередь достанет до тебя своим ответным выпадом. Фиванская фаланга, ощетинившаяся такими более длинными копьями способна сдерживать врага на безопасной для своих воинов дистанции, нанося противнику урон, оставаясь в относительной безопасности.
Удлиненное фиванское копьё весит больше, чем прочие греческие аналоги. На большую дистанцию фиванское копьё не метнёшь, зато при броске на короткой дистанции его убойная сила будет гораздо сильнее и разрушительнее.
Полностью пройдя курс «молодого фиванского бойца», Филипп выпросил уже у самого Эпаминонда разрешение присутствовать, а по возможности и участвовать в тренировках и занятиях
С момента появления первых профессиональных армий в полисах Древней Греции элитой эллинских войск считалась царская гвардия. В неё набирали наиболее прославленных, физически крепких, отважных бойцов-профессионалов, имевших богатый боевой опыт, а также внушительный «список славных ратных деяний и подвигов».
Уже много веков Фивы и Беотия не признавали над собой царской власти. Однако гвардейские традиции в беотийском войске сохранилась. Самое прославленное и элитное подразделение не только Фив, но и всей Беотии именовалось «Священным отрядом». Его численный состав равнялся трём сотням отборных всадников.
Воины отряда носили полный комплект бронзовых лат, мускульных кирас, наплечников, поножей, наручей и налокотников. Каждый боец в бою надевал специальный шлём из почерненной бронзы, увенчанный особым конским плюмажем, а также носил отличительный плащ.
Каждый воин «Священного отряда» превосходно владел мечом, копьём, кинжалом, щитом, а кроме того, неплохо стрелял из лука и метал дротики. От каждого беотийца, принятого в отряд, требовалось не только мастерски сражаться в пешем строю, но и умело действовать в конном строе.
На счету «Священного отряда» были славные и эпические победы над профессиональными армиями и подразделениями самых могущественных полисов и государств Эллады. Бойцы отряда внесли решающий вклад в победы над войсками Афин, Коринфа и даже легендарной Спарты, чья тогдашняя военная организация считалась эталоном всесокрушающей мощи и непобедимости.
Всё в выучке, организации, подготовке, экипировке «Священного отряда» было по душе Филиппу. Однако македонца смущали, а порой брезгливо вводили в недоумение и тайное порицание принципы его комплектования и обряд посвящения новобранцев.
Дело в том, что «Священный отряд» состоял из ста пятидесяти пар возлюбленных знатных фиванских мужей. А приносили новобранцы клятву верности отряду и соратникам на могиле Иолая – самого известного из всех многочисленных возлюбленных Геракла.
Первоначально эти особенности буквально шокировали Филиппа. Однако Паммен, сам длительное время состоявший в «Священном отряде», постарался наиболее доходчиво объяснить, почему всё сложилось именно таким образом.
– С незапамятных времён греки выходили на бой общинами. Однако дальние родичи, земляки-горожане и соплеменники никогда не станут сражаться столь отчаянно и неистово, как любящие друг друга мужи. У общинников полиса слишком разные заботы и чаяния даже на поле брани перед лицом общего врага. Мужи отряда ради спасения своего возлюбленного пожертвуют жизнью своей. Они никогда не выкажут трусости или недостойного поведения на глазах своего побратима, с которым делят ложе. Движимые любовью друг к другу, состязанием в мужестве и стойкости, подобно героям времён легендарной Трои, воины «Священного отряда» приложат все усилия к победе или достойной погибели!