Поводок
Шрифт:
– Почти?
– переспросил я. Она кивнула. И добавила, другим чуть дрогнувшим голосом.
– Я не могу отрицать, что он мне нравится. Самую чуточку, - она свела указательный и большой пальцы и прежним тоном добавила.
– Вот столько.
– Потому что умеет ждать.
– Не только поэтому. Он умеет дарить подарки, обставляя каждый из них некой мизансценой, делать комплименты, а ныне это редкое качество, поддерживать беседу, о чем бы она ни велась. Он умеет быть милым и обходительным, или напротив, настойчивым, но в рамках тех чувств, что способен испытывать. В светской обстановке это очень смотрится.
– она улыбнулась.
–
– А кто он?
– Человек, - ответила девушка и снова рассмеялась.
– Вы так спрашиваете, словно хотите узнать о нас все, - и не дав слова молвить, продолжила, - Он специалист по антиквариату. Любитель аквариумных рыбок: дома у него их множество, даже на работе с десяток гуппи, он говорит, что рыбы это те существа, которые способны уживаться в любом предложенном им мирке в гармонии с собой и с соседями по аквариуму, если соседи одного вида. И внешний мир их не волнует вовсе, по крайней мере до тех пор, пока не прекращается подкормка. Впрочем, в любом случае они не способны ничего изменить, как не способны измениться сами. Они такие, какие есть.
– Вы тоже, - я всерьез добавил, - такая, какая есть.
– Я и не скрываю этого. Напротив. Если бы не приведенная мной ода рыбкам, имевшая некоторые последствия и для меня, наше знакомство с вами не состоялось бы.
– Можно сказать, он привязан к вам, - заметил я, возвращая разговор на прежнюю тему.
– Я стала частью его обширной коллекции, - она хитро улыбнулась.
– Вы правильно сказали, это не любовь - привязанность. Ему нравится быть со мной, вернее, наблюдать за мной, ему интересно, что я говорю и делаю, интересно хотя бы потому, что я не такая.... Одним словом, редкие вещи ему нравятся, - закончила она неожиданно.
– Значит, вы так себя оцениваете?
– Так он оценивает меня. А я, - снова эта улыбка, - всего лишь повторяю его слова.
– Не без оснований, надо полагать.
– Вы правы.... Извините, что я это говорю, но... меня не покидают сомнения. Вы в самом деле обслуживаете посетителей этого кафе или занимаете иную должность. Скажем, детектива.
Я тряхнул головой, невольно поддавшись ее улыбке.
– Почему вы так решили?
– отсмеявшись, спросил я.
– Оттого, что я задаю правильные вопросы?
– Вот вы и сами себе ответили. А еще уверяете меня, что кафе принадлежит вам и вы...
– Кафе принадлежит мне. Мы с женой владеем им почти десять лет; думаю, за такой срок можно не только научиться быстро готовить кофе и подавать пирожки, но и, благодаря множеству разыгрываемых в кафе сценок и разнообразию участвующих в них персонажах, овладеть хотя бы элементарными основами психологии. Так что вовсе не умные книжки стали причиной того, что я задаю вам такие вопросы.
– Вы меня разочаровали. Вы прямо-таки старательно разрушаете всякую интригу вокруг себя. Только я подумала о вас нечто потрясающее, как вы немедленно все испортили.
– И оказались простым владельцем кафе, да еще и женатым.
Девушка задорно рассмеялась.
– Вот именно поэтому мы с вами все еще разговариваем, а не разошлись, каждый по своим неотложным делам. Право же, вы очень редкий человек, с вами общаться можно междометиями - вы и тогда будете все понимать.
– Стараюсь. Воля посетителя говорить, как ему вздумается, а моя задача - понять, его намерения.
– Как между строк. Нет, в вас определенно есть такое... не знаю, как сказать. И все это вы скрываете ото всех за семью печатями под маской простого представителя сферы массового обслуживания.
– Но и вы тоже не открытая книга.
– Ну что вы! Где мне до вас. Вот вчерашний антиквар, он - да, его можно читать даже близорукому человеку, - на какое-то время девушка умолкла и как-то по-детски непосредственно принялась ковырять носком туфли кафельный пол. Воспоминание, ожившее в памяти, было не столь беззаботно, как прежняя наша словесная пикировка. Немного помолчав, она произнесла потускневшим голосом: - Наверное, это основная причина, по которой я стараюсь не искать частых встреч с ним, предпочитая короткие, ни к чему не обязывающие рандеву на людях. Я...
– она неожиданно взглянула мне прямо в глаза и я поспешно отвел взгляд, - я не очень хочу быть похожей на него. Вы ведь знаете, что при долгом знакомстве, при близких отношениях люди становятся постепенно похожими друг на друга. А я...
– Да, вы другая, - с той же серьезностью ответил я.
– Вы совсем другая. Скажите, если это не ваша тайна, откуда вы и как попали в наш город?
– Неужели так заметно, что я нездешняя?
– Нет, нет, просто городок наш не такой большой, чтобы нельзя было бы заметить в нем вас.
– А я другая, - губы сложились в грустную улыбку.
– Вы правы. Я приехала с месяц назад, издалека. Живу в одном мегаполисе, не так уж и важно в каком именно, а когда выпадает свободное время, когда наступает весна, я стараюсь покинуть его, отправляюсь в путешествие по городам и весям нашей необъятной страны.
– Вы счастливы, коли имеете такую возможность для путешествий, заметил я.
– Возможно. Я езжу по миру на этой машине, останавливаясь непременно в маленьких городках, отчего-то я очень люблю маленькие городки, живу в них с неделю или больше, а затем спешу куда-нибудь дальше. И только когда приходит глубокая осень, я возвращаюсь домой. И жду, нетерпеливо жду конца зимы и первых теплых весенних дней, жду, когда сойдет снег, и земля покроется робкими цветками мать-и-мачехи. Все это время, чтобы не думать о зиме, я работаю, полностью загружаю себя работой, чтобы уставать и, не замечая ничего двигаться по заданному маршруту: постель - утренний кофе работа - ужин - постель. Так мне проще, так не думается ни о том, что на улице глубокий снег, что дороги замело, что дни стали коротки и сумрачны, а ночи бесконечны, что весь мир погрузился в ледяное оцепенение. Но едва только приходит весна, мир освобождается из плена, а вместе с ним свободной становлюсь и я, и тогда я вольна покинуть мегаполис, в котором живу пять холодных месяцев в году, мной именуемые зимою, и отправляюсь в странствие.
– И давно вы так путешествуете?
– Четыре года. Столько, сколько у меня эта машина. Можно сказать, что именно она позвала меня когда-то первый раз покинуть мой город и искать других городов.
– И знакомств?
– Вы не правы. Вы напрасно на это намекаете, со мной подобное впервые. Я...я никогда не завожу романы на стороне, чтобы, случись что, сразу все бросить и кинуться в другой город, в котором может случиться иначе, а может повториться та же история.
– голос ее сел от волнения.
– Вы же сами заметили, что я другая.