Потрясающий мужчина
Шрифт:
– Убийца, – нахмурился Фини. – Позвонил в участок прямо отсюда.
– Такое впечатление, что он издевается над нами! – Ева вдруг почувствовала, что ей трудно дышать, и помотала головой, чтобы успокоиться. – Убийца наверняка умен, высокомерен и дерзок. Спорю на свой значок – сперва он с ней переспал! А потом встал и застрелил. – Она вытянула руку и прицелилась из пальца. – Раз, два, три!
– Так хладнокровно? – прошептал Фини.
– Судя по всему, он хладнокровен, как змей.
Прикончив ее, он даже расправил простыню. Видишь, ни одной морщинки? Потом разложил ее посередине кровати и развел ноги, чтобы ясно было, чем она зарабатывала
– А ты уверена, что это «он»? У нее было разрешение и на мужчин, и на женщин, – подсказал Фини.
Ева отрицательно покачала головой.
– Это не женских рук дело. Женщина не стала бы стараться создать такое сочетание красоты и бесстыдства. Нет, по-моему, это не женщина. Давай-ка оглядимся. Ты уже лазил в ее компьютер?
– Нет. Ведь расследование поручено тебе, Даллас, а мне ведено помогать.
– Попробуй заглянуть в ее файлы со списками клиентов.
Ева подошла к комоду и стала рыться в ящиках. Покойная явно питала пристрастие к дорогим шмоткам. Некоторые вещицы были из чистого шелка – высочайшее качество! Ева понюхала пузырек изысканных духов на столике: запах дорогостоящего порока.
Белье было сложено с похвальной аккуратностью: белые стопки, черные, цветные. Ева никогда не видела такого количества джемперов самых разнообразных расцветок и материалов. В шкафу тоже царил полный порядок. Как видно, жертва любила одеваться, выбирала себе только самое лучшее, берегла свое имущество.
А умерла обнаженной…
– Какая дисциплинированность! – восхитился Фини. – Тут все, что надо: список клиентов, расписание, включая обязательный ежемесячный осмотр у врача и еженедельные посещения салона красоты. Медосмотры она проходила в клинике «Трайдент», а красотой занималась в салоне «Парадиз».
– Шикарные заведения! Одна моя подруга целый год копила деньги, чтобы провести в «Парадизе» всего день. Не думала, что там принимают любую клиентуру.
– Какая разница? Были бы деньги. Сестра моей жены позволила себе такое баловство на серебряную свадьбу. Стоило это ей столько же, сколько мне – свадьба сына… А вот и адреса!
– Отлично! Все тщательно скопируй. – Услышав, как Фини присвистнул, она обернулась:
– Что там?
– Знаменитость на знаменитости! Политика, шоу-бизнес, деньги, деньги, деньги… А вот это интересно: у нашей крошки есть телефон Рорка.
– Что за Рорк?
– Просто Рорк. Настоящий денежный мешок! Что бы ему ни попало в руки, даже самое завалящее дерьмо, он все превращает в золото. А тебе, Даллас, пора бы перестать читать в газете одну спортивную страницу.
– Я не пропускаю ни одного заголовка. Вот ты, например, слыхал про запрет на продажу собак?
– Рорк – постоянный герой новостей, – терпеливо объяснил Фини. – Он владеет одной из лучших в мире коллекций картин. И антиквариата, – добавил он, заметив интерес в глазах Евы. – Кстати, имеет разрешение коллекционировать оружие. И, по слухам, умеет его применять.
– Придется его навестить.
Фини снова присвистнул.
– Если увидишь его на расстояний мили, считай, тебе уже повезло.
– Значит, мне повезет. – Ева
– У этого типа могущественные друзья, Даллас. Пока не раздобудешь солидных улик, нельзя допустить малейшую утечку информации о том, что он в этом деле.
– Сам знаешь, Фини, меня излишне предупреждать. – Она хотела улыбнуться, но вдруг нашарила что-то между холодным телом и окровавленной простыней. – Что это под ней? – Ева осторожно высвободила руку. – Записка! – сказала она вполголоса.
Отколупнув запекшуюся кровь, она развернула листок.
«ОДНА ИЗ ШЕСТИ».
– Смотри-ка, написано от руки, – сказала она, протягивая послание Фини. – А наш подопечный еще умнее и наглее, чем мы думали! Судя по всему, это только начало.
Все утро Ева занималась делом, которое обычно выполняли желторотые подручные: лично опрашивала соседей жертвы и записывала их показания. Взглянув на часы, она обнаружила, что не успевает даже заскочить в бистро, и купила сандвич в том самом передвижном ларьке, который едва не опрокинула, спеша на вызов. После бурной ночи и хлопотного утра она не удивилась, что регистраторша салона «Парадиз» бросила на нее взгляд, обычно адресуемый обитательницам помоек.
В вестибюле самого шикарного салона города журчали водопады, звучала приглушенная музыка, шелестела листва. Клиенток, ожидающих своей очереди, обносили черным кофе в крохотных чашечках и высокими узкими бокалами с содовой или шампанским. К услугам желающих имелись наушники, подборка модных дисков и последних журналов.
Регистраторша обладала роскошным бюстом и выглядела очень впечатляюще, поскольку была призвана всем своим видом подтверждать, что в салоне творят чудеса. На ней было коротенькое платьице фирменной красной расцветки, голову венчала невероятная прическа из локонов цвета слоновой кости, завитых как змеи. Ева от души наслаждалась этим зрелищем.
– Простите, – произнесла регистраторша бездушным компьютерным голосом, – мы обслуживаем по предварительной записи.
– Не беда. – Ева улыбнулась, не без удовольствия возвращая этот живой монумент с небес на землю. – Вот моя запись, – она показала значок. – Кто работает с Шерон Дебласс?
Регистраторша испуганно оглядела восседающих в вестибюле дам.
– Мы гарантируем клиенткам полную конфиденциальность!
– Не сомневаюсь. – Ева по-свойски оперлась на причудливо изогнутую стойку и высмотрела на монументальной груди скромную табличку с именем. – Учтите, я могу поговорить с вами спокойно и вежливо… Дениза. Но могу и повысить голос, чтобы нас все услышали. Если вам больше нравится первое, отведите меня в тихий укромный кабинетик, чтобы не тревожить уважаемых клиенток, и пришлите мне косметолога Шерон Дебласс. Или вы называете своих работников как-то иначе?
– Консультантами, – выдохнула Дениза. – Прошу следовать за мной.
– С удовольствием.
Это действительно было изысканным удовольствием: подобную роскошь Еве доводилось видеть только в кино и на видео. Ноги по щиколотку тонули в мягком красном ковре, с потолка свисали излучающие волшебный свет хрустальные капли, воздух был насыщен ароматами цветов и ухоженной плоти.
При всем желании Ева не смогла бы представить себя одной из тех, кто пропадает здесь часами, позволяя себя умасливать, месить, что-то наращивать, что-то выравнивать. Но если бы она решила уделить время подобной ерунде, то предпочла бы заняться этим именно в такой цивилизованной обстановке, как здесь.