Правила трёх
Шрифт:
– Так, ничего особенного, – сказал прадедушка Кас. – Кое-какие вещи.
– Какие, например?
– Вот сейчас прямо-таки всё тебе и перечислю! – ответил прадедушка. – Ты сама знаешь, как это происходит. Просто собираешь бесцельно всякий хлам.
Линду вещи прадедушки Каса не интересовали.
– Где здесь туалет? – спросила она.
– В конце коридора, – ответил прадедушка Кас.
Вернувшись из туалета, Линда проявила еще большее любопытство.
– А ванная комната?
Прадедушка Кас постучал по столешнице с мойкой. Над
– А душа нет? – не унималась Линда.
– Как тебе сказать, – замялся прадедушка Кас. – Душ в бассейне. Довольно далеко отсюда. Поскольку мне больше не дают водить машину, приходится ходить пешком. Прогулка туда и обратно занимает порядочно времени.
– Но я не хочу в бассейн! – крикнула Линда.
– Что-нибудь придумаем, – успокоила ее мама.
– Давайте сначала разберемся, кто где будет спать, – предложила бабушка. – Трое могут разместиться в комнате для гостей, плюс в спальне прадедушки Каса есть еще одно место.
– Тогда ты иди спать с прадедушкой, – посоветовал я бабушке. – А мы с мамой и Линдой останемся в комнате для гостей.
– Я так не хочу, – воспротивилась Линда.
Я подумал, понравится ли мне спать с бабушкой, и сказал:
– Хорошо. Тогда мама будет спать с прадедушкой, а бабушка с нами.
– Так я тоже не хочу, – сказала Линда. – Я хочу, чтобы девочки и мальчики спали в разных комнатах.
– Мальчики?
Линда кивнула в сторону прадедушки Каса, сидевшего на кухонном стуле. Без шапки и шарфа он выглядел каким-то помятым. У него был крупный нос, большие уши и густые мохнатые брови. На подбородке торчали клочья бороды, а под носом росла щетина.
– Нет уж, – сказал я.
– Пусть Линда решает, – произнесла бабушка, прикрыв рот рукой. – Сегодня она стала большой девочкой.
– Бабушка имеет в виду, что у Линды начались месячные, – прошептала мама.
– О чем это вы там шепчетесь? – спросил прадедушка Кас.
– Ни о чем! – отрезала Линда.
– О том, кому где спать, – пояснила бабушка. – Мы решили, что у нас будет комната для девочек и комната для мальчиков.
– Гм, – задумался прадедушка Кас. – Комната для мальчиков, значит?
– Нам с Тваном нужно поговорить, – объявила мама, выталкивая меня из кухни. В прихожей возле вешалки она сказала: – У Линды начались первые месячные, и у нее болит живот.
– Ладно, проехали.
– Когда у девочек начинаются месячные, – продолжала мама, – у них идет кровь. Ты же знаешь.
– Проехали.
– Это целая заморочка, особенно в первый раз. Вот почему она предпочитает спать с нами. Женская солидарность, понимаешь?
– Можно я посплю в гостиной?
В гостиной не было дивана – только два кресла. Но прадедушка Кас ведь не станет возражать, если я передвину туда диван из его спальни.
– Не получится, – сказала мама. – По вечерам нам надо будет где-то разговаривать. Мы ведь ложимся позже тебя.
– Тогда на кухне.
– Не глупи.
Мама
– Здесь очень даже уютно, смотри!
– А на чердаке? – не отставал я. – Можно мне спать на чердаке?
– Тван, ты же видишь, какой маленький у прадедушки дом? На чердаке почти нет места. Там высота от силы полметра, не больше. Это нежилое помещение. Прадедушка Кас сказал, что хранит там вещи.
– Какие вещи?
Мама начала терять терпение.
– Какая разница? Не о том речь.
Она провела рукой по спинке коричневого дивана.
– Ты будешь спать здесь. Хотя бы попробуй. Одну ночь, договорились?
Я вышел из комнаты.
Мама последовала за мной.
– Тван?
– Одну ночь, – сказал я, зная наперед, что одной ночью я не отделаюсь. Мама тоже это знала.
Бабушка варила на кухне кофе.
– Обычно этим занимается Сванна, – сказал прадедушка Кас.
Бабушка взяла со стола термос.
– С сегодняшнего дня мы берем хозяйство в свои руки, – объявила мама. – Со Сванной мы всё обсудили. Она нам звонила.
Бабушка предупреждающе замотала головой. О телефонном звонке Сванны лучше было не упоминать.
Месяц назад Сванна обнаружила бабушкин номер в записной книжке прадедушки Каса. Она позвонила бабушке, и бабушка пересказала нам содержание их разговора. Дела у прадедушки Каса обстояли скверно.
– Ему требуется повседневный уход, – объяснила бабушка. – Сванна же просто соседка. Мы не можем навязать ей заботу о старике, который… ну, который член нашей семьи.
– Всё правда так плохо? – спросила мама.
– Он вот-вот отдаст концы, – вздохнула бабушка.
– Отдаст концы? – переспросила мама. – Это что за выражение?
– Он сам так выражается. И требует, чтобы его оставили в покое.
– Ты серьезно? – уточнила мама.
– Боюсь, что да. И Сванна тоже полагает, что в таком плачевном состоянии он долго не протянет. Мы должны о нем позаботиться.
– Там ведь есть пансионаты для пожилых, – предположила мама. – Иначе и быть не может. Они есть везде. Может, есть пансионат и для пожилых моряков, это было бы идеально. В Исландии полно рыбаков, значит, где-то должен быть и специальный рыбацкий приют.
– Наверняка. Папе бы там понравилось. Он всю жизнь прожил с рыбаками, и всем известно, что рыбаки друг с другом отлично ладят. Но кто будет его там навещать? А вдруг что-то случится? Это очень далеко. Если мы хотим ухаживать за папой, то должны делать это здесь, а не там.
Мама глубоко вздохнула.
– Ты понимаешь, что это значит? – спросила она у бабушки.
– Да, – сказала бабушка.
– Что? – поинтересовался я.
– Нам нужно поехать к прадедушке Касу и перевезти его сюда, – ответила мама.