Прародитель
Шрифт:
На удивление первыми на защиту забулдыги и охранника встали именно девушки. Мужики же разошлись. Кое-кто и вовсе решил, что своя шкура дороже и выбежал в дверь. Бросив девушкам, что данный господин больше не работает в этом заведении охранником, я подхватил весьма увесистый деревянный саркофаг с заточённым внутри Спартаком, бросил ещё несколько серебряных монет одной из девушек и вышел под покров ночного неба.
– Возвращаемся?
– поинтересовался Восьмой, как всегда, не вложив в свои слова ни грамма эмоции.
Его совершенно не смущало то, что я держу на плечах деревянный
– Нет Восьмой. Теперь в леса Скив за Димой Бишкеком, - пояснил я. Поудобнее перехватывая кающегося внутри деревянной матрешки, Гришу.
– Может, сначала его в Квази Эпсилон переправим?
– кивнул он на саркофаг у меня на плече.
– Нет дружище, это плохая идея. Иначе, пока мы будем мирно попивать чай с вареньем в гостях у Бишкека, Джинкс будет медленно и методично стачивать напильником зубы Гриши, прежде чем убьет. Лучше нам появится вместе, думаю только так мы, втроём, сможем отбить его у рассерженной и обиженной девушки. Хотя кажется, ему всё равно придется пару раз отправиться на респаун.
– Я усмехнулся своим рассуждениям, чувствуя, как темная аура Роджера окутывает нас перед телепортационным прыжком, заставляя газовые фонари в округе почти полностью угаснуть.
Признаться, я не подумал об одежде, когда из черноты телепортационного прыжка, по пояс провалился в снег. А гроб с пленником на плече лишь помог увязнуть еще глубже. Чертыхаясь и бредя по пояс в снегу, мы кое-как определились с направлением и нам, наконец,, удалось выбраться на утрамбованный санями путь, пролегавший, как это и было принято у Скивов зимой, по закованным в лёд рекам.
Пробежав по утоптанной снежной колее пару сотен шагов, мы, наконец, увидели частокол большой деревни с выведенными на нём щитами. Вдоль частокола были установлены резные родовые столбы тотемных животных, глаза которых светились голубоватым светом. В ночной темноте было не узнать, что именно за животные были вырезаны в древесине, но это и не требовалось. Бишкек поселился в деревни росомах, это я знал ещё с последней нашей встречи.
Ворота в деревню были заперты и, дабы не провоцировать караульных, мы остановились в трех десятках шагов, ожидая пока к нам спустятся. Можно было бы, конечно, начать ломиться, а то и вовсе войти, так сказать, без стука. Но в гости так не ходят. Тем более в гости к другу.
Шестеро молодцев блестя кольчугами, и вооруженные копьями и щитами выдвинулись на встречу, из чуть приоткрытых ворот. Не сомневаюсь, что эти шестеро далеко не единственные кто сторожит покой деревни, наверняка ведь ещё десяток стрельцов держит нас на прицеле, но сейчас думать об этом было непродуктивно.
Старший из подошедших, наверное, десятник стражи, поинтересовался зачем пожаловали нежданные гости. Обрисовал ему ситуацию - я ищу друга. Как мог описал Диму Бишкека и к своему стыду не припомнил имени его жены. Десятник попросил подождать здесь, а один из солдат, самый молодой, как это принято по негласным законам дедовщины, легкой трусцой убежал в ворота. Десятник же посоветовал нам обождать тут. Настойчиво так посоветовал, не снимая руки с гарды меча.
Их можно было понять: два ночных гостя, одетых не по погоде, без упряжки с лошадьми, из пожитков у которых виднелся только деревянный саркофаг, из недр которого доносятся сдавленные маты и стук, пришли к ним в деревню и требуют их пропустить.
Мороз, в самом деле, пробирал до костей, а
Через десять минут, за которые я околел окончательно, из ворот показались уже два силуэта. Высокий, но худощавый паренёк, которого десятник отправил за Димой и коренастый, словно медведь, Бишкек. Он сильно заматерел с того момента, как я его видел. Да и кажется, прибавил в росте и плечах.
Бишкек хотел было обняться, но я прервал его. Замёрз я сильно, так что обошлись мы лишь рукопожатием. Пришлось подгонять старого друга, уж больно хотелось, наконец, спрятаться от пронырливого мороза в тёплом доме.
Ольха, именно так звали молодую жену Бишкека, хлопотала, накрывая на стол. А маленький мальчик и девочка лет пяти отроду, похожие друг на друга как две капли воды резвились под ногами. Я же не стал торопиться с разговором, а просто поставил саркофаг со Спартаком у входа и нежно, как любимую жену, обнял печку стараясь согреться.
Ощутив в пальцах неприятное покалывание - верный знак того что конечности начали отходить от мороза, я наконец оторвался от печи и сел за стол. Вот так под травяной чай с мёдом и калачами, испечёнными заботливой хозяйкой, завели серьёзный разговор. Ольха даже озаботилась, чтобы непоседливые детки не мешали, и увела их на второй этаж читать сказки.
– Осталось меньше месяца до того, как протекция, наложенная на новую расу системой, спадет. И думаю в ту же секунду, начнутся нападения. Да и, если честно, не хочу сидеть оставшийся срок в вирт капсуле. Короче, через месяц мы идем на Альфа Нову войной. Дим, ты нужен нам, - произнес я заготовленные слова.
Правда вышло это несколько смазано, из-за набитого рта и травяного чая которым был наполнен мой рот. Черт возьми, я никогда не думал, что могу быть настолько голодным!
– Дружище я тебе помогу, это не вопрос. Ты, как я вижу, собираешь всю команду, - и он усмехнувшись, кивнул на закатанного в древесину ОУКБ. – Уверен, имея такие аргументы как статус Прародителя и, что уж скрывать, упрямство, граничащее с идиотизмом, я не рискну ставить ни на тебя, ни против тебя. Все-таки ты удачлив как дурак, - в этот момент наверху раздался заливистый детский смех, и на секунду улыбнувшись чему-то своему, Бишкек продолжил.
– Но я только помогу. Сам я на свободу не собираюсь. Здесь сейчас моё место. Да, знаю, у меня срок больше чем у вас двоих вместе взятых. Но я совсем не рвусь на свободу, и не хочу обратно.
Дима закончил и замолчал. Посуровел, окунувшись в свои не радужные мысли.
– Значит, ты поможешь?
– я на всякий случай ещё раз переспросил.
– Артём, твою дивизию! Мать твою, парень, не оскорбляй меня мыслями о том, что я могу дать заднюю! И ради бога, выпусти ты уже Спартака на волю! Скребется как мартовский кот!
– не выдержал Бишкек.
Я усмехнулся.
– Мы сейчас обратно в Квази Эпсилон. Там его ждет встреча с Джинкс, которая почти преодолела двухсотый уровень и Янг Рог, - увидев изумление на его лице, я спрятал улыбку и кивнул.
– Да-да, тот самый. Который ее отец. Так что думаю, через пару смертей он сам будет молить, чтобы я вернул его в такой тихий и уютный гробик.