Поймать Бевиса Броза

Ефиминюк Марина Владимировна

– Я придумала! – с радостью в голосе объявила она.

– А? – оглянулась через плечо Рита.

– Я придумала название для романа! – Она пристроила папку перед подругой, со звоном сдвинув посуду. – Смотри!

Без особенного интереса подпольная библиотекарша

развязала тесемки. На титульном листе, венчавшем рукопись, красивыми буквами было выведено: «Четыре угла одного треугольника». Название пришлось пару раз перечитать. Если бы чертежник Эдон Рауф увидел, тотчас бы умер от сердечного приступа!

– Существо, незнакомое с геометрией… – Рита кашлянула, видимо, стараясь сдержать ругательства, – как ты придумала это название?

– Оно мне пришло на философии! – счастливо вздохнула писательница. – Знаешь? Слушала я о невыносимости бытия и как сверкнуло в голове! Как сверкнуло!

– Заметно, – пробормотала Рита. – Я одного не понимаю, как твой «МЖМ» треугольник растянулся до четвертого угла?

– Я вдруг поняла, что это «МЖМА»!

Отсутствие напитков не помешало мне заново подавиться. Теперь на вздохе.

– Чего? – коротко уточнила Рита.

– Мужчина—женщина—мама—арбалет! Арбалет, которым герой пристреливает злодейку-мамашу. Понимаешь тайный посыл? Все начинается с мужчины, а заканчивается оружием, – всхлипнув, она прижала к румяной щечке ладошку и промычала: – Святые угодники, я гениальна!

Святые угодники! Умоляю, сжальтесь над бедняжкой, разучите Нестейшу Юн

складывать слова в предложения!

– Даже «Желтая шляпка» звучала лучше, – покачала головой Рита.

– Оставить прошлое название? – загорелась надеждой Несс.

– Думать дальше! – захлопнула папку строгая библиотекарша. – Ты же настоящий писатель! Заставь воображение работать.

На мой взгляд, Нестейше стоило пить успокоительные капли от воображения, но я мудро промолчала. Юные дарования, неожиданно открывшие талант к сочинительству, были такие же ранимые, как поэты. Страшно лишнее слово обронить.

После полдника в шумном коридоре мы с Ри встретили Кристофа. Держа в руках стопку работ, он направлялся в учительское крыло и нервно улыбался, когда благородные девицы принимались ехидно перешептываться.

– Говорят, что на занятиях он настоящий зверь, – пробормотала мне на ухо Рита, заставив чуточку наклониться. – Законницы уходят от него в слезах, а с виду выглядит безобидным… Не зря умные люди утверждают, что все маменькины сынки ненавидят женщин!

Мы как раз проходили мимо, так что сплетница прикусила язык и, засияв фальшивой улыбкой, поздоровалась на весь коридор:

– Добрый день, господин Ленар.

Даже дурак понял бы, кому мы только что перемывали косточки. Молчу уж про проницательного преподавателя.

– Добрый день, дамы, – чуть поклонился он, и работы посыпались из рук. – Ох! Какая неловкость!

Конец ознакомительного фрагмента.