Предатель крови

Хенди Барб

Омаста заступил дорогу Дармуту, умоляюще вскинув руку:

— Мой лорд, ради всего святого!.. Если уж Фарис… Он не стал бы этого делать прямо в замке, на виду у всех, разве что при крайней нужде. Мой лорд, я обязан обеспечить твою безопасность.

Такое искреннее беспокойство тронуло Дармута. Вот почему он никогда не наказывал лейтенанта за промахи. Впрочем, и промахи у побочного сына Дармута случались редко. Омаста был умен, здравомыслящ и опытен. Как и его родитель.

— Возьми шестерых солдат со стен, — приказал Дармут. — Они тебе пригодятся.

— И

ты позволишь мне позаботиться о твоей безопасности? — не отступал Омаста.

— Позволю… в свое время! А теперь иди за солдатами.

* * *

Убедившись, что остался незамеченным, Вельстил бесшумно спустился по лестнице, что скрывалась за гобеленом в зале совета. Волкодавы тенью следовали за ним.

У подножия лестницы обнаружилось отверстие, прикрытое плотной тканью. Вельстил дотронулся до нее, сообразил, что это всего лишь изнанка еще одного гобелена, и обостренными чувствами прощупал то, что находилось по ту сторону ткани. Не почуяв ничего живого, он уверенно откинул гобелен, и волкодавы первыми выбрались наружу.

Вельстил стоял в пустой нежилой комнате, в дальней стене которой имелась дверь. Всю обстановку комнаты составляли старое деревянное кресло да стол, заваленный изломанными перьями. Гобелен от времени так истерся и выцвел, что на нем ничего нельзя было разобрать, одну только кайму из дубовых листьев. И тут Вельстил услышал крики, рычание и рев хищного зверя.

Он метнулся к двери и отодвинул металлическую заслонку, которая прикрывала дверной глазок. И напрягся — совсем близко раздался яростный пронзительный вопль дикой кошки. Вельстил торопливо приник к дверному глазку… и ему понадобилось добрых полминуты, чтобы осознать, что он видит.

Магьер каталась по каменному полу между грудами ящиков и бочек, сплетаясь в рукопашной схватке с огромной черно-бурой кошкой. Лисила нигде видно не было, но парой арочных проемов дальше Малец сбил другую такую же кошку со спины барона Милеа, и звери, сцепившись, покатились по полу.

Вельстил смотрел на Магьер.

Она рычала не менее яростно, чем хищник, боровшийся с ней. Левая рука дампира кровоточила — рукав свитера, пониже доспеха, был разодран острыми когтями. Магьер бросила саблю и ожесточенно, раз за разом била кошку кинжалом, но та со звериным проворством уворачивалась от ударов.

Барон сумел подняться на ноги, но стоял нетвердо.

Вельстил понимал, что Магьер может погибнуть, но никак не мог обнаружить себя. Он огляделся в поисках того, что могло бы ему помочь, — и взгляд его упал на волкодавов.

Может, псы и не сумеют справиться с таким врагом, но они отвлекут кошек на себя и дадут Магьер возможность отдышаться и нанести решающий удар.

Вельстил сосредоточился, обращаясь к хищникам, дремлющим в недрах собачьего сознания. Это наследие предков было надежно погребено под веками службы человеку, но и слабая искорка звериного прошлого сейчас пригодится Вельстилу для того, чтобы его замысел сработал.

Он соткал в мыслях образ

гигантской кошки. Один из волкодавов зарычал, оскалив зубы, другой задрожал от ярости.

Вельстил распахнул дверь и тотчас отскочил, спрятавшись за ней. Волкодавы ринулись вперед.

* * *

Сила, порожденная дампирским голодом, да бойцовский опыт — вот и все, что пока помогало Магьер отбивать стремительные и ловкие атаки Вентины. Всякий раз, когда Магьер взмахивала кинжалом, Вентина гибко уходила из-под удара и сама норовила полоснуть Магьер когтями.

Из коридора за арочными проемами склада доносилось рычание Мальца, которому вторили яростные вопли Фариса.

Магьер, лежа на полу, извернулась, ушла от тяжелой лапы, которой Вентина метила ей в лицо, и тут же занесла кинжал, пытаясь полоснуть по горлу гигантской кошки. Кинжал вонзился в плечо Вентины, и кошка взвыла от боли. Магьер перекатилась, встала на колени, держа наготове кинжал. Вентина хотела прыгнуть на нее, но боль помешала ей оттолкнуться от пола раненой лапой, и она пошатнулась.

В этот миг до слуха Магьер донеслось громкое рычание, и она стремительно обернулась на звук.

Перепрыгивая через ящики и бочки, к ним мчались два волкодава. Темная волна отчаяния накрыла Магьер, захлестнула с головой, остудив даже нечеловеческую ярость. Шатаясь, женщина кое-как встала.

Эмель тоже был уже на ногах, и Магьер крикнула ему:

— Прикрой Мальца!

И стиснула зубы, глядя, как первый волкодав несется прямо на нее.

Нет, не на нее… на Вентину! Второй пес запрыгнул на крышку широкого ящика, а оттуда ринулся на Фариса.

Магьер опешила, не понимая, что происходит.

Между тем спина Вентины, отвлекшейся на пса, оказалась незащищенной — и тогда возле нее возник Эмель, сжимавший обеими руками рукоять меча. Одним ударом сверху он вогнал клинок в спину оборотня больше чем наполовину.

Острие клинка вышло из груди Вентины. Кошка взвыла и рухнула на пол, извиваясь и корчась в агонии.

Магьер выскочила в коридор. Фарис отбивался одновременно от Мальца и второго волкодава, но подобраться поближе к этой троице не было никакой возможности — слишком узкий коридор. Малец стал таким же, каким Магьер видела его в бою на Стравинской границе, — кровожадным и безжалостным хищником. Он рычал и скалил зубы, точно дикий зверь.

Волкодав сумел повиснуть на загривке Фариса, и теперь кот-оборотень оказался между двух огней — вернее, двух собак. Мощные челюсти волкодава сомкнулись на его плече. Покуда Фарис изворачивался, пытаясь достать клыками этого врага, на него бросился Малец. Он вонзил клыки в горло Фариса и резко дернул головой.

На стены и на пол обильно выплеснулась кровь из разорванного горла. Малец отскочил в сторону, серебристая шерсть на его морде слиплась и почернела от крови.

Отчаянный вопль Фариса захлебнулся. Мондьялитко, извиваясь от боли, повалился на пол, а волкодав между тем все еще рвал зубами его спину.