Потому что лень

Башун Виталий Михайлович

— Рыжик! Солнышко! Вот только не надо думать, будто я собирался за костюм расплачиваться своим телом. Я не вор и не альфонс. Прости, если обидел. Хорошо?

— Да, Нико. И ты меня прости. Мы девушки такие придумщицы. Навыдумываем себе всякого.

Я встал в пятую позицию (правая стопа впереди носком вперед, левая на полстопы сзади перпендикулярно правой), положил ладони на грудь, где сердце, задрал голову в потолок и, подражая рыночным трагикам, взвыл:

— «Дабы разбавить патоку речей, добавлю горькой правды ложку. Взболтаю странный сей коктейль и вам в бокал налью немножко!». Теперь следует пауза и дальше нежно-пренежно, трепетно-претрепетно.

Слушаешь, Дили? «О, свет очей моих сладчайший, с тобою миг ночей ярчайший, дозволь мне в сердце сохранить, чтоб вечно помнить и… грустить!».

— Ага. Сме-е-ейся, пая-а-а-ац… — расхохоталась девушка. — Нико! Что ты несешь?! Прекрати повторять всякие глупости! Ты меня смешишь, а нам действительно пора уже!!

Вздохнув, дескать, не ценят меня, великого и неподражаемого, подошел к девушке, обнял и… нет. Обошлись мы на этот раз всего лишь поцелуем, но он действительно был с горчинкой расставания.

Мы с Дили вышли вместе и стали спускаться по лестнице на первый этаж. Девушке надо было выпустить меня и закрыть двери.

В этом доме я в первый и последний раз. В первый и… последний. На миг представилось: вот я прихожу с работы, а мне навстречу выбегает Дили. Она не ходит — всегда бегает, да еще и вприпрыжку, будто танцуя. Она прыгает мне на руки и мы с ней, смеясь, кружимся и целуемся. Кружимся и целуемся…

Хлопнула входная дверь и в прихожей послышались голоса. Дили явно испугалась. Взгляд ее заметался, пытаясь найти выход из положения и, увы, похоже не находил.

Все ясно — пришел хозяин и сейчас у служанки будут неприятности. Что я могу сделать? Предложить ей уйти со мной? Куда-а-а-а? Я и сам не знаю, где буду завтра. Но, тем не менее, принял решение — если Дили выгонят, я возьму ее с собой. Прокормлю как-нибудь. И даже хорошо прокормлю. Последняя мысль придала мне уверенности. Пусть будет, что будет. Хозяин может кричать, топать ногами, брызгать слюной, бегать по потолку, биться ушами об стену и давить задницей кактусы — Дили на растерзание я ему не отдам!

Девушка вдруг успокоилась, гордо вздернула в потолок подбородок и решительно стала спускаться впереди меня. Навстречу из-за поворота лестницы вывернули два аристократа. Впереди шел явно хозяин дома, не старый еще мужчина, одетый в рубашку с кружевным воротником, темно синий с неброской серебряной вышивкой камзол и штаны, заправленные в короткие мягкие сапоги. На поясе висели шпага и кинжал в ножнах того же цвета и с тем же орнаментом. Второй аристократ почти повторял одеяние первого, но одежды у него были зеленого цвета и вышивка золотом содержала не просто геометрические узоры, а целые композиции из листьев и каких-то вьющихся растений. Выглядел сопровождающий… типичным эльфом.

Оба мужчины резко остановились и первый пристально уставился на меня. Долго смотрел. Причем в глазах хозяина дома я увидел нескрываемое презрение, брезгливость и даже… ненависть. Неужели он уже знает, чем мы занимались с его служанкой и это ему крайне не нравится? Но когда успел?! И откуда столько ненависти?!

Однако через минуту зловещей паузы ненависть из глаз аристократа ушла вместе с остальными негативными эмоциями, сменившись сначала на удивление, а потом… понимание (и что он такое понял?). Будто увидел привидение, на поверку оказавшееся старым камзолом, вывешенным в темном углу на просушку.

