Прайд Саблезуба
Шрифт:
«Господи, – попросил Семен, – сделай так, чтобы ничего не обломилось!»
Он взялся за палку и повис как на турнике. Лед тихо потрескивал, но держал. «Ну, Сема, давай! – скомандовал он самому себе. – Это называется „выход силой“».
И начал медленно подтягиваться.
Его появление на поверхности зрители приветствовали радостными криками – какое зрелище!
Нет, Семен не вскочил на ноги и не приветствовал публику жестом победителя. Метров пять-шесть он полз по снегу на брюхе, волоча за собой палку. И только потом поднялся на ноги и с криком «У-ай, бли-ин!!!»
Он бежал и видел, что у кромки льда – там, где он должен финишировать, – стоят двое. Сухая Ветка держит в руках ворох его одежды, а Черный Бизон стаскивает через голову собственную двойную рубаху.
«Это он, чтоб сразу теплая была», – догадался Семен и прибавил ходу.
На следующий день заседания Совета не было – вероятно, его участники обдумывали результаты «испытания водой». Впрочем, шаман лоуринов – старый Нхамби-то – и их вождь не без основания считали, что обдумывать тут нечего: вода отказалась принять воина и ушла. Семхон Длинная Лапа был с этим совершенно согласен, а вот Семен Васильев… «Разумеется, все закончилось благополучно благодаря камланию, то есть общению с духами, – старик уговорил их или заставил помочь. Ну и как же они это сделали?» В общем, Семен решил прогуляться «по местам былых сражений».
«Как-то странно выглядит оползень в устье распадка. Такое впечатление, что… В общем, вода его размыла, но, похоже, вначале ей помогли. Под снегом, конечно, ничего толком не разобрать… А когда, собственно, он выпал? До или после того как стало известно, что состоится Совет пяти вождей? Уж во всяком случае не раньше… Неужели старый шаман мог заранее знать, какие обвинения будут мне предъявлены?! – Семен почесал затылок под меховым капюшоном и поправил сам себя: – Вопрос сформулирован неверно: неужели он мог НЕ знать, в чем обвинят Семхона? Собственно говоря, не так уж и много законов, которые являются общими для всех пяти племен. М-да-а… Интересно, а в кого конкретно вселил шаман своих духов-помощников для проведения земляных работ?»
Глава 2. Коварство
«Заседание третье, – мрачно усмехнулся Семен, усаживаясь на свое место. – Игра продолжается. Такое впечатление, что она будет продолжаться, пока кто-то не выпадет в осадок. И похоже, что этот кто-то – именно я. Ну что ж, к вечеру, наверное, выяснится, в чем я еще провинился».
Вождь пейтаров:
– Какое отношение Семхон имеет к Тигру? Почему человек из рода Волка носит на голове его знак?
Вождь лоуринов:
– Мудрые люди знают, что творец разделил изначальное существо сначала на тех, кто питается травой, и тех, кто ест теплое мясо. Затем он отделил от последних людей – лоуринов, и лишь затем разделил их на Волков и Тигров.
Вожди мрачно молчат. Старейшины и шаманы за их спинами тихо перешептываются. Атмосфера сгущается. Наконец слово берет главный бартош:
– Слова нашего… брата исполнены гордости и надменности. Что дает право лоурину говорить так?
Вождь
– Мы получили свидетельство того, что родство Волка и Тигра ближе, чем родство Барсука и Медведя, Оленя и Овцебыка.
Вождь бартошей:
– И это свидетельство, конечно, воин по имени Семхон?
Вождь лоуринов:
– Да, человек из рода Волка смог воплотиться в Тигра. Люди видели это. Пусть скажет Семхон.
– Пусть скажет!
«Вот тебе раз! – горько вздохнул Семен и поднялся. – Гадай теперь, где тут награда, а где засада?»
Поскольку определить этого он не мог, то решил на всякий случай попробовать говорить правду.
– …Так было со мной, – закончил Семен свое выступление. – Остальное сказали люди. Почему они решили, что я превратился на время в саблезуба – не знаю.
Шаман тарбеев что-то азартно зашептал на ухо своему вождю и покосился на Семена. Вождь поднял с пола ритуальный колчан и спросил:
– А ты не превращался?
– Нет, конечно! Впрочем, вам виднее…
За спинами вождей относительно молодые шаманы минтогов и тарбеев пробрались туда, где восседал старый шаман лоуринов, и принялись бурно, но тихо совещаться. Судя по подслушанным отдельным фразам, надежда Семена не оправдалась – он окончательно убедил всех в том, что действительно превращался в тигра. И главным аргументом является как раз то, что сам он это отрицает.
«Господи, ведь взрослые же люди! Это с одной стороны, а с другой… Есть же такое понятие, как „миф“. Не в смысле „сказочка“, а в смысле некоего информационного пространства, в котором живут люди. Вот они в нем живут, и никакой эмпирический опыт их из этого пространства выбить не может. С другой стороны, мышление этих кроманьонцев никак не назовешь косным и застывшим. Во всяком случае, причинно-следственные связи явлений от взоров их не ускользают. Допустим, руководство лоуринов заинтересовано в сказочке про Тигра и Волка. Она способствует укреплению связей между родами и, соответственно, усилению власти вождя. А остальным-то зачем?!»
Вождь пейтаров:
– Итак, воин по имени Семхон Длинная Лапа своим воплощением в Тигра проявил свою принадлежность к этому роду. Трое воинов из рода Сайгака выразили желание жить с женщиной по имени Сухая Ветка.
Вождь тарбеев:
– Не вижу для этого оснований. Люди двух родов нашего племени хотят взять эту женщину.
Вождь пейтаров:
– Зачем тарбеям еще одна женщина, да еще такая худая и маленькая? Могучие воины этого племени так храбро сражались с хьюггами, что почти все переселились в Верхний мир. Их женщинам и так не хватает мужчин.
Далее следует долгая немая сцена, во время которой два вождя смотрят друг на друга «огненными» взглядами и, вероятно, вспоминают все мыслимые и немыслимые обиды за ближайшие сотни лет. Свиты за их спинами тоже молчат, но там происходит некое шевеление. Главный тарбей слегка наклоняется и вытягивает из колчана стрелу пейтаров. Берет ее в обе руки… Вождь пейтаров в точности повторяет движения коллеги, но в руках у него оказывается стрела оппонента. Публичное преломление древка означает смертельный вызов.