Повелитель гоблинов

Суслин Дмитрий Юрьевич

– Принцесса! – понимающе вздохнул Настрадамус. – Нежное существо. Голубка моя, я понесу тебя.

– Ну, уж нет, – возразила девочка, которой больше не хотелось висеть в клюве филина.

– Что за беда? – успокоил ее Друль. – Есть из-за чего волноваться. Сейчас я ее призову. А заодно и карты отправлю обратно к хозяйке. Я еще ни у кого ничего не зажиливал.

И он быстро стал читать непонятные слова и махать перед собой руками. Это было обменное заклинание. Волшебники его читают в тех случаях, когда что-то дали друг другу, а затем им надо обменяться этими вещами обратно. Заклинание было простое и короткое,

но Друлю долго и сильно понадобилось дуть на колоду карт, которую он держал на ладони. Наконец она благополучно исчезла, а рядом с Друлем появилась как из-под земли Лариса. Она была запряжена, оседлана и нагружена для дальней дороги и мирно что-то жевала. Она хитро посмотрела на друзей большими добрыми глазами, довольно всхрапнула и помахала хвостом, словно поприветствовала.

– Ну вот, теперь мы все в сборе и можем продолжить наше путешествие, – сказал Друль, вынимая из-за пазухи карту Колдовского леса. – Нам в ту сторону. – Он показал на восток.

И они поехали туда, куда показал Друль. Стремительно наступала темнота. Не очень хорошее это было место – Колдовской лес. Друлю уже один раз довелось здесь побывать, и немало приключений выпало на долю его, рыцаря Катерино и оруженосца Кристиана. Теперь с ним была другая компания. Но это тоже были друзья, хорошие и верные, которые уже успели доказать свою преданность и храбрость. Две золотых пряжи уже были у Друля, и теперь он направлялся к Янтарной поляне, где, как показывала карта, находилось королевство пчел, которым правила пчелиная мать королева Жужильда Третья. До нее была пара дней пути. И путь этот пролегал через не очень приятные места: Ручей Мудрости и Колыбельное озеро.

Они прошли совсем немного, как стало темно, и продолжать путь не было никакой возможности. Пришлось сделать привал. Друль опять окружил лагерь магическим защитным кругом. Разводить огонь он не решился.

– Здесь живет столько существ, которые терпеть не могут огонь, и которые наоборот летят на него. Нам нет надобности, встречаться ни с теми, ни с другими. Так что придется довольствоваться сухим пайком. У нас что-нибудь осталось, Настрадамус?

– А как же? – отозвался филин. – В моем мешке есть еще эльфийские пряники, кусок пирога с малиной, медовый сидр, полголовки сыра и хлебец из кулибской пшеницы.

И филин вздохнул, потому что не нашел ничего мясного.

Они поели и, прежде чем улечься спать, все трое долго вглядывались в темноту и прислушивались, не гонятся ли за ними гоблины. Они прекрасно видели в темноте. Настрадамус, потому что так положено филинам и совам – видеть ночью лучше, чем днем, Друль потому что был волшебником, и ему для этого понадобилось всего лишь небольшое заклинание, и Гальянка, так как она была эльфом, видела одинаково днем и ночью.

Но в темноте никого не было ни видно, ни слышно. Явно им ничего не угрожало. Спать легли, не оставив караула, потому что лучшим их караульным был магический круг.

Ровно в полночь Настрадамус проснулся и почувствовал зверский голод. Ничего никому, не сказав, он тихо выбрался за пределы магического круга и улетел в ночной лес. Вернулся он на рассвете. Глаза его довольно поблескивали. Филин немного покопошился, почистил клювом перья и уже хотел завалиться спать, как его окликнули сразу два голоса.

– Где ты был? – Это были Друль и Гальянка.

Настрадамус смутился.

– Да

тут у меня одна знакомая совушка живет, – стал оправдываться он. – Летал ее навестить. Очень старая знакомая. Вдова и готовит великолепно.

– Все ты выдумываешь, – перебила его принцесса. – Небось, летал на охоту? И кого ты в этот раз поймал? Мышь или зайца?

– Крысу, – признался филин и сытно икнул.

– Фу-у-у! – Гальянка сморщила курносый носик и зажала его пальцами.

Спать уже никому кроме Настрадамуса не хотелось, и Друль объявил, что они едут дальше.

Быстро собрались и тронулись в путь. Было очень рано. Даже самые ранние птахи еще не проснулись, и друзья ехали по безмолвному лесу. Местность была ровной, не особо заросшей, и Лариса скакала легкой рысью. Путешественники сидели на ней втроем. Впереди – Настрадамус, который пытался уснуть и все время валился на бок. За ним Друль, который поддерживал филина, чтобы тот не выпал. За Друлем восседала принцесса. Постепенно, как они ехали, Колдовской лес просыпался. В кронах деревьев стали раздаваться голоса диковинных птиц, с ветки на ветку в поисках плодов запрыгали голубые белки. Дикий лесной петух пропел зарю, и небо окрасилось розовым цветом. Начался восход солнца.

Прямо перед Ларисой пробежала стая длинноногих ежей. Пронеслась летучая мышь, размером куда больше Настрадамуса. Она торопилась вернуться в свое логово. Ее ночное время кончилось. Мирно паслись на цветочной поляне тушканчики, каждым ростом с крупную собаку. Увидев путешественников, они испугались и молниеносно огромными мощными прыжками умчались в лесную чащу. Где-то протрубил золоторогий олень. Застучал по дереву дятел.

Друль все время сверялся с картой, доставал ее каждый раз, хотя выучил ее почти наизусть.

– Скоро Ручей мудрости, – объявил он.

– А что это за Ручей Мудрости? – спросила Гальянка, которая было уснула, но от любопытства сразу проснулась.

– Он волшебный, как и все в этом лесу.

– И чем же он волшебный?

– Кто попадет в его воды, сразу станет мудрым, – с улыбкой ответил Друль.

– Ну, тогда я обязательно в нем искупаюсь. Очень хочу быть мудрой принцессой. Как все удивятся, когда узнают, что я умнее королевского звездочета.

– Я бы не советовал тебе этого делать.

– Почему?

– Потому что Ручей вместе с мудростью и умом награждает и опытом.

– Опыт мне тоже пригодится. Плохо ли быть опытной?

– Видишь ли, опыт приобретают с годами. Чем ты старше, тем опытнее.

– Ты хочешь сказать, что я стану старше, если попаду в воды Ручья?

– Вот именно. Ты станешь не просто старше. Ты моментально состаришься и станешь глубокой старухой. Мудрой, умной, опытной, но невероятно старой. Тебе хочется быть старушкой? Хотя об эльфах стариках я никогда не слыхивал.

Гальянка поежилась.

– Нет, я не хочу состариться.

– Я тоже этого не желаю, – сказал Друль. – Мы сделаем плот и спустимся вниз по течению, потому что по берегу пройти невозможно. Он на многие тысячи шагов зарос железными кактусами. Попасть в их заросли – верная смерть. Далее мы выйдем на берег, там есть проход, он ведет к Колыбельному озеру.

– А это еще что за штука?

– Это озеро не лучше, чем Ручей. Как ты думаешь, в кого ты превратишься, если попадешь в него?

– Наверно в младенца.