Хозяин снова смерил меня оценивающим взглядом с ног до головы — хорошо хоть зубы показать не потребовал — после чего обратил внимание на Дили.

— У тебя все хорошо? — Дили

энергично закивала головой. — Тебе понравилось? — (о чем это он?) Дили снова энергично закивала и покраснела «как маков цвет». — Он тебя не обижал? — возмущенное отрицательное мотание головой. — Значит, претензий нет? — снова отрицание.

— В таком случае иди к себе, завтракай и переодевайся. Тебе скоро ехать в академию. Отпразднуем оба события вечером.

Дили кивнула и поспешила выполнить распоряжение. Правда, почему-то поспешила не вниз, где комнаты слуг, а снова наверх, но кто их знает, как тут устроено и какие приняты взаимоотношения. Может, она доверенная служанка супруги хозяина и живет в ее покоях? Такое, я слышал, тоже бывает. Зато служанка всегда под рукой. Днем и ночью. Водички подать — книжку почитать. Поболтать на сон грядущий. Угу. А еще не страшно спать одной в нескольких пустых комнатах. Нет, когда муж приходит, тогда другое дело, но приходит он, к сожалению, далеко не каждый день. Дела, заботы…

— А вас, юноша, я попрошу пройти со мной. Есть разговор для вас небезынтересный.

Вежливый. Еще в доме моего графа из разговоров слуг я усвоил парадоксальную мысль — истинные аристократы всегда говорят с теми, кто ниже их по положению, только на «Вы». Право услышать «Ты» надо еще, ой как постараться, заслужить.

Вопрос, воспользоваться любезным приглашением или нет, даже не стоял. Кто я такой, чтобы отказываться от приглашения благородного вэра? Так что, не в моем положении капризничать. Дили отпустили с миром и то уже прекрасно, а я как-нибудь выкручусь. Может, и меня просто отпустят? Поговорят и… отпустят. Хотя, о чем болтать аристократам с простолюдином, которого и увидели-то в первый раз?

Мы прошли в кабинет хозяина дома. Аристократ отстегнул оружие и положил на столешницу массивного письменного стола, после чего со вздохам облегчения сел в кресло. Его сопровождающий, эльф, занял кресло у окна. Мне кресло или хотя бы разболтанный табурет никто не предложил.

Хозяин дома потер красные от недосыпа глаза, немного помолчал, положил руки на стол, сцепив пальцы и сказал:

— Юноша, я хочу предложить вам работу. Не по профилю. Ах да, кстати, — правой рукой он открыл ящик стола, достал оттуда небольшой мешочек, отсыпал из него пять золотых кроликов и положил деньги на край стола. — Возьмите. Это вам. Здесь несколько больше, чем обычно. В знак нашего будущего сотрудничества я добавил небольшую премию. Итак, что я вам предлагаю. Десять золотых прямо сейчас и еще сорок по окончании дела. Работа несложна. Сравнительно. Вам предстоит поступить в Академию Магии и проучиться в ней два-три месяца. Как вас зовут, кстати, и сколько вам лет?

— Меня зовут Никобар. Мне восемнадцать лет, ваша милость.

— Профессию вашу я знаю — она не будет препятствием. На время контракта вы получите титул… э-э-э… виконта. Потом разумеется он будет аннулирован. А также вам придется сменить имя. Как вам такое — Беролесс?

Я пожал плечами. Имя как имя. Не оно главное. Главное то, что я растерялся и запутался. Это неожиданное и фантастически щедрое предложение сбило меня с толку. Попасть в академию мечтают тысячи, а даром обладают единицы. А в моей ситуации мало того, что фактически первому встречному предлагается туда поступить, так еще и приплачивают! Значит, без подвоха здесь явно не обошлось и, учитывая уровень щедрости нанимателя, подвоха настолько пакостного, что возникает проблема, как бы выкрутиться и дожить до получения обещанных золотых.