Правосудие Девлина

Брей Патриция

Караул отвел Девлина в комнату, использовавшуюся как кабинет или библиотека. Вдоль стены стояли книжные шкафы, заполненные книгами в переплетах и свитками. Груда пергаментов и наполовину развернутых свитков покрывала массивный деревянный стол, на другом столе лежала карта Джорска, придавленная свинцовыми гирьками. На ней темными чернилами были сделаны пометки, но как только Девлин наклонился, чтобы получше рассмотреть обозначения, охранники схватили его за руки и увели подальше.

В кабинете находились пятеро до зубов вооруженных

врагов, а у него ничего не было, поэтому Девлин стоял смиренно, будто руки его развязаны.

– Сядьте, – сказала лейтенант, как только один из ее людей выволок грубо отесанный деревянный стул на середину комнаты.

Он так и сделал, однако, когда появился солдат с веревкой и схватил Девлина за левую руку, он резко вырвал ее.

– Нет, – возмутился Девлин, готовясь встать.

– Мне приказали переломать вам все кости, если вы откажетесь сотрудничать, – вежливо предупредила женщина. – Любое сопротивление приведет к тому, что Элде и Рензо придется самим кормить вас и вытирать вам задницу, но это ваш выбор.

Абсолютное безразличие в голосе производило впечатление. По телу пробежали мурашки. Ей действительно все равно, искалечат пленника или нет.

Девлин уселся в кресло и позволил привязать свои руки и ноги к массивному креслу. Лейтенант проверила узлы и только после того, как удостоверилась, что он не может пошевелиться, она и все остальные покинули комнату.

Как только дверь за ними закрылась, другая дверь в дальнем конце комнаты отворилась, и вошел принц Арнауд. На нем были сапоги и брюки для верховой езды, как будто он недавно катался на лошади или же собирался на конную прогулку.

– Избранный, – обратился он к Девлину. Даже в сапогах его шаги были чуть слышны, когда он выхаживал вокруг пленника, изучая его со всех сторон. – Я бы предложил вам подкрепиться, однако в вашем положении… – махнул он рукой в сторону пут Девлина.

– Я бы предпочел получить ответы, – промолвил Избранный. – Где я? И зачем вы привезли меня сюда?

– Примите извинения за то, что я так долго игнорировал вас. Но другие вопросы занимали мое внимание. А также я посчитал, что будет справедливо, если я дам вам шанс восстановить силы, прежде чем возобновить разговор.

Арнауд продолжал расхаживать по кабинету, заставляя Девлина вытягивать шею, чтобы не упустить принца из виду. На какое-то время он остановился у карты и водил пальцем по обозначениям, привлекшим его внимание. Затем перешел к столу, взял записную книжку и, казалось, погрузился в содержание, будто совершенно забыл о своем госте.

Однако Девлин был знаком с подобными уловками и никак не отреагировал на поведение принца. Он намеренно уставился на стену перед собой.

– Расскажи мне, что чувствуешь, когда знаешь, что дал присягу верности трусу и глупцу?

Девлин не смог скрыть дрожи, когда Арнауд тихо подошел к нему сзади. Мускулы Девлина напряглись, принц пальцами провел по его напряженным плечам. Затем он

обошел кресло и взял Избранного за подбородок, заставив посмотреть себе в глаза.

– Он предал тебя, не поколебавшись и минуты, лишь бы спасти свою шкуру. Буквально двенадцать месяцев назад ты спас короля от заговора, который мог стоить ему трона, и вот как он отплатил тебе. Олафур даже не спросил, зачем ты мне нужен, хотя самый последний глупец – и тот мог понять, что я вовсе не желаю тебе добра, – сообщил Арнауд. – Он недостоин править даже навозной кучей, и все же это человек, которому ты поклялся служить верой и правдой. Человек, из-за которого от вашей страны не останется камня на камне.

Какие-то воспоминания мелькнули у Девлина, когда он услышал голос Арнауда. Что-то казалось знакомым в его неторопливой манере речи.

– Это не моя страна, – выдавил Девлин.

Арнауд улыбнулся, как будто Избранный – особо одаренный ребенок, и ослабил хватку.

– Да, именно так. Ты живое противоречие. Отец короля Олафура подмял сапогом твой собственный народ, а теперь ты прислуживаешь его сыну. Поклялся защищать его самого и государство до самой смерти. Скажи мне, твои обеты до сих пор действительны – теперь, когда тебя предали? Или ты сам по себе? Неужели ты до сих пор верный пес Олафура?

– Другие дают клятвы, а потом отказываются от них так же часто, как меняют плащи. Но я – Избранный, – ответил Девлин.

В конце концов, у него нет выбора. Заклятие Уз подтверждает условия. Избранному предназначено оставаться верным присяге. Заклятие доведет его до пределов человеческой выносливости. Узы не знают ни сомнений, ни жалости, под их контролем Избранный слабее обыкновенного человека и в то же время сильнее.

– А если бы заклинание не довлело над тобой, – спросил принц, – что бы ты тогда ответил? Присоединился бы ко мне?

По телу Девлина пробежали мурашки. Как будто Арнауд находился у него в голове и мог прочитать любую мысль.

– Я в свое время занимался магией. Заклинание, которое связывает Избранных, действительно достойно восхищения. Один Избранный сам по себе уже огромная ценность, а представь себе целую армию из подобных тебе. Солдаты, не чувствующие страха, солдаты, которые не могут ослушаться и исполняют все мои приказы любой ценой. С тысячей подобных воинов мне удастся править миром, – закончил принц.

– Ты никогда не сможешь командовать мною, – сказал Девлин.

– Тем не менее я уже делаю это. Ты принадлежишь мне.

Слова эхом отозвались в голове Девлина, вызывая воспоминания о темных днях последней зимы, о том, как бестелесный голос практически свел его с ума.

– Ты, – выдохнул он. – Это был ты. Чародей, повелевающий разумом.

Арнауд кивнул, как будто Девлин только что сделал ему комплимент.

– Да. Я ждал, когда же ты наконец узнаешь меня. Видишь, мы – старые друзья. Я жил в твоем сознании и знаю о тебе все.