Повелитель молний
Шрифт:
В проеме стоял Ши, озираясь с таким видом, будто не мог понять, куда его занесло. Зацепившись взглядом за Конана, он отчаянно замахал руками, подзывая его к себе и одновременно настойчиво тыча в сторону хлопотавшей за стойкой Лорны. Убедившись, что привлек внимание, он шарахнулся назад и сгинул в коридоре.
– Пошли глянем, с чего вдруг его разбирает, – Аластор почему-то забеспокоился и начал поспешно выбираться из-за стола. – Кэрли, мне кажется, что тебе следует остаться и занять госпожу трактирщицу увлекательной беседой.
Девушка
Ши ждал их у выхода из черного хода, заканчивавшегося на задворках птичника. Маленький воришка сидел на пороге, раскачиваясь взад-вперед, и еле слышно подвывал. Поблизости обнаружился Хисс – этот устроился на перевернутой кормушке, и вел себя весьма странно: то начинал безостановочно хихикать, то мрачнел и старался дать пинка важно ковылявшим мимо уткам.
– Ну? – грозно вопросил Джай. – Что теперь?
– Смотри сам, – Хисс поднялся, подошел к некогда выкрашенной в зеленый цвет, а теперь безнадежно облупившейся будке нужника, повернул щеколду, широким жестом распахнул дверцу и отступил в сторону. – Я второй раз такого зрелища не вынесу.
Аластор успел первым. Бросив внутрь один-единственный взгляд, сделал пару шагов назад, плюхнулся на усыпанную соломой и куриным пометом землю и захохотал, жмурясь и запрокидывая голову.
– Не вижу ничего смешного! – возмутился Ши. – Ты представь, каково с утра наткнуться на эдакий кошмар! Я уж решил, что умом повредился!
– Искренне соболезную, – с трудом выговорил Аластор, сгибаясь вдвое и всхлипывая.
Нужник претерпел удивительнейшее изменение. Там, где вчера находилась обычная, небрежно оструганная толстая доска с прорезанным посередине отверстием, теперь красовался рот. Большой – около трех ладоней длиной. Несомненно, принадлежавший женщине, ибо пухлые губки ярко блестели от нанесенных на них кроваво-алых румян и то складывались в очаровательную улыбку, то призывно вытягивались. Иногда между ними мелькал кончик языка.
Джай созерцал их ровно три удара сердца, после чего захлопнул дверь, запер на щеколду и обессилено привалился к ней спиной. Выражение его лица стало, что называется, неопределенным.
Аластор перестал смеяться, вытер слезы, уселся поудобнее и язвительно осведомился:
– У кого имеются мысли по поводу и без оного?
– Я туда больше в жизни не сунусь, – заверил приунывшее общество Ши. – Открываю дверь, а оно… оно… ухмыляется…
– Это все из-за штуки, которую мы туда бросили, – убежденно сказал Конан, единственный из всех сохранивший внешнее присутствие духа.
– Хочешь сказать: «Которую Ши туда бросил»? – внес поправку Хисс.
– Какая разница, кто? – заступился за приятеля Джай. – Вопрос в том, что теперь делать?
– Можно нанять с десяток золотарей, вычерпать яму до
– Лорна меня убьет, – севшим голосом проговорил Ши.
– Вряд ли, она женщина донельзя практичная. Привяжет на веревку и скинет вниз – выуживать жезл, – хладнокровно отозвался рыжий Хисс.
– Заткнись, а? – попросил Ши. – Без тебя тошно.
– Может, само прекратится? – не очень уверенно предположил Джейвар. – заколотим дверь, скажем Лорне, что доска сломалась или еще чего…
– Она непременно пойдет проверить, – напомнил Конан.
– Нас погубит варварское упрямство и стремление увидеть все своими глазами, – скорбно провозгласил Аластор. – Еще есть идеи?
– Надо рассказать хозяйке, – гнул свое Конан. – Она поймет.
– Мне бы твою уверенность, – Ши печально глянул на приятеля снизу вверх. – Не-ет, она сначала прикончит меня, а потом станет разбираться.
– Хочешь, я с ней поговорю? – не дожидаясь ответа, Конан повернулся и ушел в дом. Ши равнодушно пнул зазевавшуюся курицу и засвистел мелодию похоронного марша.
Ждать пришлось недолго. Лорна вылетела во двор, точно боевая лошадь, заслышавшая сигнал атаки. Сходство усиливали развевающаяся грива светлых волос и светившаяся в глазах мрачная решимость покарать виновных. Неизвестно, что успел наговорить ей Конан, но настроение трактирщицы весьма точно описывалось словом «смертоубийственное». Не обращая ни на кого внимания, она едва ли не строевым шагом направилась к будке, отпихнула Джая, попытавшегося преградить ей путь, и распахнула дверь.
– Та-ак, – только и сказала она.
Соблазнительный ротик корчился в судорогах. Из его углов стекала мутно-розовая вязкая жидкость, а движения напоминали кашель подавившегося человека, старающегося вытолкнуть застрявшую в горле кость. Очередная попытка увенчалась успехом, изо рта вылетело что-то блестящее, описало в воздухе крутую дугу и упало, подкатившись к ногам Хисса. Тот наклонился посмотреть и сдавленно ахнул.
Рот удовлетворенно облизнулся, наградив хмурую Лорну милой извиняющейся улыбкой. Хозяйка «Норы» сплюнула и с оттяжкой захлопнула дверь, да так, что со стен нужника посыпались чешуйки краски.
– Не верь глазам своим, – еле слышно пробормотал Хисс, бережно поднимая валявшийся предмет. – Вы только посмотрите!
Он держал в ладонях темно-синий кристалл, размером никак не меньше продающихся на городском базаре дынь и ограненный в такой же продолговатой форме. При малейшем движении камень переливался всеми оттенками голубого, лазоревого и бирюзового, напоминая гигантскую каплю.
– Если эту неведомую особу и дальше будет тошнить такими стекляшками, она навеки покорит мое сердце, – Джай, не веря своим глазам, дотронулся до прохладно сияющего камня и ласково провел пальцем по граням.