Потрясатель Тверди
Шрифт:
— Я? — искренне удивился Эак.
— Разве Таг сам не сказал тебе об этом? — в свою очередь удивился Саннон.
— А-а! — Эаку стала понятна реплика «бронзового дракона».
— Таг здесь ни при чем! — сказал Начальник Гавани. Он сам вынюхивает. Это его прихвостня прикончил вчера ночью твой друг. Отличный удар! Я рад: Хунхон был редким ублюдком. Таг, безусловно, огорчен. … с ним! Найди мне их, светлорожденный! Все, что могу сделать для тебя, — сделаю!
Появился домоправитель.
— Таг, господин! — сказал он.
— Сын хриссы!
— Сказать: тебя нет,
— Кто с ним?
— Телохранитель.
— Хаом! — Саннон задумался. — Ладно, веди!
— Я сказал, аргенет, — ты слышал! — прошептал он.
Эак кивнул.
Нил, все это время безмолвно сидевший в своем кресле, вдруг ударил себя по ляжке и захохотал. Как раз тогда, когда на террасу вышел Таг в сопровождении громадного бритоголового конгая с расплющенными ушами.
Сановник уставился на веселящегося Нила, потом — на аргенета. Дождавшись, когда Нил перестанет смеяться, Таг велел телохранителю подать кресло и уселся.
— Приветствую тебя, Саннон! — сказал он сердито.
— Приветствую тебя, Таг!
— Хочу поговорить с тобой, Саннон!
— Что ж, говори! — радушно отозвался Начальник Гавани. — Слушаю.
Чиновник бросил косой взгляд в сторону аристократа.
— Не тревожься, светлейший! — сказал Саннон. — Вряд ли аргенета Нетона интересуют наши сплетни. К тому же я не окончил своей беседы с ним — прости, ты пришел нежданно. Если благородный Эак позволит просить его подождать, пока ты изложишь свое, безусловно, неотложное дело? — он повернулся к аргенету.
— Разумеется, отважный Саннон, я подожду!
Почуяв в голосе Начальника Гавани ту твердость, против которой идти не стоило, сановник смирился. И настроение его от этого не улучшилось.
— Может, и хорошо, что ты здесь, Эак Нетонский! — проворчал он. — У меня есть к тебе вопросы. Неприятные вопросы.
Аргенет вежливо улыбнулся чиновнику.
— Ты слышал, Саннон, — ночью убили моего доверенного? — Таг выругался. — Ты не знаешь, кто в этом замешан?
— Нет, светлейший Таг!
— Мои люди… вернее, солдаты, переданные мне Гангом, упустили убийцу.
— Удивительно! — пособолезновал Саннон. — Такие опытные воины!
— Они наказаны. И преступник тоже будет наказан. Торон, — Таг ткнул пальцем за спину, в сторону бычьешеего телохранителя, — кое-что подсказал мне!
— Что же? — с интересом спросил Начальник Гавани.
— Говори! — велел сановник.
Детина кашлянул.
— Минмэнтен Турарса! — сказал он сипло. — Я боролся с торионом [21] из Нетона. На больших Играх три ира назад. Он хвастал, что знает тайное искусство туоров. Он ударил ногой кривого Хета из Утурана и убил его. Точно так, как убили хриссова дрочилу Хунхона. Минмэнтен Турарса! Этот парень из Нетона напился и орал на весь кабак. Хо! На следующий день я с ним боролся. И свернул ему шею! Вот так схапал его за патлы, — мощные руки Торона сжались в кулаки, — и свернул ему шею! Насрать мне на всех туоров! — Он вызывающе оглядел развалившегося в кресле Нила. — И на всех беложопых из Короната тоже насрать!
21
Торион —
— Заткнись, — деловито сказал Таг. — Скажи мне, благородный Эак, кого ты привез в Конг? Ты привез туора? Твой приятель — туор?
— Он стоял за моей спиной в битве, — спокойно ответил аргенет. — И видишь: я жив. Я не спрашиваю своих побратимов, кем они рождены.
— Ты лжешь мне, армэн!
Нил неспешно поднялся на ноги.
— Так ты назвал сениора лжецом? — проговорил он с ленцой.
— Говори, армэн! — крикнул чиновник, не обращая внимания на Нила. — Где он?
Гигант сложил на груди могучие руки.
— Ты сказал: сениор лжет? — повторил он громче. — Это очень невежливо.
Бритоголовый Торон вышел из-за кресла.
— Заткни пасть, плоскомордый! — рявкнул он.
— Всыпь ему, Торон! — велел Таг. — Он такой же недоносок, как и его хозяин!
Прежде чем он успел закрыть рот, Нил прыгнул вперед, смахнул в сторону бритоголового, как деревянную куклу, и сгреб чиновника за отвороты куртки. Вздернув вверх, гигант тряхнул его так, что челюсти сановника громко лязгнули. Подскочивший Торон ударил Нила кулаком в висок, но великан обратил на него не больше внимания, чем на летучую ящерицу.
— Я вырву тебе язык, паскудник! — проникновенно говорил он Тагу, тряся его при этом, как пойманного хрисса. Торон зарычал и ударил Нила сдвоенными руками по затылку. Тут наконец гигант соизволил обратить на него внимание. Продолжая одной рукой держать обмякшего чиновника, он повернулся и коротким ударом в челюсть отбросил конгайского силача.
Переломив спиной резные перила террасы, Торон рухнул вниз, на вымощенную розовыми плитами дорожку.
— Прошу меня извинить за причиненный ущерб! — церемонно произнес Эак, обращаясь к Саннону.
— Пустяки! — отозвался Начальник Гавани. — Ради такого зрелища я готов пожертвовать любым предметом в этом доме! Но попроси воина положить достойного Тага обратно: я не хотел бы, чтобы пол был загажен, — это очень дорогая ткань.
— Оставь его, Нил. Он сожалеет, — сказал аргенет.
Гигант неохотно отпустил чиновника.
— Запомни! — прорычал он в красное, с выпученными глазами лицо. — Если ты еще раз оскорбишь сениора, я откручу твой мерзкий член!
Таг с натугой дышал, вцепившись рукой в левую сторону груди. Вряд ли он сейчас что-либо слышал.
— Пожалуй, я позову лекаря, — сказал Саннон.
Аргенет встал, подступил к краю террасы и взглянул вниз.
— И трупоноса, — сказал он. — Похоже, день так же неудачен для людей уважаемого Тага, как и ночь.
— Похоже. Кстати, о себе ты можешь не беспокоиться: храбрый Таг ничего никому не расскажет. Позор у нас в Конге стоит крыльев дракона. Но, — Начальник Гавани усмехнулся, — подорожной он тебе тоже не даст.
Большелапый таг-однолеток подбежал к лежащему лицом вниз Торону и обнюхал его. Потом лизнул алую лужицу, натекшую из-под головы борца.