Поведай нам, тьма
Шрифт:
Чед в изумлении поглядел на нее.
— Ты хочешь выйти замуж?
— А ты не хочешь жениться? — спросила она.
— Ну… конечно.
— И я тоже. Когда-нибудь. Когда встречу подходящего человека.
— Да? А как же я?
— Не хотелось бы оставлять тебя за бортом. Нам придется подыскать тебе подходящую пару. Она должна будет обладать глубоким умом, разумеется, — чтобы могла оценить глубину твоего мышления. Интеллектуалкой. Не думаю, чтобы ты мог быть долго счастливым с безмозглой
— Чем больше ветрености, тем лучше.
— Интеллектуалка и любительница хорошо потрахаться. Какие еще качества ты хотел бы видеть в своей супруге?
— Мне нравятся женщины с чувством юмора.
— Заумная вертихвостка и острячка. Что еще?
— Она должна быть красивой.
— Ну и привередливый же ты, приятель. Неудивительно, что до сих пор холостяк.
— Девушка, с которой я должен провести всю свою жизнь, должна быть совершенством.
— Совершенством, да? Это исключает почти всех моих знакомых. Ну а тебе известна такая, которая бы сочетала в себе все эти качества?
— Нет.
— В таком случае, думаю, тебе тогда придется трахать самого себя.
Чед усмехнулся, а Корин показала ему язык.
— Ну а каков должен быть твой избранник? — поинтересовался он.
— Сказочно богат.
— И это все?
— Ну, мне нравятся костлявые, лысые и тупые коротышки. Предпочтительно, по меньшей мере, на десять лет старше меня.
— Похоже, я выпадаю.
— Думаю, теперь мы квиты.
— Ты злая, — заметил он.
— Ага.
— Ты хочешь выйти за меня замуж?
Корин остановилась. Теперь они стояли лицом друг к другу.
— Ты это серьезно? — Она тихо рассмеялась. — Глупый вопрос, да?
— Глупый вопрос.
— Значит, вот оно как случилось.
— Да.
Она прикусила нижнюю губу, и глаза ее заблестели. Затем медленно повернула голову, оглядываясь вокруг.
— Прямо здесь, на склоне горы.
— Можно подождать. Я спрошу тебя в уютном ресторанчике. Под тихую приятную музыку. С обручальным кольцом в руке.
Она заглянула ему в глаза.
— Здесь тоже неплохо.
— Я тебя люблю.
— Я знаю. И я люблю тебя.
— Но? — Внутри у него неожиданно похолодело.
— Но что?
— Не знаю. Но что?
— Но у нас нет шампанского?
— Означает ли это «да»?
— Да. Конечно, это означает «да».
— О Боже! — Он сделал шаг ей навстречу, они оба наклонились вперед, преодолевая сопротивление рюкзаков, и поцеловались.
— Дальтон, — продекламировала она, — Корин Дальтон. — Они все еще поднимались вверх по тропе.
— Что ты делаешь?
— Проверяю, как будет звучать
— Дальтон, здорово. Мне не хотелось бы тебя огорчать, но это и так твое имя.
— Да, ты прав. Это избавит от лишней волокиты. Мне не придется менять фамилию на водительском удостоверении, кредитных карточках, в квитанциях на подписку, на печатных бланках…
— Не за всякого ты смогла бы выйти на таких выгодных условиях.
— Знаю, знаю. Все получится просто замечательно.
Они подошли к концу очередного витка серпантина. Но вместо узенького поворота и нового подъема по склону горы впереди открылась горизонтальная тропинка, сворачивавшая к лесистому перевалу.
— Значит ли это, что сбылись наконец мои надежды? — спросила Корин.
— Думаю, озеро должно быть сразу же за этими деревьями.
— Фантастика. — И она ускорила шаг.
Чед поплелся следом, приотстав ровно настолько, чтобы понаблюдать за тем, как играют под испачканными шортами крутые половинки ее попки в такт размашистым шагам длинных и стройных ног.
«Моя жена, — представилось ему. — Она действительно намерена выйти за меня замуж».
Это казалось невероятным.
В ночь своего возвращения, сразу после ослепительной вспышки их первой близости, Чед спросил себя, согласится ли она выйти за него замуж. Тогда он сказал себе, что, вероятнее всего, ответ будет положительным. И уверенность в этом крепла с каждой проведенной вместе минутой.
Она любила его. Она хотела его. Если он попросил бы ее стать своей женой, она, вероятно, ответила бы согласием.
И вот прозвучал вопрос, и она ответила «да» (в действительности он не надеялся на такой ответ), и это удивило и потрясло.
«Слишком хорошо, чтобы быть правдой», — подумал он.
Но это было правдой.
Мы еще не женаты.
«Это несущественно, — говорил себе он. — Главное, что она сказала „да“. Она настолько любит меня, что хочет провести со мной жизнь».
Невероятно!
Чед двинулся за нею в тень деревьев. Он шел улыбаясь и покачивая головой.
Корин — само совершенство. И день — просто чудо. И все замечательно.
Но кто-то уже, наверное, склонился с ложкой дегтя над его бочкой меда.
«Перестань, — одернул он себя. — Все хорошо».
— Озеро! — воскликнула Кори, указывая вверх по тропинке.
Чед посмотрел вдаль и увидел между деревьями бледно-голубые пятна.
— Не иначе, — проронил он, догоняя свою спутницу.
— Вот бы там не оказалось детей, — промолвила она.
— А мне казалось, ты заварила всю эту кашу, чтобы найти их.
— Это так.
— Но почему ты хочешь, чтобы их там не было?