Потомок Хранителя
Шрифт:
— Так вот, что ты хочешь! — задорно выкрикнула Сфера. — Чтобы мы оказались в досягаемости твоих друзей! Пытаешься скрыться за их спинами! Как низко для такого могущественного волшебника, как ты! — она язвительно улыбалась, ее голос был похож на шипение змеи. — Если у тебя и есть шанс продержаться в битве со мной хотя бы пару минут, то они передо мной беспомощны! Твои действия эгоистичны и бесполезны, юный маг. Моего щита тебе не убрать.
— Ты слишком высокомерна, Сфера, — прошептал Хару, не заботясь, впрочем, о том, услышит ли его колдунья.
Он собрал новые силы и вновь ударил по щиту. Его волосы разметал
— Все бесполезно, — выкрикнула Сфера и крутанула над головой свой зубчатый меч. С его острия сорвались хвосты огня, которые, обрушившись на Хару, застегали его, подобно огромным бичам.
Отчасти его спасла собственная магия, отчасти — защита, наложенная Старейшинами. И хоть не один огненный хвост не коснулся кожи Хару, ведьмак в полной мере ощутил их жар, чувствуя, как от него вздымаются и потрескивают волосы на голове. Когда бичи отпрянули, Хару, тяжело дыша и моргая, отступил назад и, ослепленный, еле успел парировать удар летящего ему в голову клинка. Всего за пару мгновений Сфера успела преодолеть расстояние, разделяющее их, и теперь сражалась, вкладывая в удары чудовищную силу, которой, казалось, не могло бы быть у столь бледной и худой женщины.
Ее тактика сочетала в себе хитроумные быстрые атаки и тяжелые сокрушительные удары, которые она наносила, раскрутив меч над головой или вокруг себя. Вначале на Хару обрушивалась дюжина быстрых выпадов, некоторые из которых он упускал, и тогда его доспехи гулко звенели и прогинались вовнутрь. Затем следовали жуткие добивающие удары, от которых ведьмак отскакивал в сторону, тщетно пытаясь в этот момент задеть Сферу хотя бы концом меча. Несколько раз колдунья, блокируя его меч своим, полосовала ведьмака когтистой перчаткой. Там, где его доспехи задела перчатка, Хару с ужасом замечал, как начинает высыхать и осыпаться железо, а о ранениях на лице он вообще старался не думать. Три длинные полосы, которые оставили когти на его щеке, нестерпимо жгло огнем.
Сфера вновь подскочила к Хару, и к небу взвился ее жуткий клинок. Ведьмак машинально вскинул и свое оружие, защищая голову, и в это же мгновение колдунья с победоносным криком рубанула когтями по его кисти. Попав точно между пластинами его легкого доспеха и разрубив кольчугу, Сфера отпрянула назад, стряхивая с перчатки кровавые капли.
Хару почудилось, что к его кисти приложили раскалённое железо. Он дико закричал и выронил меч. Упав на колени, он припал лицом к самой земле, с трудом глотая воздух и сжимая разорванную руку. Нестерпимая боль, прокатившись от кисти к плечу, поразила вдруг все его тело и застряла в горле упругим комком, мешая дышать.
— Я же говорила, — проворковала где — то совсем рядом Сфера, — твое упрямство не принесет тебе ничего кроме боли и смерти. Я не буду пытаться переманить тебя на свою сторону, но хочу, что бы ты все же понял свою ошибку, перед тем, как умрешь!
Через
«По крайней мере, моя смерть не будет напрасной» — отрешенно подумал ведьмак, пытаясь преодолеть боль и сжать руку в кулак. Пальцы, слабо дрожа, едва отозвались на эту попытку, а из раны выплеснулся новый ручеек крови. Нет, держать меч он не сможет. Теперь Хару мог уповать лишь на магию, но с ужасом чувствовал, как его энергии, недавно бушевавшие в теле, теперь сжались внутри него в едва различимый жалкий комок.
Хару, шатаясь, поднялся на ноги и сложил руки у груди в боевой позиции мага.
— Поразительное упорство! — гротескно произнесла Сфера и вдруг мановением руки сорвала окружавший их с Хару защитный купол.
В этот же миг на ведьмака со всех сторон обрушились тысячи голосов и неустанный рев битвы. Совсем рядом грохотали боевые заклинания, а воздух над головой рассекали визги гигантских летучих мышей. Он огляделся. Всего в нескольких шагах от него сражались Горан, Ирен и Зехир, а за ними смешались остальные ведьмаки и Тарин — нурские маги. В самом центре битвы сверкал королевским шлем Селены, которая вела теперь за собой всех воинов оринорской армии. Рядом с ней — Моран и вокруг него — алое зарево от бешено крутящегося, обагренного кровью меча. Левее темнела стена жуткой баррикады, созданной гномами из тел павших врагов. На самой ее вершине, держась за знамя Урбундара, стоял Гром, сорвавший с себя вконец избитый и покореженный доспех. Под порванной кольчугой короля бешено вздымалась и опадала грудь, а мышцы на могучих руках мерно перекатывались под кожей, когда гном возносил свой топор над головой нового врага.
— «Борись, ведьмак! Мы рядом!» — пророкотал у Хару в голове зычный голос Игларии, которая вскинула в приветственном жесте свой короткий изящный меч.
Ее изумрудный плащ, водопадами стекающий на спину огромного тигра, пронесся мимо и скрылся в гуще сражения. Юношу вновь окружил хаос битвы, в центре которого, как в сердце урагана, стояла Сфера. Но теперь Хару был не один. Он чувствовал всех, кто подбадривал его мысленными напутствиями и бился рядом, искренне веря в его силы и мужество. Ведьмак просто не мог подорвать их веру в себя, поэтому, превозмогая боль, вновь обернулся к Сфере и твердо взглянул ей в глаза.
Она встретила его кривоватой оценивающей усмешкой. Казалось, взирая на Хару, она мысленно прикидывала, сколько он еще сможет продержаться против нее, будучи уже несколько раз серьезно раненым. В следующий миг она вышла из своей надменной расслабленной позы и, пару раз взмахнув мечом, легко опустила его в ножны. Обе ее ладони сразу же заволокли клубившиеся буруны тьмы, полыхающие глубоко во чреве красноватыми всполохами.
Хару не потребовалось долгих раздумий, чтобы понять, что Сфера готовит не легкое заклятие, а настоящий сокрушительный удар. Для этого она и сорвала защитный купол, чтобы каждая частица ее энергии питала клокотавший в ее руках живой темный кокон. Колдунья замерла на месте, мышцы на ее шее и лице дрожали от напряжения, а недвижимый холодный взгляд остановился на ведьмаке.