Правда
Шрифт:
– А вокруг замка приличная брусчатка, – посоветовал стоявший рядом.
– Оно конечно, – возразил его сосед. – Только ведь патриций его убьет, если он попробует оттуда спрыгнуть, понимаешь?
– Ну и?
– Ну и дело же в стиле, разве нет?
– Башня Искусства хорошо подходит, – уверенно сказала какая-то женщина. – Почти девятьсот
– Верно, верно. Только и времени на раздумья будет навалом. В полете, я имею в виду. Не лучшее время для рефлексии, как по мне.
– Послушайте, у меня тут целая телега креветок, и, если я еще немного задержусь, они домой пешком пойдут, – простонал возница. – Чего он там возится?
– Размышляет. Это ж большой шаг.
Мужчина, стоявший на карнизе, повернул голову, услышав шарканье. Уильям пробирался вдоль стены, стараясь не глядеть вниз.
– Доброе утро. Чего, отговаривать меня пришел?
– Я… Я… – Уильям изо всех сил старался не глядеть вниз. С улицы карниз казался намного шире. Он уже жалел, что забрался сюда. – Мне бы и в голову не пришло…
– Я всегда открыт для попыток меня отговорить.
– Да, да… э… не сообщите ли вы мне свое имя и адрес? – спросил Уильям. Он и не подозревал, что здесь, наверху, вокруг крыш гуляет такой неприятный и коварный ветер. Он перелистывал страницы блокнота Уильяма.
– Зачем?
– Ну… потому что после прыжка с такой высоты на твердую землю подобные вещи бывает уже сложно узнать, – объяснил Уильям, стараясь выдыхать не слишком много воздуха. – А если писать об этом в листок, то будет гораздо лучше, если я расскажу, кем вы были.
– Какой еще листок?
Уильям достал из кармана экземпляр «Правды». И молча передал трепещущий на ветру лист мужчине.
Тот уселся на карниз, свесил ноги в пустоту и, шевеля губами, прочитал новости.
– Так это что, вещи, которые случились взаправду? – спросил он. – Вроде как глашатай, только напечатанный?
– Верно. Итак, как вас звали?
– А чего это сразу «звали»?
– Ну, знаете… очевидно… –
– Артур Сдвиг.
– А где вы жили, Артур?
– На Лепечущем проезде.
– А кем работали?
– Опять ты с прошедшим временем. А вот стражники мне обычно чашечку чая приносят.
В голове Уильяма ударил тревожный набат.
– Вы… часто прыгаете, да?
– Не, я только самое сложное делаю.
– В смысле?
– В смысле, наверх забираюсь. А прыгать я, конечно, не прыгаю. Для такой работы особого умения не надо. Я больше по крикам о помощи.
Уильям попробовал вцепиться в отвесную стену.
– А помощь эта заключается в…
– Двадцать долларов наскребешь?
– Или вы прыгнете?
– Ну, не совсем прыгну, конечно. Не до конца. Не в полном смысле. Но я продолжу угрожать, что прыгну, если понимаешь, о чем я.
Здание теперь казалось Уильяму куда выше, чем когда он поднимался по ступеням. Люди внизу были гораздо меньше. Он различал поднятые кверху лица. В толпе был Старикашка Рон со своей лишайной псиной, и остальные нищие тоже, потому что какая-то необъяснимая сила всегда притягивала их туда, где разыгрывались импровизированные уличные представления. Уильям даже разглядел табличку «Пугаю за еду», которую держал Генри-Гроб. А еще колонны телег, парализовавшие уже полгорода. Уильям почувствовал, что его колени слабеют…
Артур подхватил его.
– Эй, это мое место, – сказал он. – Найди себе другое.
– Вы говорили, что прыжки – это такая работа, для которой особого умения не надо, – сказал Уильям, пытаясь сосредоточиться на своих заметках, пока мир плавно вращался вокруг него. – А кем вы работали раньше, господин Сдвиг?
– Верхолазом.
– Артур Сдвиг, а ну-ка слезай оттуда немедленно!
Артур посмотрел вниз.
– О боги, они притащили мою женушку, – сказал он.
Конец ознакомительного фрагмента.