Предатель

Дрейк Сириус

Персивалю прилетело колено, но он поймал ее, подсек опорную ногу и опрокинул. Аврора начала падать, но успела скопировать удар Кей и ударила в корпус, подставив руку под спину, чтобы не упасть. Удар оказался не сильный, но Персиваль не успел сделать комбинацию.

Аврора сделала кувырок назад и встала на ноги. К ней успела подскочить Кей и начала атаковать приемами из бокса. Аврора успевала отклоняться и отходить назад, постепенно отражая удары все лучше.

Персиваль уже подходил с другой стороны, поэтому Аврора успела сделать подсечку

ногой для Кей, которая шлепнулась на задницу, и переключилась на второго соперника. Скопировав все удары, что она увидела, Аврора опробовала их на Персивале. Из-за того, что она была быстрее, чем Кей, все удары долетали до цели. Но силы было недостаточно, поэтому Аврора ускорила комбинацию.

Но Персиваль успел отразить пару ударов и начал контратаковать. Его атаки были более изощренными. Если Кей атаковала только руками, как боксер, то Персиваль использовал все тело. В ход шли и руки, и ноги, даже пару раз попытался ударить головой. В одну из таких атак Аврора поймала его голову ладошкой и в прыжке ударила коленом в подбородок. Персиваль отшатнулся назад, но не упал.

Все рыцари наблюдали за боем с открытыми ртами. Даже Ланцелот смотрел удивленно. Кей обижено села рядом с ним и надулась.

Персиваль встряхнул голову и начал отступать. Аврора поймала момент и начала наступать. Она уже комбинировала удары, которые увидела до этого, от чего казалось, что ее приемы отличаются от противника. Наконец, Персиваль пришел в себя и начал блокировать каждый удар сестры.

Аврора даже не запыхалась. Было заметно, что она проверяет противника на защиту. Иногда атакуя, Персиваль старался найти брешь в защите, но Аврора всегда ускользала от ударов.

Пригнувшись она нырнула под очередной удар и заблокировала удар в грудь коленом. Локтем нанесла сильный удар в солнечное сплетение, схватила ногу под коленом и опрокинула Персиваля на спину. Сев на него сверху, она положила свои колени на его руки и дала щелбан.

Все захихикали. Аврора без особого труда справилась со своими соперниками.

Персиваль смущенно похвалил Аврору, после чего она подала ему руку, чтобы встать.

Все начали аплодировать. Аврора сделала реверанс и подошла ко мне. На удивление, я не был так же спокоен, как сестра. Почему-то мне хотелось насладиться битвой. Все во мне дрожало от предстоящей драки. Я вышел на татами в ожидании своих соперников: Галахада и Ламорака.

Мне не хотелось ограничивать себя. Это ощущалось, как натянутая тетива, которая вот-вот лопнет, если приложить чуть больше усилий.

— Ребят, — обратился я к соперникам, — Если у вас что-то сломается, Аврора вам все залечит, так что не обижайтесь на меня.

Галахад и Ламорак переглянулись и засмеялись.

— Мальчик, — мощным басом сказал Ламорак, — Наши защитные навыки — самые сильные среди рыцарей, мы, конечно, понимаем, что ты очень силен, но не перегибай палку.

Я прекрасно знал, о чем говорю. Мне были известна их статистика. По всем показателям я был выше в четыре раза.

— Я

не перегибаю, — сказал я, — Предупредил, на всякий случай.

— Начинайте! — Ланселот дал сигнал к поединку.

Ламорак жестом остановил Галахада.

— Подожди, друг мой, — сказал он, выходя вперед, — Этого юношу надо поставить на место, он смотрит на нас свысока.

Я удивился такой трактовке моих слов. Почему они мою вежливость посчитали за бахвальство?

Ламорак встал передо мной. Он был выше меня на три головы, шире — почти в два раза. Я верил его словам о хорошей защите. Из всех рыцарей, не считая Артура, у него был исамые сильные показатели силы и защиты.

— Ты утверждаешь, что мы тебе — не соперники.

— Да.

— Тогда как насчет того, чтобы не уворачиваться от атак? — предложил он, — Принимать каждый удар, как мужчина?

Я ничего не сказал. Он был слишком высокомерен. Оно и понятно. Элита из элиты. Последний рубеж защиты самого ценного сокровища на планете. Он верил в свою силу.

— Полагаю, твое молчание можно считать за согласие… — сказал Ламорак.

Он сделал обычный замах, как это делают в уличных драках. Без стойки и подготовки. Грубый мужской удар.

Я ответил моментально, ударив своим кулаком в его. Костяшками я почувствовал, как ломается кость и его пальцы вминаются внутрь ладони. Ламорак сделал шаг назад. Он с удивлением посмотрел на свою раскрученную руку.

— Я не уклонился, просто ударил быстрее, чем ты, — сказал я.

Когда до него дошло, что произошло, он закричал, как раненый медведь, и пошел на меня. Здоровой рукой он хотел ударить меня сверху, как кувалдой, но я опять его опередил и ударил по предплечью. Рука неестественно согнулась и осталась болтаться только на коже и мышцах.

— Уверен, что не хочешь помочь своему товарищу? — обратился я к Галахаду, — Не блокируем удары, помнишь?

Галахад кивнул и встал рядом с товарищем.

— Ты как? — спросил он у Ламорака.

— Никто не ломал мне руки, это ужасно больно, — прорычал он, — Я разорву его!

Он побежал на меня, размахивая руками, как ребенок. Он нанес удар рукой со сломанным предплечьем. В это время я ударил по руке со сломанными пальцами. Удар пришелся снова по кулаку. Кости, которые не сломались в первый раз, треснули.

Галахад подскочил сбоку и ударил в челюсть. Я успел наклонить голову так, чтобы удар пришелся в лоб.

Ламорак заревел от ярости и боли. Глаза налились красным, и он уже не слышал, что Галахад кричал ему отступить. Он ударил меня под колено, от чего я присел. В этот момент Ламорак решил пнуть меня ногой. И опять я опередил его. Ударив по голени кулаком, она треснула и согнулась, как у кузнечика.

Все рыцари поморщились.

Галахад принялся наносить удары: по спине, затылку, ногам, корпусу. Скорее всего, большинство людей уже лежало без сознания от таких ударов, но мне они казались не сильнее ударов пятилетнего ребенка. Неприятно, но не более.